Три мушкетёра

«	Один за всех и все за одного!	»
— на самом деле фраза звучит как «Все за одного, один за всех»

Наши герои

«Три мушкетёра» (фр. Les trois mousquetaires) — историко-приключенческий роман Александра Дюма-отца (Дюмания), написанный в 1844 году в соавторстве с Огюстом Маке. Один из кодификаторов «романов плаща и шпаги» в истории, имеющий десятки экранизаций и театральных адаптаций, благодаря чему его смело можно назвать самым популярным творением Дюма.

Является частью «мушкетёрской трилогии» вместе с продолжениями «Двадцать лет спустя» и «Виконт де Бражелон, или десять лет спустя» (последнее произведение в свою очередь тоже разбивают иногда на трилогию — собственно «Виконт де Бражелон» (первый том), «Луиза де Лавальер» (второй том) и «Человек в железной маске» (третий том)). Существует также авторский театральный приквел — пьеса «Юность мушкетёров» — и авторский вбоквел (сказка «Пьеро» позиционируется как шоу внутри шоу, рассказываемое Арамисом своему сыну от герцогини де Лонгвиль).

Сюжет

На дворе 1625 год. Молодой дворянин из Гаскони, д’Артаньян, отправляется в Париж за своей мечтой — стать мушкетёром короля. По дороге он наживает себе врагов в лице агентов могущественного кардинала Ришельё — Рошфора и роковой красавицы миледи Винтер. А в самом Париже он встречает троих мушкетёров — Атоса, Портоса и Арамиса, — которые станут его друзьями на всю жизнь.

История вмешивается в сюжет — кодификатор. Несмотря на все старания, ключевые события истории герои не изменят: Бэкингема убьют, Карлу Первому срубят голову и так далее.

Персонажи

Персонажей в романе великое множество. Это приводит к тому, что в его экранизациях царит троп «Два в одном и три в одном» (что зачастую аукается, если экранизируют всю трилогию — например, лорд Винтер, выкинутый из «Трёх мушкетёров» в советской экранизации, оказался сюжетообразующим в «Двадцать лет спустя», пришлось извращаться; о слугах вовсе молчу, про них забывают зачастую не только у нас, хотя опять же, в «Двадцать лет спустя» некоторые из них значительно поднимают уровень крутизны).

Что здесь есть

(link)

про фехтование той эпохи

• А 220 не хочешь? — бедные, бедные наёмные убийцы в «Двадцать лет спустя», которых послали прикончить «аббатика», слишком уже нахально положившего глаз на любовницу принца де Марсильяка. Мало того, что жертва — Арамис, так к нему ещё и друг из Парижа в гости приехал.
  • Он отличался этим с юных лет — его противник на первой в жизни дуэли не ожидал, что мальчишка-семинарист за год поднимет уровень крутизны до выписывания 220 профессиональному военному.
  • Окрутеть в адаптации — как есть. Это в русской экранизации, а также в экранизации Лестера д’Артаньян с Арамисом навешали люлей людям Марсильяка. А в книге Арамис события пересидел на дереве, д’Артаньяна не убили и не поколотили только благодаря тому, что Марсильяк понял, что перед ним не Арамис. Ну не сражались книжные мушкетеры более чем с одним человеком зараз, в отличие от экранизаций.
    • В советской экранизации, вероятно, и причина для нападения на Арамиса была другая — связанная с его политическими делами, что кстати и предполагает Д’Артаньян. Не потому ли Арамис прикончил последнего противника, несмотря на увещевания, что Д’Артаньян хотел его допросить и мог узнать нечто для него не предназначенное.
  • Когда д’Артаньян признался Миледи, что он её обманул, он явно не ожидал незамедлительной попытки его убить и спасся лишь чудом.
  • Сам д’Артаньян в начале книги строит на этом тропе всю свою будущую карьеру, прописав 220 двум опытным бретёрам, глядевшим на подростка-деревенщину свысока и без особого внимания.
• А остальные куда смотрели? — смерть герцога Бекингэма от раны, нанесённой Фельтоном. А была ли эта рана смертельной сама по себе? Он ведь довольно долго ещё дышит и разговаривает, успевает узнать, что именно ему хотела сказать Анна Австрийская в своём письме. И, если бы всё это время кровь не лилась из его раны, может быть, и выжил бы. Но он даже перед возможной гибелью думает не о себе, а об Анне, для него содержание её письма важнее жизни. А его окружение, слуги, солдаты, кто там ещё был? Никому и в голову не пришло хотя бы перевязать рану, остановить кровотечение. Врача найти не смогли вовремя — но ведь в те времена наверняка перевязывать раны умели не только профессиональные врачи, это могло пригодиться каждому. Но нет: Бекингэм им велел, одним — уйти, другим — читать письмо, и они сделают, как он скажет, а вопреки его воле позаботиться о нём не догадается никто.
  • Реальность нереалистична — на самом деле люди умирают от ран и кровопотери далеко не сразу, и в то время это было прекрасно известно («Дуэль миньонов» помните?). Бэкингем понимал, что он уже мёртв.
  • Вряд ли Бэкингем достаточно разбирался в медицине, чтобы оценить, была ли его рана смертельной. Он действительно совершенно необдуманно не позаботился о себе и не позволил сделать это своим подданным. Ведь если бы ему перевязывали рану и в то же время читали письмо, это бы не означало, что он меньше любит королеву Анну.
• Ай, молодца! — Анна, зачем ты дарила герцогу подвески? Неужели не понимала, что муж в любой момент может потребовать предъявить свой подарок?
  • А главное, герцог у нее просил какое-нибудь из ее украшений на память, «перстень, цепочку…» Анне зачем-то понадобилось выбрать самую дорогую и заметную вещь, да еще подарок мужа (не было, видимо, у них приметы, что дарёные вещи передаривать нельзя). Нет чтобы отдать что-то такое, чего не хватились бы… Впрочем, тогда и «кина бы не было».
  • Обоснуй: это был такой выпад в адрес нелюбимого и равнодушного мужа-короля. «Твой подарок, который ты подарил равнодушно, потому что жене полагается дарить подарки, я подарю тому, кто обратил на меня внимание и полюбил, и выберу при этом ценный и красивый подарок». И если бы не Ришельё и его шпионы, то сам король никогда в жизни не вспомнил бы о подвесках и не стал бы требовать от Анны их надеть.
• Ай, молодца, злодей! — одним из проколов плана Арамиса с Железной Маской стало то, что он растрепал подробности Фуке (в интересах которого всё мероприятие вроде как и затевалось). Тот пришёл в ужас по поводу того, что под его кровом проделали с его гостем, и немедленно помчался в Бастилию вызволять Людовика.
• Анималистическая символика — и автор, и герои говорят, что Мордаунт напоминает ядовитую змею.
• Бедный злодей — Мордаунт. Да, он абсолютно поехавший кукухой мститель, никаких горизонтов не видящий, но и оснований для такого поведения у него предостаточно: мать он потерял в раннем детстве, наследства его лишили, потом для верности врагом народа объявили и отобрали еще и то, что оставалось. И это, на секундочку, задолго до того, как он что-нибудь успел натворить. Ну и какие, какие у него могли быть поводы не желать Карлу I быстрой и мучительной смерти и не считать главных героев отмороженными чудовищами? Особенно если учесть, что тот единственный из них, кто относился к ему хоть немного по-человечески, и был главным виноватым в смерти его матери?
• Близнецы меняются местами — суть плана с Железной Маской — заменить Людовика XIV на его брата-близнеца Филиппа, который прожил до этого свою жизнь в изоляции и, как ожидает Арамис, будет его послушной марионеткой.
• Боже, что я наделал! — глава «Эпитафия Портосу» в «Виконте де Бражелоне» концентрат этого тропа.
• Братья по оружию — почти что кодификатор. В смысле пар троп играется во второй части трилогии, где так действуют соответственно д’Артаньян с Портосом и Арамис с Атосом.
• Буквально понятые слова — господин Бонасье имеет неосторожность попросить кардинала о финансовом вспомоществовании. В ответ кардинал обещает обеспечить Бонасье жильём и пропитанием за государственный счёт. И сажает в Бастилию.
  • Арамис в «Виконте де Бражелоне» выдаёт антизлодейскую версию тропа.
• Великий визирь — Ришельё в первой книге и Мазарини во второй и третьей. И герцог Бекингэм в Англии.
• Верный слуга:
  • Констанция для королевы.
  • Верные слуги самих мушкетёров: Планше у Д’Артаньяна, Гримо у Атоса, Мушкетон у Портоса. Но не Базен у Арамиса, который вскоре разочаровался в своём хозяине и оставил службу у него, а его друзей-мушкетёров вообще считал чуть ли не порождениями самого Сатаны.
    • Первыми расстались как господин и слуга д’Артаньян и Планше, что не мешало им в дальнейшем поддерживать тёплые дружеские и даже финансово-партнёрские отношения. А вот Базен, хотя номинально и числился где-то по духовной линии, все время оказывался где-то при Арамисе. Ситуация естественная — у аббата не должно было быть слуги, а к тому моменту, когда Арамис стал епископом, Базен сам стал представлять в церковной иерархии заметную величину.
  • Патрик — для Бекингэма.
  • Слуг Ришельё не показано. Рошфор — сотрудник, адъютант, агент, но никак не благородный слуга, как у какого-нибудь японского даймё. За предположение, что дворянин может быть слугой у кого-то, кроме короля, этот дворянин счел бы своим долгом проткнуть предполагающего шпагой на дуэли. Конкретно в те годы уже даже король дворян как слуг не использовал (Людовик XIII — поскольку не хотел церемониться и каждый раз думать, что с таким слугой можно делать, а что нельзя, Людовик XIV — потому что сие окончательно вышло из моды и выглядело как анахронизм). Но Рошфору Ришельё доверял практически полностью, а миледи — с существенными оговорками, считал скорее союзницей, а не подчинённой, и даже побаивался её.
• Вмешательство Альмсиви — герцог Бэкингем предоставил д`Артаньяну явки и пароль, чтобы тот мог добраться до Парижа как можно быстрее и на отличных лошадях. В результате обратный путь от побережья до Парижа занял у молодого человека всего двенадцать часов, и никаких неприятностей с ним по дороге не случилось.
• Возлюбленная-трикстер — Ора де Монтале. Полный комплект положенных свойств по отношению к Маликорну (который, впрочем, и сам является яркой гендерной инверсией этого же тропа). Два любящих розыгрыши интригана, периодически язвительно сообщающих партнеру, что тот не слишком умен/красив (или умна/красива) и т. п. Откровение у холодильника — это в очень немаленьком по размеру романе единственная пара возлюбленных, которая, несмотря ни на что, остается верна друг другу в течение всей книги.
• Враг мой — герцог Бэкингем для главных героев, д’Артаньяна с его друзьями. Д’Артаньян первоначально помогает Бекингему ради Констанции, но и сам по себе английский герцог внушает ему симпатию. Так что мушкетёры даже пытались предупредить его об угрожавшей ему опасности, и с этим согласился даже Атос, не любивший англичан. В свою очередь, и сам Бекингем дружески принял д’Артаньяна в своём доме, и пытался наградить его с друзьями так, чтобы им не зазорно было принять его подарок.
  • Отец и сын Бикара для главных героев.
• В своём праве — господин Бонасье помог людям кардинала похитить Констанцию и запереть её в монастыре. Иными словами, муж поймал жену в любовном гнёздышке как раз перед встречей с любовником и отправил в монастырь.
  • С другой стороны, закрыли её не за измену мужу, а измену Рише… Франции. А каналья Бонасье — обычный доносчик, которому ещё и приплатили. Но этот доносчик мотивировался именно тем, что разобиделся на жену за измену (было в каноне и подсвечено во многих экранизациях).
  • И как не вспомнить самого кардинала Ришельё?
• Всё пошло слишком так — Портос, не желая иметь дел с портными, решил раскормить своего слугу Мушкетона до своей комплекции, чтобы мерки снимали с него. В результате слуга стал ещё толще господина, и все модные костюмы оказались Портосу велики.
• Гурман-порно («Десять лет спустя») — обед у короля, где его величество вызвал Портоса на такой себе поединок едоков. Да и кондитерская лавка Планше.
• Давайте разделимся — после того, как во второй книге четвёрка друзей вернулась из Англии во Францию, Арамис предложил разойтись. Именно для большей безопасности — чтобы у кардинала Мазарини не было оснований обвинить Портоса и д’Артаньяна в том, что они проявили неповиновение.
  • Аверсия во время путешествия за подвесками: Портос предлагает разделиться, но д’Артаньян говорит, что письмо к Бэкингему у него только одно и запечатанное (то есть, копии на всех не сделать), после чего Атос приходит к выводу, что по одному их переловят легко и непринуждённо, а отбиться от убийц одиночки не смогут.
• Дворянин — трое из четырёх главных героев. Атос же не просто дворянин, а аристократ, хотя по фанону изначально и второй сын.
  • Реальный д’Артаньян, кстати, присвоил себе графский титул. Про это знали, но сделать с любимцем Людовика XIV ничего не могли. В книгах он обычный шевалье.
    • Под конец истории он и в книгах стал графом. Что же касается реального прототипа, то король, узнав о незаконном титуловании, выразился в том смысле, что «ну и пусть будет», а в условиях абсолютной монархии это фактически означало законное признание титула.
• Драгоценные камни:
  • Королева в награду за возвращение подвесок подарила д’Артаньяну перстень с алмазом, протянув через драпировку руку в комнату, где находился гасконец. «Мне подарил его мой брат, испанский король. Он принадлежит лично мне, и я могу располагать им». Де Тревиль посоветовал продать этот перстень или хотя бы повернуть его камнем внутрь, «потому что все знают, что бедный гасконский дворянин не находит подобных драгоценностей в шкатулке своей матери!» Поначалу д’Артаньян категорически отказывался расстаться с даром королевы, но потом всё же продал его через Дезэссара за 7000 ливров, чтобы отправить гонца в Лондон к Бекингему с сообщением о недобрых намерениях Миледи.
  • Переспав с выдававшим себя за де Варда д’Артаньяном, Миледи подарила ему сапфир в оправе из алмазов с особой приметой — царапиной. Увидев кольцо на руке друга, Атос сразу узнал его: «Этот сапфир достался мне от моей матери, которая, в свою очередь, получила его от мужа. Как я уже сказал вам, это была старинная фамильная драгоценность… и она никогда не должна была уходить из нашей семьи. Я подарил ее в ночь любви, так же как сегодня ее подарили вам».
• Драка в общепите — засада на Атоса и Д’Артаньяна в трактире. Портос тоже в кабаке на дуэль нарвался, но дрался всё-таки снаружи.
• Дракон (персонаж) — в первой книге Рошфор для Ришельё; в «Двадцать лет спустя» — д’Артаньян становится таковым для Мазарини.
• Думать о красе ногтей — упоминается, что Арамис тщательно ухаживает за своей внешностью с помощью огромного количества косметических средств, а Портос уделяет невероятное внимание своему гардеробу. При этом рядом с Атосом, который ничем таким не заморачивается, они всё равно смотрятся бледновато, что приводит обоих в изрядное раздражение.
  • В «Виконте де Бражелоне» граф де Гиш. Не-метросексуалу в миньонах герцога Орлеанского делать нечего.
• Дуэли — присутствуют во всех романах. В «Виконте де Бражелоне» главные герои на дуэлях уже не дерутся, возраст не тот, а вот молодое поколение — запросто. Д’Артаньяну по долгу службы приходится расследовать обстоятельства одной из этих дуэлей, реконструируя ее картину по следам.
• Закадычные враги — сколько бы палок ни ставили мушкетёры в колёса Ришелье, после его смерти в «Двадцать лет спустя» они вспоминают его с уважением, особенно сравнивая сурового, бескорыстного кардинала с его сицилийским преемником, льстивым мздоимцем Мазарини.
  • На личном, а не концептуальном уровне, в такое эволюционируют отношения между Рошфором и д’Артаньяном, так что последний искренне жалеет, что в последней схватке первой Фронды пришлось заколоть графа Рошфора.
• Злобный дядюшка («Двадцать лет спустя») — лорд Винтер лишил пятилетнего племянника будущего Мордаунта всех прав и бросил на произвол судьбы. За что и огрёб…
• Злодей, косящий под жертву — Миледи в процессе охмурения Фельтона и при внедрении в Бетюнский монастырь, в обоих случаях весьма успешно.
• Злодей, молящий о пощаде («Двадцать лет спустя») — Мордаунт, спасшийся со взорванной фелуки (которую он сам хотел взорвать вместе с героями), просит мушкетёров взять его в шлюпку. Атос поддался на его мольбы, Мордаунт хотел его утопить… не получилось.
• Злой канцлер — Ришельё в первой книге (субверсия). Зато в экранизациях троп вдавливают в пол. В сиквелах эстафету перехватывают Мазарини (у которого д’Артаньян успевает побыть Драконом) и Кольбер (последний — субверсия).
• Золотая молодёжь — двор короля и герцога Орлеанского в «Виконте де Бражелоне» зачастую на грани смертоносного распущенного двора.
• Изменившаяся мораль пополам с сословной моралью — по современным меркам персонажи понимают под «честью» очень странные вещи, от неуважения к чужой собственности и до государственной измены. Многие попытки деконструкции доводят до тропа Получился мерзавец.
  • Не говоря уже об Атосе — ну оказалась жена беглой каторжанкой, эка невидаль! Зачем сразу вешать-то? Разборы образа персонажа доходят до уровня буревестника фанатского сообщества.
  • Главные герои — бретёры и альфонсы, не видящие в этом ничего зазорного. Книга, на которой выросли миллионы, дамы и господа!
  • Вообще, есть точка зрения, что они изначально по меньшей мере антигерои, просто это подано намёками и не для всех очевидно. Но, может, и СПГС. В любом случае, в наше время все это смотрится еще хуже.
  • Двойная мораль — если Гримо поймают за организацией побега Бофора, его повесят, а самого Бофора лишь снова посадят.
    • Не, это логика. И сейчас в законодательстве многих стран мира не предусмотрено наказания заключённого за попытку побега: считается, что это естественное желание, и побег надо предотвращать другими способами. А вот помощь в побеге вполне карается.
• Имя наоборот — во второй книге Базен радуется, что его господин, став аббатом, отверг имя Арамис, ибо «если прочесть Арамис навыворот, получится Симара, имя одного из злых духов».
• Инцест — с прикрученным фитильком, но явно: Генриетта Стюарт — двоюродная сестра по матери Людовика XIV и Филиппа Орлеанского, при этом замужем за вторым и имеет романтические отношения с первым.
  • Без фитилька, но на уровне слухов — Анну-Женевьеву де Лонгвиль обвиняют в не совсем сестринских чувствах к своему брату, принцу Конде.
• Каждое утро делает зарядку — Портос убивает быка ударом кулака и однажды умудрился развалить крестьянский дом; при этом принял на голову крышу и вылез из-под неё слегка поцарапанным.
• Каков родитель, таково и дитя — троп очень сильно обыгрывается в третьей части трилогии, благо детям находится место в кадре. Если с Раулем де Бражелоном и вторым герцогом Бекингемом троп играется прямо, то с отцом и сыном де Вардами — субверсия. Отец — злодей по должности, которому не повезло (и которого в экранизациях смешивают то с Рошфором, то с Жюссаком), а вот сын — куда более гнусный тип (впрочем, его хватает только на Мордаунта-лайт, версия придворная).
  • Ну и достойный сын своей матери Мордаунт. Подсвечено, что на мать похож даже внешне, хотя в мужском варианте этот конкретный тип внешности далеко не привлекателен.
• Кающийся грешник — во второй части Майяр, податель святой воды на паперти церкви Святого Евстафия, каждый месяц заказывает мессу за упокой особы, умершей насильственной смертью. Это Бонасье.
• Князь Церкви — Ришельё в первой части трилогии, Мазарини во второй. В третьей таковым становится Арамис, как епископ Ваннский и генерал ордена иезуитов.
• Коварный трактирщик — д’Артаньян наверняка воспринял как сабж «подлого трактирщика», который в Менге натравил на него, благор-родного двор-рянина, свою прислугу с палками. А что было делать трактирщику?.. Нищий благородный приблудыш из далёкой и чуждой Гаскони (понаехали тут!..) буянил около заведения, посмел вызвать гнев самого графа де Рошфора… Вот кабатчик, добрый подданный короны, и унял бедокура как умел — глядишь, господин граф ещё и отблагодарит…
  • Позже более прямо отыграно с другим трактирщиком, который согласился подыграть кардиналистам — возвести на Атоса и д’Артаньяна ложное обвинение («Монеты-то фальшивые!..»). Ну, раненый Атос потом оторвался на этом незадачливом провокаторе… (В первую отечественную экранизацию попала собственно провокация — но не то, как Атос потом оторвался. А Сергей Жигунов в своём телесериале, как мог, постарался восполнить упущение.)
• Кому сохранить верность — сюжетообразующий конфликт второй и третьей частей трилогии. в «Двадцать лет спустя» д’Артаньян и Портос оказались на стороне кардинала и двора, а Арамис и Атос — на противостоящей стороне Фронды. Всех их весьма расстроил этот факт. В итоге верность друзьям победила-таки, а в английской гражданской войне они вчетвером пытались спасти короля Карла I, несмотря на то, что оказались в Англии на разных сторонах (Атос и Арамис волонтёрами в лагере роялистов, д’Артаньян и Портос — военными советниками при Кромвеле).
  • А вот в «Виконте де Бражелоне» конфликт был пожёстче — д’Артаньян принёс личную клятву в верности королю Людовику XIV (к таким вещам он относится очень серьёзно), а король позже приказал ему арестовать Атоса по несправедливому обвинению. Конфликт лояльностей был так силён, что циник д’Артаньян попытался заколоться — но король остановил его и понял, что был неправ насчёт ареста.
    • Там не было конфликта лояльности. Выбор д’Артаньян сделал сразу и без колебаний — в пользу друга. Заколоться д’Артаньян пытался из-за того, что король оскорбил его шпагу — отшвырнул ее, когда гасконец положил ее перед королем.
• Король в изгнании (в продолжениях) — короли Англии Карл I и будущий Карл II.
  • Недолго пробыл в изгнании и молодой Людовик XIV во времена Фронды вместе со своей матерью-регентом и всем французским двором.
• Король под прикрытием:
  • Бекингэм, приехавший в Париж (где его слишком много могущественных людей знают и ненавидят), спокойно появляется в городе, переодетый мушкетёром, и при встрече полагается лишь на собственную шпагу, как простой военный.
  • Во второй книге Мазарини в одежде простого дворянина решил проехаться по взбунтовавшемуся Парижу, проинспектировать посты. Узнал о себе много интересного. Да, он не король — но любовник королевы-регента.
  • Там же на этот троп Атос с Арамисом уговаривают пойти Карла I перед генеральным сражением с армией Кромвеля. Не помогло.
• Кот злодея — коты Ришельё, который и в жизни очень любил кошек. Кодификатор.
• Красивый — не значит хороший:
  • Миледи же! Дюма специально подчеркивает, что Констанция — просто «хорошенькая», в то время как Миледи — красавица.
  • Арамис, самый красивый и элегантный из мушкетерской компании, одновременно самый хитрый и расчётливый.
• Крутой в отставке — Атос и Портос на начало «Двадцать лет спустя» ведут патриархальную жизнь в своих поместьях.
• Крутой мимо проходил — именно в этой ситуации д’Артаньян срывает освобождение двух друзей канцлера Фуке в «Виконте де Бражелоне», поверив, что их и впрямь собираются линчевать на месте. В результате вмешательства бравого гасконца, который всего лишь шел посмотреть свежекупленную недвижимость, бедняг повесили.
  • В «Двадцать лет спустя» в этот троп попадает Рауль, деятельно поучаствовавший в аресте советника Парижского парламента Бруселя. Д’Артаньян потом подсвечивает, что уехавший на тот момент в Англию папа Рауля (который симпатизирует Фронде) был бы не в восторге от подобной выходки сына, так как Брусель — известный фрондер.
• Крутой фехтовальщик — и среди героев, и среди плохишей таких хватает.
• Мортидо — герцог Бекингем. Очень похоже, что он, сознавая безнадежность своей любви к Анне Австрийской (ну никак им не бывать вместе, да и она ничем не показывала своих чувств), мало дорожил жизнью. О своей возможной скорой насильственной смерти, которую видел во сне, говорит без страха, и не принимает никаких мер, чтобы этого избежать. Наоборот — приехал в Париж без всякой охраны, переодетым бродил по улицам, полагаясь только на свою шпагу, как простой военный. И не специально ли позднее подставился под кинжал Фельтона? Иначе как он мог отвлечься на письмо Анны, забыв о враге, от которого только что собирался защищаться?
  • В «Виконте де Бражелоне» — собственно Рауль в третьей книге без всяких альтернативных интерпретаций, по факту доведенный до самоубийства — но не наложивший на себя руки сам, а бросившийся под вражеские пули. С прикрученным фитильком: де-факто получилось всё-таки обычное самоубийство — с поля боя его вынесли и он скончался в госпитале, скорее всего намеренно упав с койки.
  • Мастер клинка и пули — главные герои.
• Называть по фамилии — согласно традициям французской культуры, обращение по личному имени — это фамильярность (или снисходительность, «как к ребёнку»), и к дворянам не полагалось так обращаться — могли счесть за оскорбление, а кому нужны трения с дворянином? Атос, который старше д’Артаньяна на 9 лет, нередко называет его «сын мой», по имени не называет всё равно.
  • Д’Артаньян — кто вообще помнит, как его звали по имени? На самом деле Шарль, но так к нему даже Констанция не обращается. А в некоторых адаптациях он Натаниэль.
  • Там же — граф Рошфор (на самом деле де Рошфор) и граф де Вард. И, в общем-то, все мужчины дворянского сословия, кроме англичан, Рауля де Бражелона и Арамиса (и то последнее не между друзьями, а в подслушанном д’Артаньяном общении аббата с женщиной во втором романе).
  • Кардинал Ришельё, кстати, тоже. Вообще-то он Арман-Жан дю Плесси. Но об этом говорит только сам автор (и реальная история).
  • Строго говоря, это всё не столько фамилии, сколько феодальные имена, производные от земель, откуда герои родом (буквально «из Артаньяна» и т. д.)
  • Атоса, Портоса и Арамиса в период службы мушкетёрами даже по фамилиям не зовут, только по выбранным ими для себя прозвищам. Фамилии Портоса и Арамиса в первой книге вообще не упоминаются.
• Налево кругом — Арамис в «Десять лет спустя», хотя и оправдывает авантюру с Железной маской с точки зрения благонамеренного экстремизма. Но в итоге — Портос в каменной могиле, а Арамис — испанский гранд и генерал ордена иезуитов. Испанский гранд — это, конечно, хорошо… Но глава иезуитов — второе лицо церкви после самого папы, это головокружительное богатство и безмерная власть. У человека, который 30 лет тому назад мечтал стать всего-навсего аббатом, карьера удалась на ура.
• Насмешник с мордой кирпичом — Рошфор. Именно этим он и провоцирует конфликт с д’Артаньяном в самом начале книги, определив судьбу последнего на тридцать лет вперёд.
• Нежданный любимец публики — Биккара и Жюссак. Появляются всего раз, во время той самой дуэли пять на четыре, но как же круты! Первый, уже раненый в бедро, был готов сражаться один против четверых, лишь бы не сдаваться, ещё и троллил. Второй, будучи пронзённым насквозь, всё равно остался командиром, переживающим за подчинённых. Впоследствии автор даже сообщил, что Жюссак оправился от страшной раны.
  • А также неназванный наёмный бретёр-убийца, мастерски разыгравший пьяного и выведший опытного фехтовальщика Портоса из строя чуть ли не первым же выпадом. При всей сомнительности профессии, не кровожаден: узнав, что выбрал не того, не стал добивать, и даже помог добраться до гостиницы.
• Не получил девушку — после того, как Констанция умирает, д’Артаньян остаётся один (ну, как минимум на момент финала первой книги).
• Обознатушки — д’Артаньян принял Арамиса за Рошфора. Это, хоть и не прямым образом, послужило причиной для дуэли.
  • А после принял Бекингема сначала за Арамиса, а потом за любовника Констанции. И схватился за шпагу.
• Отвергнутый мужчина — это страшно — кардинал Ришельё мстил королеве Анне и Бекингему.
  • В книге, впрочем, у него цели прежде всего политические. О том, что «Ришелье, как известно, был влюблён в королеву», упоминается вскользь, как о старой сплетне. А вот в некоторых экранизациях любят об этом говорить слишком много. Так что скорее это «троп, характерный для адаптаций».
    • В «двадцати лет спустя» Анна прямо говорит — «Я пренебрегла, — прошептала она, — любовью кардинала, который никогда не говорил „я сделаю“, а всегда „я сделал“». Так что в истории с подвесками троп был этакой легкой перчинкой-приправой к основной цели — услать войска куда-нибудь подальше от Тридцатилетней войны.
    • А вот в «Трех мушкетерах» упомянута «история с сарабандой». Анна не просто отвергла чувства кардинала, но жестоко посмеялась над ним — поэтому-то он и мстит.
• Отказ от адюльтера — королева Анна Австрийская на свидании с герцогом Бекингэмом. «Я не знаю, люблю я вас или нет, но я твёрдо знаю, что не нарушу своих клятв». А муж даже не испытывал за это благодарности…
  • Изменившаяся мораль как она есть. По меркам того времени королеве было неприлично уже просто остаться одной. А уж наедине с мужчиной… тем более с англичанином, да каким! Первым лицом страны, с которой Франция вот-вот воевать начнёт! Такого комбо было бы достаточно, чтобы отправить Анну прямиком на эшафот. Наличие или отсутствие прямой супружеской измены тут бы уже ничего не меняло…
• Парвеню:
  • Портос в «Двадцать лет спустя» мечтает о баронском титуле, ибо в глазах более бедных, но знатных соседей он именно этот троп.
  • Таковым участники Фронды принцев считают кардинала Мазарини.
  • «Виконт де Бражелон» — Маликорн, сын юриста, умудряющийся стать незаменимым для короля человеком в придворных интригах, и получить и аристократическую приставку «де», и вознаграждение скорее всего не на словах.
• Печальная борода — такую бороду отращивает герцог де Бофор незадолго до своего побега из тюрьмы, после которого д’Артаньян и Портос за ним гнались, пока не скрестили шпаги с Атосом и Арамисом.
• Печальный символ — в «Двадцать лет спустя» оказывается, что Анна Австрийская хранит предсмертный подарок Бекингэма: окровавленный нож, которым он был убит, и единственные два письма, которые она некогда ему написала.
• Похожие семейные имена — обоих братьев Людовика XIV, и герцога Орлеанского, и несчастного близнеца-Железную Маску, зовут одинаково — Филипп.
• Получается смешно — Д’Артаньян получает вызов на дуэль разом от трёх мушкетёров. Дуэль с каждым может со значительной вероятностью закончиться смертью… поэтому вежливый гасконец начинает заранее извиняться перед участниками: дескать, есть вероятность, что кто-то из мушкетёров не сможет получить сатисфакцию по причине смерти самого д’Артаньяна.
• Прекрасная принцесса — герцогиня де Лонгвиль, урождённая принцесса как дочь принца Конде, в глазах Арамиса (и не только) в «Двадцать лет спустя».
  • Там же юные прекрасные принцессы — Генриетта Стюарт (которую в «Двадцать лет спустя» Дюма ничтоже сумняшеся превратил из четырехлетней в как минимум тринадцатилетнюю, при том что в «Виконте де Бражелоне» ей вроде бы столько лет, сколько должно быть по истории) и Елизавета Стюарт, присутствующая на казни своего отца Карла I.
    • С дочерьми Карла I вообще беда в «Двадцать лет спустя» — мало того, что Генриетту сделали 13-летней и перенесли увлечение де Гиша ей на 1649 год, так ещё и Елизавету именуют Шарлоттой (дочери с таким именем у Карла I в реальной истории не было).
  • Уже взрослая Генриетта Стюарт в «Виконте де Бражелоне» как герцогиня Орлеанская.
• Преторианцы — мушкетёры короля. И гвардейцы кардинала тоже (в «Двадцать лет спустя» они уже официально вторая («серая» по масти коней) рота мушкетёров.
• Проблемы с коммуникацией убивают — герцог Бекингэм не узнал вовремя, что его хотят убить. Лорд Винтер не успел его предупредить, а слуга королевы, Ла Порт, приехал к герцогу одновременно с Фельтоном — да вот только пустили первым из них именно Фельтона. И даже более того: если Бекингэм ещё мог бы с ним справиться, то известие от письме из Франции отвлекло его, и погубило вместо того, чтобы спасти.
  • Констанция тоже была отравлена, потому что мушкетёры не успели вовремя на выручку к ней, и миледи их опередила.
• Пустоголовый франт — субверсия с Маниканом в «Виконте де Бражелоне». С головой у Маникана всё в порядке, а вот с энтузиазмом напряжёнка, поэтому он и старательно имитирует троп, чтобы прикинуться шлангом. Учитывая его искреннюю страсть к франтовству и дорогущим костюмам (на которые он спускает в разы больше, чем вся семья получает), притворяться несложно, но это не мешает Маникану в критических ситуациях моментально раскручивать мозг на полные обороты и решать любые проблемы с прибылью для себя.
• Ревность — это смешно — два гомерически смешных ревнивца, король и галантерейщик.
• Роковая женщина — миледи Винтер. Герцогиня де Шеврез — «труба пониже, дым пожиже», но зато появляется во всей трилогии.
• Рокош — Фронда принцев в «Двадцать лет спустя». Сместить, правда, хотят не короля, а регента.
• Рок силача — обстоятельства гибели Портоса в «Десять лет спустя».
• Романтический обман — д’Артаньян выдал себя за де Варда, чтобы переспать с Миледи.
  • Строго говоря, «переспать с Миледи» не было самоцелью — изначально д’Артаньян пытался собрать информацию относительно судьбы Констанции и планах Миледи относительно него самого. Но когда появилась такая возможность — д’Артаньян воспользовался ею с превеликим удовлетворением.
• Рыцарь в ржавых доспехах — Атос пример из палаты мер и весов. Пополам с Мрачный добряк.
  • С другой стороны, всем знакомым Атос известен как едва ли не эталон благородного дворянина, а сам он явно считает рыцарскую мораль образцом для подражания; цинизм же Атоса относится скорее к сфере личных отношений.
  • В продолжениях он меняется этой ролью с д’Артаньяном. Стремление стать хорошим отцом вынуждает Атоса начистить доспехи обратно, чему активно способствует беззаботная жизнь в родовом поместье, в то время, как д’Артаньян, месяцами не вылезающий из караулов и при этом живущий на одну зарплату, к сорока годам ржавеет насквозь.
• Светлая женственность и тёмная женственность — с прикрученным фитильком, но всё же Констанция и Миледи. Причём здесь темноволосая положительная героиня противопоставляется белокурой отрицательной, что во времена Дюма нарушало все литературные каноны.
• Сила толпы — во второй книге д’Артаньян убедил Людовика XIV подчиниться её желаниям (подробнее по ссылке).
• Слишком хорош для этого мира — Рауль де Бражелон, внебрачный сын и воспитанник Атоса. Парадокс: любящий отец желал Раулю самого лучшего, но сделал все для формирования тропа. Ибо воспитывал идеального рыцаря накануне утверждения циничной эпохи абсолютизма.
• Смехотворно дешёвый подкуп («Двадцать лет спустя») — про Мазарини рассказывали, что однажды он пытался подкупить феодала столь малой взяткой, что тот предложил большую взятку, если к нему не будут лезть с такими вопросами.
• Сон во время экшена — в «20 лет спустя» с прикрученным фитильком. «Ну а теперь спите или постарайтесь уснуть, — сказал Атос. — Я останусь на вахте».
  • Подсветка: «Для всякого иного человека, не такого закала, подобное предложение показалось бы смешным. Они промокли до костей, дул ледяной ветер, только что пережитое должно было помешать им заснуть. Но у этих избранные людей с железной волей, закаленных всевозможными лишениями, ничто не могло вызвать бессонницы, если наступало время для сна и он был необходим».
• Сюжетное подслушивание — много раз, иногда случайно, иногда намеренно. Самые заметные примеры — д’Артаньян и Планше, подслушивающие через разобранный пол, что происходит на первом этаже дома Бонасье, и Атос, подслушивающий через дымоход встречу кардинала с миледи.
• Тридцатилетняя война — одно из сражений поздней фазы (битва при Лансе) показано во второй части трилогии. Первая часть совпадает по времени с первой фазой войны.
  • Сражения средней фазы, когда Франция вступила в войну, описаны флэшбэком в «Двадцать лет спустя». В одном из них д’Артаньян был признан пропавшим без вести. К счастью, обошлось, добрался до Парижа и восстановился в полку.
• Ты убил моего отца:
  • «Двадцать лет спустя» — Мордаунт как злодейская версия тропа.
  • «Виконт де Бражелон» — де Вард-младший как пример с прикрученным фитильком — «Твой отец испортил жизнь моему отцу». А на самом-то деле, вполне вероятно, спас ему жизнь, не позволив развивать отношения с миледи. Иначе бы старшего де Варда вполне могла ждать участь брата лорда Винтера. А уж младшему вовсе бы помолчать: он бы тогда при любом раскладе не родился.
• Убийство по ошибке — отравленное вино, предназначавшееся героям, выпил слуга д'Артаньяна, взятый на службу после провала попытки убийства. Таким образом, для него это стало искуплением, равносильным смерти. А ещё он спас не только д'Артаньяна, но и ещё двух слуг, включая Планше, которые тоже планировали угоститься винищем.
• Умные люди знают латынь — Арамис, разумеется, блестяще знает латынь, он ведь с детства готовился к церковной карьере. Одна из самых забавных сцен в книге — эпизод, когда д’Артаньян вламывается к раненому другу и обнаруживает его за беседой о диссертации с парочкой священников. В ходе беседы Арамис с удовольствием щеголяет учёностью, а вот деревенский кюре латыни явно не знает. Д’Артаньян (худородный провинциальный дворянчик, дед которого мог быть ещё купцом) образование получил, но латынью не овладел, что старательно скрывает.
  • А Атос владел латынью до того хорошо, что неоднократно поправлял редкие ошибки Арамиса.
• Умный плюс сильный — в «Двадцать лет спустя» в таком амплуа выступают д’Артаньян и Портос, когда работают в паре; в «Десять лет спустя» уже Арамис и Портос (экранизация Хилькевича сделала выход парочки д’Артаньян+Портос на бис, так как из-за выкинутой сюжетной линии с укреплениями Бель-Иля Портос оказался сюжетно совершенно свободен для участия в английской авантюре мсье д’Артаньяна, а из-за отсутствия в экранизации Планше кому-то надо было дать на всё это счастье деньги).
• Фаворитка — из троих подруг-фрейлин в «Виконте де Бражелоне» Луиза де Лавальер и Атенаис де Тонне-Шарант (затем де Монтеспан) по очереди были таковыми для Людовика XIV. Ора де Монтале — субверсия/аверсия. Фавориткой короля не стала ни в книге, ни в реале, но в реальной истории уже пожилой Людовик увлекся её дочерью — мадемуазель де Шатобриан (её отцом был принц Конде, чьей любовницей недолгое время была Ора).
  • В эпилоге «Виконта» мадемуазель де Керуаль подсовывают Карлу II Стюарту в качестве «троянской фаворитки», чтобы направлять политику Англии в профранцузское русло. За свои заслуги на поприще согревания постели короля мадемуазель становится герцогиней Портсмутской.
• Формальное наказание — король лично вызывает устроивших за пару дней две дуэли и чуть ли не целое восстание мушкетёров вместе с де Тревилем на ковёр — чтобы по просьбе обиженного кардинала как следует отругать. Получить втык от самого короля было бы, конечно, неприятно… если бы выговор не сопровождался приличной суммой денег и самыми искренними поздравлениями.
• Человек эпохи Возрождения — Атос. Офицер и джентльмен, при этом получивший отличное для своей эпохи образование, и не только в типично дворянских областях — когда требуется по сюжету, он даже в навигации разобрался. При этом «борясь с Портосом, не раз побеждал этого гиганта»(!!!).
  • Портос в «Десять лет спустя» пародирует троп, так как, если не брать альтернативные интерпретации персонажа, его хватает только на дилетанта широкого профиля.
  • Из Рауля де Бражелона Атос выращивал этот троп сознательно. Правда (как и у ряда примеров из реала) навык «Манипулирование и придворные интриги» оказался дамп-статом.
• Чудо одной сцены — Атос в Амьене же! То, как он проучил трактирщика, опорожнив погреб, самая крутая разрядка смехом за трилогию! Юнгвальд-Хилькевича до сих пор ругают за то, что не вставил в фильм.
  • Портос, вынужденно оставшийся в трактире, тоже отжёг. К примеру, когда хозяин попросил переехать в другую гостиницу, тот заявил буквально: ваша гостиница лучше, так что останусь здесь. Для хозяина это было слишком лестно, и он продолжил терпеть проблемного клиента.
• Шахматы — Ришельё часто играет в шахматы с королём.
• Шибболет — в истории с Железной Маской таким оказывается испанский язык, которым Людовик владеет свободно, а Филипп не знает совсем. Не то чтобы это привело к мгновенному разоблачению всей интриги, но сразу стало понятно, что что-то тут не так.
• Я заплачу! — Миледи перед казнью пытается подкупить двух мушкетёрских слуг, обещая им по тысяче дукатов, если они помогут ей бежать. Но это скорее акт отчаяния — ну что эти двое там могут сделать? Тем не менее Атос убирает их от неё: «Она что-то говорила им — на них уже нельзя полагаться». Вероятно, предполагая кое-что похуже.

Тропы вокруг книги

• Затмить адаптацией — мало кто слышал про «Дневники Шарля де Баатца, сеньора д’Артаньяна» авторства Гасье́на де Курти́лья де Сандра́, написанные ещё до Дюма.
  • Только оболочка — Атос, Портос и Арамис Дюма имеют крайне мало общего с бедными беарнскими дворянами из пары эпизодов творения Куртиля (из которых Атос был самым молодым в компании, единственным не дворянином в минимум втором поколении по происхождению — титул купил его отец, да вдобавок и умер рано, а Портос, точнее Исаак де Порто, вообще не был мушкетёром, а служил в королевской гвардии).
• Бонус для гениев — при всём вольном обращении Дюма с историей (на грани тропа Всё так и было) у него натыкано довольно много пасхальных яиц для знающих французскую историю:
  • Вражда между Арамисом и принцем де Марсильяком (впоследствии герцогом Ларошфуко, известным писателем) в «Двадцать лет спустя». Прикол в том, что Арамис в этой книге процентов на 40 списан именно с Ларошфуко.
  • Атос упоминает, что родовым в его семье являлось имя Ангерран, которое носили многие его славные предки. Имя Ангерран (а также имя Рауль) было родовым в вымершей в реальности в XV веке семье Куси, прославившейся девизом «Не граф, не герцог, Боже упаси! Зовусь я господином де Куси», а также имевшей графство Ла Фер в качестве одного из побочных владений.
    • Для полного понимания ситуации следует упомянуть, что род Куси в средневековой Франции считался одним из наиболее древних и знатных, то есть это дополнительная характеристика Атоса как аристократа из аристократов, знатностью равного королям.
  • Титул миледи в английском браке — баронесса Шеффилд. Реальная баронесса Шеффилд влипла в скандал с двоемужеством, точнее, с сомнительным первым браком, а потом признанный бастардом сын от этого брака требовал права на наследство отца. Ничего не напоминает?
• Бонус для современников:
  • Это сейчас Атос, Портос и Арамис выглядят обычными французскими именами, а два века назад публика прекрасно понимала, что эти имена — выдуманные, псевдонимы главных героев. Более того, Athos это вообще французское название горы Афон, поэтому комендант Бастилии говорит: «Но это же гора, а не человек».
    • Зигзаг: одним из прототипов книжного Атоса стал реальный мушкетёр Арман де Силлег д’Атос д’Отвиль. Из этого же списка были взяты имена Анри д’Арамица (местечко в Пиренеях) и Исаака де Порто. Это для Дюма и его современников имена казались выдуманными, а вот французы более ранних эпох сразу поняли бы, что имена гасконские.
  • Ещё больший прикол с Атосом. Пока большинство товарищей отдаёт предпочтение шампанскому либо красному сухому вину, Атос даже дома ежедневно употребляет испанские вина. Ну, нравится человеку испанский продукт больше отечество, такому аристократу положено быть гурманом, правда? А вот современник автора прекрасно понимал, что под испанскими винами подразумевались херес и малага, то есть жёсткий крепляк, с которым нормальный человек вёл бы себя куда осторожнее.
• Знают именно за это — четверо мушкетёров едут в Лондон за подвесками, которые королева подарила герцогу Бэкингемскому, король — хороший, кардинал — плохой. Ну и была там какая-то история с Миледи и Констанцией. Осаду Ла-Рошели могут вспомнить исключительно потому, что в экранизации Юнгвальд-Хилькевича про неё поют.
  • Из трех частей «Виконта де Бражелона» экранизируют обычно только третью — «Человек в железной маске», и сюжетные линии первых двух частей романа малоизвестны.
• Микротрещины в канве — в ответ на предложение своей любовницы Мадлен узаконить отношения д’Артаньян ответил, что её сбежавший муж «вернется, чтобы отправить нас на виселицу». А если мушкетёр его убьёт? «Это просто другой способ попасть на виселицу!» Но ведь дворян не вешают, а рубят головы. Да, введённый ещё Ришелье антидуэльный эдикт назначал за сие действо наказание в виде повешения, вне зависимости от состояния виновного, именно чтобы отвадить дворян от самоистребления. Но муж Мадлен не дворянин, а трактирщик, и ни о какой дуэли речь быть не может.
• Не в ладах с арифметикой — в сеттинге Арамис, который на момент «Двадцать лет спустя» заявляет, что ему 37. Д’Артаньян, которому недавно исполнилось сорок, исправляет друга, так как помнит, что тот его на пару лет старше. Обоснуй — Арамис привык врать о своём возрасте любовницам.
  • Вне сеттинга — автор. Смотрите тут, почему чёткий таймлайн романа выстраиванию не поддается.
• Не в ладах с историей — багофича сеттинга для обеспечения более яркой атмосферы приключений. В основном, инверсия: Дюма и его соавтор Маке были очень в ладах с историей, на зависть подавляющему большинству коллег. Когда им не нужно было выдумывать романтические линии и продвигать героев по служебной лестнице, точность описаний и передача атмосферы эпохи — исключительны.
• Реткон — довольно много, как внутри трилогии, так и между трилогией и приквелом (который Дюма написал уже в 1849 году). Один из самых ярких — имя миледи. В «Трёх мушкетёрах» говорится, что её настоящее имя Анна де Бейль, Шарлотта Баксон — псевдоним, а в приквеле «Юность мушкетёров» она становится Шарлоттой, дочерью Вильяма Баксона, дворянина из Уэльса, а Анна де Бейль — имя её матери-француженки.
• Фанон — имя д’Артаньяна Шарль. По прототипу. В книге не упомянуто ни разу. По имени из всех мушкетеров в каноне называют только Арамиса (Рене). В пьесе-приквеле «Юность мушкетёров» мы также узнаем имя Атоса — Оливье.
  • Каноничный Оливье показался атосоманкам слишком простолюдинским (другие носители вариаций того же имени в сеттинге — джентри Оливер Кромвель и слуга Оливен), и потому родился вариант Арман (по прототипу Куртиля) Оливье Ангерран (упомянутое в сеттинге имя нескольких предков Атоса, намек от автора на его родство со знаменитым семейством Куси, где имена Ангерран и Рауль — родовые) де Ла Фер.
  • Туда же — статус его как второго сына, чтобы объяснить некоторые странности с его юностью вроде обучения морскому делу в Англии.
• Цитата-бастард — с прикрученным фитильком. Крутое кредо «Один за всех и все за одного» таки появляется в книге, но… ровно один раз и в проходной сцене — когда д’Артаньян объясняет друзьям, почему он позволил людям кардинала арестовать г-на Бонасье. Более того, звучит оно НЕ как «Один за всех и все за одного», а «Все за одного, один за всех» — «Un pour tous, tous pour un». Обратной форме мы обязаны кинону.

Адаптации

Тропы, характерные для адаптаций

• Вопиющий неканон. Яркий пример — американские «Три мушкетёра» 1993 года. Сценаристы вычеркнули всю сюжетную линию с подвесками, заменив ее историей, в которой Ришелье пытается захватить французский трон, Д’Артаньяна сажают в тюрьму и пытаются публично казнить, мушкетёрский полк распускают, и все в таком духе.
• Глупый король — Людовик XIII из экранизации Юнгвальд-Хилькевича. В прочих экранизациях короля делают то глупее, то умнее. В оригинале близко к аверсии, ибо Людовик близок к реальному — далеко не дурак, и даже довольно успешный правитель, но при этом человек, увлечённый больше искусством и развлечениями, чем политикой, и сваливающий её на лучше смысляшего в этом Ришелье.
• Два в одном и три в одном — экранизаций много, иной раз бывает и вариант «четыре в одном»: Рошфор может управиться и за Жюссака, и за Бернажу, и за графа де Варда. Правда, Жюссака чаще всего в экранизации всё же оставляют. Де Варда — уже куда реже (к примеру, в советской экранизации за него работает как раз Жюссак). А вот Бернажу вообще практически никогда не появляется.
  • Кроме того, режиссёры не заморачиваются показывать слуг всех героев, потому Планше, слуга д’Артаньяна, может и вино верёвкой воровать (как Мушкетон), и по поводу карьеры господина сокрушаться (как Базен). Только за Гримо не отрабатывает, уж больно тот специфичен.
  • В русской экранизации «Двадцать лет спустя» смешали в одну даму герцогинь де Лонгвиль и де Шеврез, а то что получилось, сделали сестрой герцога Бофора. Реальная Шеврез не имела к Бурбонам и к Бурбон-Вандомам в частности вообще никакого отношения, а братом мадам де Лонгвиль был Великий Конде.
• Драка в общепите:
  • «Три мушкетёра» от Бернара Бордери — здешние кабацкие драки вошли в историю кино.
  • В классическом мюзикле от Юнгвальда-Хилькевича тоже пару раз случилось. А вообще по нему разбросано несколько отсылок к культовой мини-киноэпопее Бордери.
  • «Три мушкетёра» от С. Жигунова — в одной из первых серий есть неплохая драчка в трактире с участием всех трёх мушкетёров.
  • Да и, пожалуй, в каждом фильме о мушкетёрах без этого дела не обошлось.
• Злодейство в адаптации — в «Мушкетёрах» 2011 г. Бекингем из милого романтика стал харизматичным злодеем и одним из врагов центрального квинтета героев. В королеву Анну он почему-то не влюблён.
  • Кольбер в «Возвращении мушкетёров», где из него лепят типичного злого канцлера — в оригинале был субверсией тропа.
  • Людовик XIV в «Человеке в железной маске» в исполнении ди Каприо конкретно так очерняется в адаптации, чтобы интрига Арамиса выглядела однозначно положительной для страны, а не только для интересов отдельно взятого епископа.
• Изменить возраст в адаптации:
  • «Три мушкетёра» с Боярским — и д’Артаньян и король с королевой намного старше чем должны были бы быть.
    • Вообще по пальцам можно сосчитать экранизации, где д’Артаньян выглядит прибизительно на 19. Экранизаций же, где он при этом смуглый брюнет, вообще нет — если не считать экранизацией «Мушкетеров» от ВВС.
    • Если главного героя ещё хоть иногда делают юным (ну, не на 19, но хоть на 22), то король выглядит старше своих лет практически всегда, а королева немногим меньше, чем практически всегда.
  • Другие наши «Три мушкетёра», сериал 2013 г. от Сергея Жигунова — Ришельё сыгран не сорокалетним, как было в оригинальном романе (там он «выглядит не старше тридцати семи») и в реальной жизни, а гораздо старше, что даже не пытаются скрыть. Впрочем, актёр (это, блин, сам Василий Лановой, потому и можем мы увидеть, как пожилой кардинал лихо прыгает под ля-Рошелью) хоть и крепок, но настолько стар, что скрыть невозможно. По словам создателей, это сделано специально — дабы не усложнять сюжет возможными личными, а не политическими причинами противостояния кардинала и королевы. Благо этого добра там и без того…
    • Зато 23-летний Риналь Мухаметов выглядит так молодо, что вполне тянет на 19-летнего д’Артаньяна. А в ранних сериях просто бесподобно отыграл девственника.
  • Внезапно в обратную сторону в стимпанк-экранизации 2011 года, где Людовика XIII и Анну Австрийскую сделали… на несколько лет младше, чем они должны были быть, чтобы король оказался ровесником д’Артаньяна, которого там играет соответствующий по возрасту актёр.
    • Но там же прямо в случае с Арамисом, который в экранизации ближе по возрасту к Атосу, в то время как в книжном каноне он всего на 2-3 года старше д’Артаньяна.
    • Дополнительная хохма: на постсоветском пространстве эту фильму пиарили в качестве единственной экранизации, где возраст всех актёров соответствует возрасту всех персонажей. Ещё большая хохма: зрители думали, что посмотрят самую точную экранизацию в целом. Ага, щаз!
  • Ещё один пример изменения возраста в обратную сторону (сильное омоложение относительно истории/канона) — Карл II (на тот момент принц Уэльский) в «Двадцать лет спустя» Юнгвальд-Хилькевича. С одной стороны, его наличие в сюжете как сопровождающего мать вместо его сестры Генриетты (состаренной с лёгкой руки Дюма на 10 лет) исторично, с другой — это был 18-летний юноша 180 см ростом, а не восьмилетний мальчик (хотя Серёжа Боярский и милый).
• И часовню тоже он! — В экранизациях — милое дело, чтобы хоть кто-нибудь из врагов повынимал шпагу хоть чуть больше раз и/или в более эпических моментах, чем в оригинале, может, заменяя при этом другого шпаговынимателя. Граф Рошфор, де Жюссак, а то и сама Миледи.
• Кастинг-агентство «WTF?»
  • Д’Артаньян:
    • В советских «Мушкетёрах». Михаил Сергеевич Боярский внешне почти идеально соответствует книжному описанию (перечитайте и убедитесь!), и безбашенного, увлекающегося юнца играет мастерски, но… взрословат. В начале сюжета этому персонажу (как нам предлагается верить) восемнадцать, в конце первого фильма («Когда твой друг в крови…») — двадцать. Но чисто визуально — в одних кадрах этому Шарлю де Батцу д’Артаньяну ну очень «акселератские» восемнадцать со следами бурного жития и неумеренного пития; а в других кадрах (и их большинство) — ему можно дать все тридцать. Актёру, когда завершали фильм, как раз тридцать и было.
    • В английской экранизации Лестера д’Артаньяна играет белобрысый Майкл Йорк. Гасконец, напомним, чёрен, как вороново крыло (и вообще Гасконь — это почти Испания).
  • Портос:
    • В оригинале он, как не раз подчёркнуто, гигант, а в советском фильме он одного роста с товарищами.
    • И вообще, какую экранизацию ни возьми — всюду Портоса делают не гигантом, а толстяком. Так сказать, вертикаль с горизонталью меняют. Это уже многими считается каноном. Обоснуй — попробуйте найти актёра ростом 198 см, как каноничный Портос, не впадая в расовый лифт (о котором ниже). По словам Планше, в герое шесть футов росту — и скорее всего, имелся в виду французский королевский фут, несколько длиннее английского.
    • А вот Портос с явными африканскими корнями в сериале ВВС (назвать его экранизацией язык не поворачивается, ибо всякое подобие с Дюма утрачено полностью) вполне правдоподобен, потому что Дюма, описывая прототип Портоса, писал его со своего отца — наполеоновского генерала Тома-Александра Дави де ля Пайетри, сына французского аристократа и чернокожей гаитянки. Создатели сериала сказали, что это осознанный оммаж Дюма.
  • Ещё про Юнгвальд-Хилькевича — Арамис по книге был черноволос и черноглаз. Миледи выглядела лет на 25-27. И король с королевой тоже должны бы быть моложе. Де Тревиль — аналогично. И т. д. и т. п.
  • Миледи практически никогда не везёт в экранизациях. Что Фэй Данауэй, что Маргарита Терехова, что все остальные (ну, кроме Милен Демонжо), отыгрывают взрослых женщин-вамп, про которых сразу всё понятно. Книжной Миледи ещё далеко до тридцати, и она похожа на ангела, лишь в редких случаях демонстрируя свою истинную сущность (тем и разительнее контраст, что сам Дюма и подсвечивал).
    • Обоснуй: миледи по книге выглядит младше своих лет, но всё же сразу видно, что она взрослее вчерашнего подростка д’Артаньяна (примерно как начинающая университетская преподавательница рядом с первокурсником), но и младше Атоса. Как ни странно, Данауэй с этого ракурса вполне канонична, а вот Демонжо нет.
    • Субверсия в сериале Жигунова. Приглашённая на роль миледи Екатерина Вилкова выглядела моложе своих лет, плюс белоснежные кудряшки и огромные глаза. Но, увы, режиссёр решил изменить образ в пользу прямолинейного зла. Волосы героини потемнели, грим сделал лицо вытянутым, а глаза маленькими. Господи, да она же выглядит старше Атоса! Сергей Викторович, зачем???
• Если бы я хотел, ты уже был бы мёртв — «Если бы я… стреляла в вас… мы бы сейчас с вами не разговаривали! Я стреляла в лошадь».
• Не в ладах с историей — опять Жигунов. Починку подвесок Бекингем поручает целой улице (!) евреев-ювелиров во главе с В. Этушем. Но проблема в том, что в первой половине XVII века в Англии и одного еврея сыскать было сложно — все они были изгнаны в 1290 г. Возвращаться они начали только при Кромвеле, в 1650-е.
  • Обоснуй — Жигунов ввёл явно анекдотичный образ, просто чтобы потрафить своему учителю Этушу. Кстати, это правда.
• Окрутеть в адаптации — Миледи в некоторых экранизациях «Трех мушкетеров»: магичка, на метле не летает лишь потому, что прекрасно летает и без неё. Плюс практически ниндзя по умениям.
  • Портос во время дела с подвесками в одиночку встаёт против многих противников. В оригинале он оказался втянут в дуэль с одним человеком, который его ранил (не убил, очевидно, потому, что не собирался).
• Опосредованная передача ругательств — «Три мушкетёра» (украинский новогодний кинокапустник в постановке Тины Баркалая). Д’Артаньян (В. Зеленский) рассказывает в письме отцу (В. Этуш) про битву у монастыря Дешо: «Один из гвардейцев кардинала высоко оценил мои способности. Он сказал, что я далеко пойду». Одновременно зрителю показывают, что же происходило на самом деле. Оказывается, д’Артаньян в бою сделал этому гвардейцу больно, и кардиналист — крупным планом, беззвучно — выкрикнул фразу, из которой, если читать по губам, отчётливо ясно, КУДА он на самом деле «предлагал пойти» д’Артаньяну.
• Отупеть в адаптации — Вопиющий неканон с Рошфором в французско-итальянской экранизации 1961 года с Жераром Баррэ в роли д’Артаньяна. Рошфор при первой же встрече без лишних раздумий лезет в драку с д’Артаньяном, а оставшись без шпаги, безвольно тупит. Спасла его Миледи, за какие-то секунды успевшая подкупить местное быдло. А потом Рошфор ещё требует от вырубившегося д’Артаньяна, чтобы тот продолжал бой, но верит на слово Планше, что его господин умер. И это — лучший агент кардинала?!
  • Дальше будет только хуже: Рошфор, завидев д’Артаньяна в Париже, прячется за задницей стоящей рядом лошади. В дальнейшем они встречаются ещё несколько раз, при этом Рошфор имеет преимущество из разряда двадцать на одного. Но, единожды потеряв шпагу, Рошфор опасается сунуться к д’Артаньяну даже в такой ситуации. Только в конце фильма сам нарвался на бой — не иначе крыша от постоянного страха поехала.
  • Миледи троллит Рошфора, подбрасывая ему оскорбительно малый процент с денег, переданных ей кардиналом (типа плата за то, что помог получить заказ). Тот в ответ угрожает ей местью. Нет, Миледи в этой сцене — однозначно противоположный троп, а вот по поводу Рошфора есть только один вопрос: стоило ли приглашать харизматичнейшего Ги Делорма для того, чтобы он играл эдакого лузера?
    • В советских мушкетерах не лучше. Увы, но похожий на милого котика актер так и не сумел вжиться в роль великолепного мерзавца. А роль Дракона Ришелье и главного противника мушкетеров (кроме Миледи) беззастенчиво крадет Де Жюссак.
      • Так ведь Рошфор и не должен быть великолепным мерзавцем! В книге (и в реальной жизни) это умный и эффективный сотрудник Ришелье, который в своем роде действительно великолепен, но мерзавцем не является даже близко. И у Клюева как раз получился редчайший Рошфор, который, в отличие от большинства экранизованных, умеет сначала думать, а потом хвататься за шпагу.
• Распутинская живучесть — у Юнгвальд-Хилькевича Мордаунта сумел угомонить только Де Жюссак, пробив шпагой насквозь.
  • Ха-ха, тоже мне живучий! Жа книжний Жюссак тоже был проколот насквозь д’Артаньяном, но при этом смог к концу боя отдать приказ Бикара о сдаче, а потом вполне поправился и продолжил военную службу. Да и де Вард, которого д’Артаньян проткнул насквозь четвёртым ударом, выкарабкался, хотя и сильно ослабел (помощи, в отличие от Жюссака, не получил вовремя, поэтому потерял куда больше крови).
    • У Ю. Х. Мордаунта зарезали ножом. Кажется, подстрелили. Вроде бы, проломили голову. Утопили. Подняли на крюк под рёбра. И ничего из этого его не убило. Но шпага де Жюссака его доконала. Впрочем, Мордаунт даже после этого успел оного де Жюссака прирезать.
• Светлее и мягче — многие адаптации поневоле делают такими относительно оригинала, чтобы уйти от проблемы изменившейся морали, в свете которой наши герои уже совсем не хороший пример для подражания молодёжи.
• Сменить пол в адаптации — английская экранизация «Двадцать лет спустя» «Возвращение мушкетёров» (The Return of the Musketeers, 1989): вместо Мордаунта здесь фигурирует дочка миледи, Жюстина де Винтер. Папа, кстати, Рошфор.
  • Туда же — новогодний капустник «Три мушкетера» в постановке Тинатин Баркалая. Тысяча чертей! Атос, Портос, Арамис, Ришелье… Хорошо хоть д’Артаньян парень.
• Стопроцентное внешнее попадание — Милен Демонжо в роли миледи.
  • 99 % — у нее, в отличие от оригинала, карие глаза. Впрочем, чудес не бывает, на фоне практически всех коллег по роли Демонжо действительно уникально точна (при том что еще и как актриса великолепна).
• Упитанный силач — Портос
• Фехтуя, запрыгнуть на стол — в фильмах повсеместно.

Наиболее значимые экранизации

Тысячи их, но автору статьи лень заниматься копипастой

«Д’Артаньян и три мушкетёра» (1978) и сиквелы

Режиссёр — Юнгвальд-Хилькевич, д’Артаньян — Боярский. Единственная полная экранизация всей трилогии с мушкетёрами.

1. Наиболее известна 3-серийная экранизация первой книги, и хоть формально «снято по мотивам» — при этом намного, намного ближе к тексту, чем подавляющее большинство западных. В основном из фильма выпали второстепенные сюжетные повороты (стопроцентного переноса фильм бы не вынес физически), основные сюжетные ходы присутствуют вроде бы все. Это кино снималось во Львове и Одессе, на здешней киностудии. За четыре года до первого фильма уже была выпущена виниловая пластинка — именно из этого аудиоспектакля (основанного на пьесе Марка Розовского) в фильм попали и многие песни, и некоторые фразы («Партию я не выиграл, а жизнь, кажется, уже проиграл»).
2. 4-серийный «Мушкетёры двадцать лет спустя» (1992).
3. 2-серийный «Тайна королевы Анны, или Мушкетёры тридцать лет спустя» (1993). «Десять лет спустя» хотели экранизировать полностью — все три части, но из-за того, что бюджет пишет сюжет, «Луизу де ла Вальер» выкинули, всё остальное скомкали, и из запланированного сериала вышли только две серии. Часть линий потом добавили в «Извращение»… то есть…
4. …отсебятина «Возвращение мушкетёров, или Сокровища кардинала Мазарини» (2009, 4-серийная телеверсия, а также сокращённая полуторачасовая для кинотеатров), продолжение книг. Причём литературную основу изваял какой-то мастер литературного трэша, подписавшийся как «Антон Марков», по личному заказу Юнгвальд-Хилькевича. Книга иногда продавалась «как бы в нагрузку» вместе с официальными DVD. Автор не то чтобы напрочь бездарен: стилю Дюма, например, подражает почти что мастерски.

• Авторский произвол — воскрешение людей в этом самом «Возвращении». Оживление мёртвых произошло с помощью божественного вмешательства, и это в историческом-то фильме!
• А что, пусть будет!:
  • В сцене «Рассказ Атоса» («Есть в графском парке чёрный пруд…») Смехов так вошёл в роль, что по-настоящему обжёг руку о свечку. Отлично подошло к сцене.
  • Начало третьей серии, д’Артаньян притворяется мёртвым (прикинувшись, что в него попала пуля убийц — чтобы подманить их). При падении плащ задрался и накрыл голову Боярского совершенно случайно — пришлось поправлять уже лёжа, пока «убийцы» не успели подойти.
• Война — это смешно («Возвращение мушкетёров», полная четырёхсерийная версия) — начало событий, где показана война Франции с Нидерландами. Огромная орава французских пленных с голыми задницами… Вполне мюнхгаузеновский полёт д’Артаньяна в бочке, пущенной из катапульты (будь тут хотя бы крошечная претензия на натурализм, престарелый маршал костей не собрал бы)… И так далее, пока прямо в грудь д’Артаньяну не попадает пушечное ядро малого калибра. Но и тут — несмотря на общий трагизм сцены и смерть д’Артаньяна — явный бафос: д’Артаньян не лежит безобразно-мёртвый с переломанными костями и смятой плотью под смятым панцирем, а стоит на ногах и пошатывается, получив шок и аккуратненькую такую вмятинку на почти безупречной кирасе. После чего не спеша, мягко ложится наземь — и тихо отходит к Богу, успев сказать последние слова.
  • А потом д’Артаньяна, как и его друзей, ожидает чудесное воскрешение.
• Глупый король — Людовик XIII.
• Грызть реквизит — Михаил «Тысяча чертей» Боярский. Несгрызенное Боярским догрызает Терехова-Миледи. Другие актёры, конечно, тоже стараются, но за этими двоими доедать уже нечего.
  • Мордаунт в исполнении Виктора Авилова сделал обоих, как стоячих.
• Жизнь пишет сюжет — так как де Жюссака в советской экранизации играл постановщик трюков, Владимир Балон, он стал незаменимым специалистом и в последующих частях, «пятым мушкетёром» — ему отдали функцию Рошфора в «Двадцать лет спустя», а потом ещё и пощадили в адаптации вопреки результату этой функции.
  • Это ещё и в некотором роде «на тебе!» Хилькевича Рошфору — Борису Клюеву, с которым он не ладил.
• Закадровая телепортация — Ля Шене («Я здесь, ваше величество!»).
• Импровизированное оружие — во время драки в таверне Портос лупит кардиналистов скамейкой.
• И часовню тоже он! — Мордаунт, причём педаль проваливается сквозь земную мантию, не встречая сопротивления. По сравнению с ним все англичане, Жюссак и Мазарини превращаются в бессмысленную массовку, а фильм, начинавшийся вполне неплохо — в вопиющий неканон.
• Корнет Шурочка:
  • Миледи разъезжает в мужском костюме. Монашки из Бетюнского монастыря были очень заинтригованы.
  • «Возвращение мушкетеров» — Жаклин де Бац, дочь д’Артаньяна, надевает мужскую одежду, прячет свою блондинистую кудрявую гриву под чёрный паричок и притворяется юношей по имени Жак. Притворяется не очень убедительно, хотя за женоподобного грубого пацана её всё-таки принять можно, если прищуриться. Анри де Лонгвиль — бастард Арамиса — раскалывает её практически мгновенно, и многие другие тоже полны подозрений или даже уверены: перед ними женщина. А вот матёрый волк тайной войны, придурковатый и садистичный иезуит д’Олива ВНЕЗАПНО повёлся на обман («Молоденький совсем! Усиков ещё нет…»)
• Крутая косичка — знаменитый каденет Портоса, на котором завязан пышный шёлковый бант (также в некоторых сиквелах).
• Крутой баритон — д’Артаньян.
• Летающая фигня («Возвращение мушкетёров, или Сокровища кардинала Мазарини») — непонятно, что летает.
• Лицемерие — это смешно:
  • «Песня Арамиса» (музыка М. Дунаевского, слова Ю. Ряшенцева):

«	Дерусь семь раз я на неделе, Но лишь тогда, когда задели, Когда вы честь мою задели, Ведь, право, я не дуэлянт.	»
— Сколько же раз тогда дерутся дуэлянты?

• «Мушкетёры двадцать лет спустя». Д’Артаньян: «Атос спивается… А ведь ему нельзя пить». Портос (веско, значительно): Никому нельзя пить. Д’Артаньян (столь же веско): Никому. (И оба немедленно выпили.)

• Музыкальный символ — «Пора-пора-порадуемся на своём веку». Породил троп Красавица Икуку и анекдот про то, что д’Артаньян был армянин, но плохой, потому что хороший не станет говорить «Мерси, Баку!».
• Не в ладах с дресскодом:
  • На очаровательных ножках французских благородных дам XVII в. в сцене бала надеты туфли-лодочки, примерно 1960-70-х годов.
  • В сцене казни Миледи она обута в босоножки тех же годов.
• Не в ладах с оружием - вместо боевых шпаг мушкетёры, имеющими лезвия, чтобы можно было рубануть с коня (королевские мушкетёры фактически являлись драгунами, способными воевать не только пешком, но и на коне) и их противники вооружены лёгкими гражданскими шпагами (сделанных реквизиторами на основе спортивных шпаг).
  • («Мушкетёры двадцать лет спустя») — небольшой момент: последний удар Мордаунта лилльскому палачу колющий (подразумевается, что он оставляет меч в теле), только наносить такой нет смысла: меч палача имеет тупой конец, что можно разглядеть.
    • Чтоб жертва помучилась от множественных разрывов в ране (Мордаунт же) — сойдёт. Практичность же здесь — дело вторичное.
    • Мог вогнать меч в рот или в уже сделанный разруб. Либо смог пробить тело засчет ярости и массы меча. У викингов, в принципе, клинки тоже имели закругленный конец, но при должной силе вполне могли проткнуть незащищенное тело.
• Не ешь это! — выстрел Атоса в кружку с отравленным вином: «Простите, милый друг. Мне не хотелось, чтобы вы пили без меня. Это было бы не по-товарищески».
• Не троньте его! Он мой!" — перед началом знаменитой битвы у монастыря Дешо мушкетеры кричат гвардейцам: «Мы будем иметь честь атаковать вас!». Д’Артаньян при этих словах бросается на командира гвардейцев, де Жюссака, с которым имеет личные счёты, и кричит трём мушкетерам в совершеннейшем щенячьем восторге: «А этот мой!».
  • В точности эту фразу произносит и сам Жюссак в "20 лет спустя", перед тем как напоследок пригвоздить Мордаунта шпагой к мешку с мукой.
• Ослабеть в адаптации: Юнгвальд-Хилькевич был недоволен, что ему навязали Клюева на роль Рошфора, и лишил беднягу почти любых боевых сцен, превратив из крутого фехтовальщика в обаятельного, но беззубого придворного франта (почти все его драки достались де Жюссаку в исполнении мастера фехтовального спорта Владимира Балона). По этой причине Клюева на сценическую боёвку не натаскивали, что чуть не стало фатальным: когда в одной драке без Рошфора обойтись никак было нельзя, нетренированный Клюев чуть не прикончил Боярского неловким ударом в рот, проколов ему нёбо.
  • Зато получился чуть ли не единственный в экранизациях Рошфор, который не является исчадием ада и ходячим воплощением абстрактного зла, а (в соответствии с исторической правдой и книжным персонажем) оказывается разумным человеком, умеющим трезво обдумывать как минимум собственные действия.
• Песня о деньгах («Мушкетёры двадцать лет спустя») — «Под звон монет» в исполнении Игоря Наджиева. Так как сиквел не мюзикл, целиком звучит только в титрах/«альбомной» версии саундтрека к фильму.
• Песня про кредо:
  • «Когда твой друг в крови — a la guerre comme a la guerre».
  • Pourquois pas.
• Пишет с ошибками. Господин Бонасье составляет донос — и не знает, как написать: «Господину кординалу» или «кардиналу». Поэтому он обращается не по сану, а по духовному титулованию: «Его высокопреосвященству…».
• Прочитать о себе книгу. Рошфор и Миледи исполняют перед Ришелье народную песню о его романе с госпожой д’Эгильон. Кардинал выразил желание познакомиться с автором в Бастилии, а узнав, что это народная песня, убеждённо заявил: «Нет такого народа, который я не мог бы посадить в Бастилию».
  • Сюжетная дыра или необузданная догадка: вторую часть песни-то, про госпожу д’Эгильон, Рошфор откуда взял, её в Менге не пели! Да и с чего бы простолюдинам знать и петь про придворные романы? Выходит, сам сочинил, да ещё и прямо в лицо боссу спел под видом народного творчества?! Причём подлинно народная часть, про шпионов, кардинала скорее позабавила, а вот «лилон-лила» привела в холодную ярость.
• Распутинская живучесть:
  • Джон Фрэнсис Винтер aka Мордаунт («Мушкетёры двадцать лет спустя») — Юнгвальд-Хилькевич говорил о своём намерении сделать полупародийную отсылку к американским боевикам и фильмам ужасов. В книге умер намного раньше…
    • Предфинальная сцена экранизации. Мушкетёры в очередной раз проткнули и поколотили Мордаунта и столпились вокруг него. Злодей не подаёт признаков жизни. Портос: «Может, стоит добавить? Ну, так, на всякий случай?». Арамис (со знанием дела): «На этот раз — мёртв. Мертвее не бывает». Ошибался Арамис…
    • Интересно, что мстителя Мордаунта играл тот же самый Виктор Авилов, который играл мстителя Эдмона Дантеса в советской экранизации другого романа Дюма. А тот же самый Михаил Боярский — одного из объектов его мщения (Фернана).
  • Де Жюссак тоже подпадает под этот троп. В одной из сцен экранизации кто-то даже шутит, что этот человек уже трижды возвращался из Преисподней. В финале второго фильма вроде бы убивают — ан нет, в «Возвращении мушкетёров» выясняется, что он благополучно пережил всю компанию.
• Синий — цвет женственности — для бала в ратуше Анну Австрийскую одевают в голубое платье. Ей действительно очень идёт. Особенно с алмазными подвесками… которые для съёмок выточил из хрусталя сам режиссёр, да так, что не отличишь от настоящих алмазов.
• Тайничок в декольте — две знаменитых сцены: первая с королём Людовиком и королевой Анной («Письмо!!!»), а вторая с Констанцией и сыщиками («Я щас достану… Ой-й, кусается!»).
• Упростили и опошлили — см. основную статью.

(link)

Королева демонстрирует свой фирменный жест

• Характерный тик — Анна Австрийская имеет привычку прищёлкивать пальцами (это намёк на её испанское происхождение).
• Шахматы — играют Ришельё и д’Артаньян, причём первый проводит аллегорические сравнения правил игры с реальной жизнью (д’Артаньян: Партию я еще не закончил, но вот жизнь, похоже, уже проиграл).
• Ласкает слух — в одной из западных киноэкранизаций и в мультсериале «Альберт — пятый мушкетёр» — роль Портоса доверили озвучивать Смирнитскому.
• Шрамы от цензуры — песню шутов в Менге посреди куплета прерывают гвардейцы Рошфора, потому что в полной версии на этом месте строчка «Зайдёшь в сортир — сидит шпион!»

Заграница

(link)

версия 2023 года

• «Три мушкетёра» (1961, Les Trois Mousquetaires, Франция-Италия, реж. Бернар Бордери, д’Артаньян — Жерар Баррэ). Долгое время считалась эталонной и, скорее всего, до сих пор держит пальму первенства по красоте костюмов. Ряд моментов оттуда даже откочевал в последующие экранизации, хотя в первоисточнике они отсутствовали. При этом не все сюжетные изменения пошли на пользу (смотрите «Отупеть в адаптации» выше; и вот эту статью). Для очень пожилых людей до сих пор может считаться детектором: в СССР была очень популярна и для тех, кто посмотрел её до 1978 г., именно она является главным каноном, а вовсе не куда более близкая к книге советская музыкальная комедия.
• Трилогия Ричарда Лестера: «Три мушкетёра» (1973, The Three Musketeers) и «Четыре мушкетёра: Месть миледи» (1974, The Four Musketeers) по первому роману и «Возвращение мушкетёров» (1989,The Return of the Musketeers) по второму. Экранизацию третьего уже три года… то есть десятилетия ждут. Д’Артаньян — белобрысый Майкл Йорк
  • Йорк появлялся и в сериале «Женщина-мушкетёр», как крутой в отставке, живущий в деревне и воспитывающий дочь — главную героиню помянутого сериала. За неимением каноничной третьей сойдет на безрыбье, хотя вопиющий неканон. А ешё д’Артаньяна, вопреки общепринятому фанону про Шарля, там зовут Жаком.
    • У Жака внезапно нашёлся обоснуй — Куртиль, а затем Дюма, приписали д’Артаньяну часть деяний его однофамильца и предшественника на посту лейтенанта королевских мушкетёров, агента Мазарини Жака де Бааса.
• Четыре мушкетёра Шарло (1974, реж. Андре Юнебель) — история показывается с точки зрения четырёх слуг.
  • Дубина народного гнева — монахам запрещено проливать кровь. А вот дубинкой по голове — самое то.
• «Человек в железной маске» с Леонардо ди Каприо в роли Людовика XIV и его брата-близнеца — экранизация третьей части третьей книги. Весьма вольная (близнецы успешно поменялись местами и вышла нехилая такая альтернативная история второй половины XVII века — учитывая, что Филипп, по словам авторов нетленки, правил «мирно и без войн»).
  • А еще там практически прямым текстом сказано, что Людовик и Филипп бастарды, и их настоящий отец не король, а д’Артаньян.
• Мультсериал «Альбер, пятый мушкетёр» — авторы добавили пятого, изобретательного Альбера. Однажды королева возмущается: «Почему про них все говорят „Три мушкетёра“, если их пятеро?»
  • Ришельё здесь аллергик, и его аллергию на цветы некоторые герои находят забавной.
• в начале 2021 года было объявлено о новой французской экранизации. Франсуа Сивиль станет Д’Артаньяом, Венсан Кассель — Атосом, Ева Грин — Миледи. Cреди новых персонажей обещан w:fr:Aniaba. Ну вы же понимаете… Выход в прокат произойдёт в 2023 году и в двух частях на Пасху и Рождество, а Портос не будет толстым.

Теперь БАНАНОВЫЙ!

• Мушкетёры (The Three Musketeers, 2011 г., реж. Пол Андерсон). Миледи — Мила Йовович, Ришельё — Кристоф Вальц, Бэкингем — Орландо Блум… д’Артаньян — Логан Лерман. Перенос сюжета в ветропанк-сеттинг. По ряду мнений — блестящий неканон (и единственное из западной продукции в XXI в. заслуживает такой эпитет).
  • Добровольное пленение — любимый прием Портоса.
  • Злодей-прагматик — Рошфор вместо схватки на шпагах предпочитает стрелять в противников.
  • Минимальный экипаж — три мушкетёра (плюс позже присоединившийся д’Артаньян) запросто угнали летающий парусник Бэкингема и привели его в Париж, без затруднений маневрируя и сражаясь по дороге.
  • Небесный океан — тут у Бэкингема есть авиация, у кардинала один летающий корабль. А началось с проекта Леонардо да Винчи, которые три мушкетера и миледи похитили из Венеции. Надо полагать, венецианцы не все проекты Леонардо успели внедрить.
• Samchongsa — корейская дорама, которая переносит практически все (!!!) основные коллизии сюжета на другой конец Евразии географически… и всего на 15 лет вперёд хронологически.
• «Триполи, прекрасная земля любви» (Tripoli, Beautiful Land of Love; Tripoli, bel suol d’amore, 1954), он же «Четыре берсальера» — военная комедия. Первое название взято от одноимённой песни, сюжет черпает вдохновение в романе Дюма. В 1911 г. юный Альберто Руополо, деревенский парень с гармошкой, по протекции отца зачислен в элитный полк берсальеров. Трое старослужащих, Ренато, Ферруччи и Джулио Чезаре, неисправимые нарушители дисциплины и мастера на невероятные проделки, обижаются на новичка, потому что Мария, дочь сержанта Каруччи, в которую они все влюблены, обратила внимание на молодого человека. Однако все они со временем становятся близкими друзьями. Тем временем начинается война с Османской империей в Ливии, и полк отправляется в Триполитанию, ставшую яблоком раздора. Вслед за мужчинами в корпусе медсестёр следует и Мария…
• Российский телесериал «Мушкетёры Екатерины». Главные героини — четыре фрейлины Екатерины Великой. Смена пола, перенос событий в Россию XVIII века… при этом разброс типажей сохранён. Хотя ярче всего выражено у фрейлины Борщёвой — Портос по правилу 63. А вот функционал Арамиса перепал фрейлине Ксении Атласовой — но она по матери потомок якутских шаманов.

Озвереть в адаптации

• «Три мушкетёра» (1938, Иван Иванов-Вано) — фантазия по мотивам «Трёх мушкетёров» и «Сирано де Бержерака» Ростана. Снят в диснеевской манере — главного героя-«утёнка» очень любят сравнивать с Дональдом Даком. Первый советский мультфильм, получивший впоследствии сиквел.
  • Помимо главгероя-утёнка, здесь есть коты-мушкетёра и псы-гвардейцы.
• Советский мультфильм «Пёс в сапогах» (1981, реж. Ефим Гамбург) с псами-мушкетёрами и кардинальскими котами. Пародия и на Хилькевича, и на зарубежные экранизации.
  • Белый — цвет женственности — именно так выглядит болонка королевы.
    • Брюнет и блондинка — Пёс и Болонка.
  • Деревенский парень — д’Артаньян (в начальных кадрах гоняет кур), а возможно, и Арамис, пастушеская собака.
  • Злобный смех — дивный смех кошки по прозвищу Миледи. Ирина Муравьёва некоторое время тренировалась, прежде чем у неё начало так получаться!
  • Кот злодея — коты кардинала, и миледи — тоже кошка. Главный злодей — огромный, оборзевший и раскормленный Личный Кот Его Высокопреосвященства. Кардинал гладит его, пока вести хороши, и в гневе прогоняет («Allez ouste!», то есть «Брысь!»), как только становится известно, что коты опять облажались.
    • Пародия на многочисленные появления кардинала с котом в live-action’ах.
  • Смешной злой — любимый кот кардинала.
  • Человеко-звериный сеттинг.
  • Болеть за Империю — в состязании за зрительскую любовьс полностью положительными собаками хитрые и харизматичные кошаки играют на равных. Даже если вы больше любите собак, чем кошек.
• Испанско-японский мультсериал «Д’Артаньгав и три пса-мушкетёра» (1981-82). Здесь все сюжетные фривольности аккуратно выброшены, тем более что юный гасконец стал совсем юным — щенком-подростком. Его возлюбленная Джульетта Бонасье (зачем имя сменили?) примерно его ровесница, может, чуть постарше. При этом сам Бонасье стал ей отцом, а не мужем.
• Румынский мультфильм «Потрясающие приключения мышкетёров» (Uimitoarele Aventuri ale Muschetarilor, 1987).
• Диснеевский полнометражный мультфильм про Дональда Дака (2004) — внезапно с прикрученным фитильком: герои книги Дюма в этом сеттинге существуют, появляясь в самом начале как камео, а Дональд, Микки и Гуффи косплеят кумиров.
• «Маша и Медведь», серия «Три машкетёра» (64-я). Мушкетёры передвигаются на велосипедах с конскими головами впереди, Атос, Арамис и д’Артаньян — Маша, Даша и Панда, Портос — Роза, а доставляют они вместо подвесок букет роз и коробку конфет от Миши к Медведице. Вместо шпаг — зонтики. Роза успешно побила им волков, но против Гималайского медведя пришлось применить психологическое оружие — три крутящихся ярких зонтика. В финале они уже со шпагами.

«Три мушкетёра» в чужом творчестве

Наиболее известные опубликованные фанфики/фан-сиквелы

• Мелькор был хороший — наиболее распространено в варианте «мушкетёры подонки, алкоголики и предатели родины, Миледи — агент спецслужб и настоящая патриотка»:
  • Александр Бушков, «Д’Артаньян — гвардеец кардинала» — фактически «замена знаков» в произведении при выборе д’Артаньяном не той стороны. В частности, Рошфор с Атосом мутируют друг в друга. У Дюма Рошфор не имел обыкновения регулярно вести себя вот так: «Опустив голову, с трудом выговаривая отдельные фразы, Атос долгими часами смотрел угасшим взором то на бутылку и стакан, то на Гримо, который привык повиноваться каждому его знаку и, читая в безжизненном взгляде своего господина малейшие его желания, немедленно исполнял их».
    • Игра в ядик — у Констанции даже не хватило ума настоять, чтобы Рошфор выпил содержимое второго стакана.
    • Игры азартные и не очень — именно страсть к азартным играм (а также вызванная молодостью неразборчивость в друзьях и девицах легкого поведения) чуть не привела гасконца к изгнанию из Парижа или королевскому гневу и привела к переезду в дом галантерейщика Бонасье, где все и заверте…
  • Причём не факт, можно ли называть это именно фанатским творчеством. Ладно, насчёт подонков — можно ещё списать на изменившуюся мораль, но вот что Атос закладывает за воротник слишком часто, прямо сказано у самого Дюма. Ну, а насчёт предателей… «Браво, д’Артаньян! За одну эту фразу вас не то что колесуют, а четвертуют!» (Атос во время сочинительства предупреждающего письма англичанину Винтеру. Под огнём гугенотов, союзников англичан).
  • Юлия Галанина, «Да, та самая миледи» — апологетика леди Винтер.
• Альтернативная интерпретация персонажа:
  • Даниэль Клугер, роман «Мушкетёр» и «Баллада об Исааке де Порту». Портос, по версии писателя — скрывающий своё происхождение крутой еврей. Он ещё и простаком прикидывается.
• Антисказка:
  • «О чём молчал Атос» — Константин Костин исследует образ Атоса, а затем и все «Три мушкетёра».
• Сиквелы/вбоквелы-бастарды:
  • Поль Махален (псевдоним Эмиля Блонде). «Сын Портоса» (1883, под именем А. Дюма), «Дочь Арамиса» (1890, под именем А. Дюма) и «Д’Артаньян» (1896). Первая книга из этих трёх навела в России шороху во время издательского бума 1990-х — некоторые всерьёз поверили, что это «доселе неизвестный, а теперь вот кем-то откопанный неизвестный роман Дюма».
  • Роже Нимье. «Влюбленный д’Артаньян, или Пятнадцать лет спустя» (русский перевод 1993).
    • Примечателен тем, что в отличие от других бастард-сиквелов был экранизирован в сериальном формате во Франции.
  • Николай Харин, «Снова три мушкетёра» (1993) и его сиквел «Д’Артаньян в Бастилии» (1994). Это о том, какое касательство три мушкетера имели к средству Макропулоса. Третий сиквел — «Война лейтенанта д’Артаньяна» — был анонсирован, но свет так и не увидел.
  • Эдуард Глиссан, «Мемуары мессира д’Артаньяна» (русский перевод 1995).
• Леонид Филатов и С. Бульба, пьеса «Три мушкетёра» — сильно сокращённый пересказ.
• Артуро Перес-Реверте, роман «Клуб Дюма, или Тень Ришельё» (исп. El club Dumas o la sombra de Richelieu). Сюжет крутится вокруг автографа Дюма и Маке (глава «Анжуйское вино» из «Трёх мушкетёров») в мире библиофилов, причём особенно выделены именно поклонники романа плаща и шпаги. Среди героев — инкарнации Рошфора (подсвечено, что образ «человека со шрамом» — кинематографический, хотя герои вроде бы книжные), Миледи (лилия с плеча переместилась на бедро), Ришельё, а главному герою невольно приходится стать д’Артаньяном. На грани с антифанфиком и Мелькор был хороший — Лиана Тайллефер подробно объясняет, почему она играет за врагов мушкетёров.
  • У него же в «Приключениях капитана Алатристе» (где герцог Бэкингем является одним из действующих лиц первого тома) как общеизвестный во вселенной романа факт упоминается, что к смерти Бэкингема приложила руку та самая миледи Винтер.
• Стивен Браст, цикл «Гвардия Феникса» («Гвардия Феникса», «Пятьсот лет спустя», «Приключения Виконта Адриланки») — «мушкетёрский цикл» с эльфами и магией.
  • Педаль в пол: мало того, что слог пародирует Дюма, а каст персонажей — одни сплошные копиркины, так «Виконт Адриланки» тоже делится на три тома («Дороги Мёртвых», «Властелин Чёрного Замка», «Сḕтра Лавоуд»)
  • А копиркин Портоса там — женщина! Суровая эльфийская магичка с суровым двуручником.
• Иртеньев, «Случай возле бани». Атос, Портос и Арамис однажды в баню собрались…
• Валерий Гитин, «Кавалерия любви, или Запорожцы во Франции» — приключения казаков во Франции, где они познакомились с постаревшим д’Артаньяном.
• Виктор Авдеенко, «Истинные приключения французских мушкетёров в Речи Посполитой» — похождения героев в Польше во времена Хмельничины.
• Джек Уильямсон «Легион пространства». Главные герои- копиркины персонажей Дюма.

Отсылки

«	Жил когда-то во Франции Шевалье д’Артаньян. Алые губы Констанции Нежно он целовал и напевал…	»
— Шпагу и сердце, мадам

• Кота в сапогах практически во всех экранизациях наряжают именно мушкетёром.
  • В экранизации от Миядзаки за ним ещё и гоняются коты со шпагами, одетые под гвардейцев кардинала.
• Нельзя не вспомнить, как поручик Ржевский опошлил двустишие Пушкина «Ты гондон и ты гондон, а я — виконт де Бражелон» в бессмертное «Вы все пидорасы, и только я — д'Артаньян».
• Михаил Светлов, пьеса «Двадцать лет спустя». Действие происходит в Гражданскую войну. Один из комсомольцев, Сашка, обожает одноимённую книгу и хочет поставить по ней спектакль.
  • Там есть:

«	Трусов плодила Наша планета, Все же ей выпала честь, — Есть мушкетеры, Есть мушкетеры, Есть мушкетеры, Есть!	»
— «Песня мушкетеров»

• Сергей Михалков, «Сомбреро» (комедия в трех действиях) — большая часть сюжета крутится вокруг постановки «Трех мушкетеров» подростками 12-14 лет.
• Братья Стругацкие:
  • «Трудно быть богом» — Пампа явно срисован с Портоса. Да и записках об истории написания повести сказано: «…Написать весело и интересно, как „Три мушкетера“, …создать повесть об абстрактном благородстве, чести и радости, как у Дюма».
  • «Полдень, XXII век» — один из героев, Михаил Сидоров, получил кличку «Атос».
• Владислав Крапивин, повесть «Вечерние игры» чуть менее чем полностью посвящена играм мальчишек (и некоторых девчонок) в мушкетёров.
  • У него же в повести «Оранжевый портрет с крапинками» Юля и Юрка начали свой роман походом в кино на «Мушкетёров» с Клаудией Кардинале. Пополам с Не в ладах с матчастью: в фильмографии Кардинале такого фильма не было.
  • А ещё у него же в книге «Острова и капитаны. Наследники» встречается другая неточность: «Найдёт д’Артаньян королевские подвески или они останутся у миледи…» А ведь в книге их забирали совсем не у миледи. Бекингэм? Какой Бекингэм?
    • Возможно, персонаж (чьи размышления цитируются) неверно запомнил тот факт, что именно миледи украла у Бэкингема для кардинала две подвески из двенадцати. Тем более, что он читал «Мушкетёров» относительно давно, а на момент размышлений вовсе разочаровался в книгах, то есть вряд ли помнит текст наизусть.
  • Говоря об играх в мушкетёров, вспомним книжку «Мушкетёр и фея».
  • Да и «Мальчик со шпагой» сюда же.
• Владимир Высоцкий, «Про Витьку Кораблёва и Ваню Дыховичного» — ракета не полетела из-за того, что Ваня взял с собой «Трёх мушкетёров», и случился перегруз. Витька, прочитав книгу, друга простил и следующую ракету друзья будут планировать так, чтобы такие книжки можно было брать с собой в полёт.
• Александр Рудазов, «Паргоронские байки» — рассказ под намекающим заглавием «Три гохеррима», посвящённый юности Гаштардарона и становлению его демолордом, фактически ретеллинг. Роли Атоса, Портоса и Арамиса играют заглавные персонажи: крутой дедуля Роскандрахар, жирный обжора Грагголовагг и выпендрёжник Демкельдегрор, за де Тревиля — вексилларий Мантафарэд, кардинала с гвардейцами отыгрывает демолорд-гхьетшедарий Аркродарок с сыновьями, а самому Рыцарю Паргорона отводится скромная роль д’Артаньяна.
• Умберто Эко, «Остров накануне». Гвардеец Бискара появляется в «Трёх мушкетерах», действие которых происходит в 1625, то есть за 18 лет до его появления в «Острове накануне». Охранная грамота, которую Мазарини вручает Роберту, точно такая же, какую Ришельё вручает Миледи. Также Кольбер подает идею заковать Ферранта в железную маску, но Мазарини говорит, что они не персонажи книги, поэтому маска должна быть кожаная.
• Георг Борн. «Анна Австрийская, или Три мушкетёра королевы» — парад копиркиных со спиленными серийными номерами. Давит педаль в пол в плане тропа «Не в ладах с арифметикой» — на момент конца романа главным героям вроде как должно быть хорошо за семьдесят, учитывая, что стартует повествование на пятнадцать лет раньше, чем у Дюма (с убийства Генриха IV), а заканчивается в начале 1660-х. Но при этом они тянут максимум на пятьдесят.
  • Педаль в пол — копиркин Рауля, остававшийся по сюжету двадцатилетним лет этак пятнадцать.
• Институт Экспериментальной Истории — персонаж второго плана в книгах «Чего стоит Париж?» и «Воронья стража» — шевалье дю Бац, отец того самого д’Артаньяна. Сей факт неоднократно подсвечивается Лисом.
• А ВПС написала про мушкетёров филк по «Белль» из мюзикла «Собор Парижской Богоматери».
• «Миллионер из трущоб» — главный героя называл себя с братом и подругой «три мушкетёра» (нет, книгу он эту не читал, а название слышал от учителя в школе, когда его мама ещё была жива и с ним не случились бедствия).
• Мультфильм «Как казаки мушкетёрам помогали» — все они оказались проглочены со своей чайкой китом (кашалотом?)
• Zero no Tsukaima: дофига и ещё немножко отсылок, начиная с имени главной героини, Луизы де Лавальер.
• Аниме Yu-Gi-Oh! — филлерная арка Атлантиды: имена антагонистов отсылают к именам/титулам персонажей «Трёх мушкетёров».
• My Hero Academia — отсылками являются причуды «Один за всех» и «Все за одного».
• Аллоды Онлайн — сюжет событий на эльфийском аллоде Айрин. В роли мушкетеров и Констанции — четверо бравых авиаков и гарпия.
• Pokemon — покемоны Кобаллион, Терракион, Виррикион и Келдео, «клинки правосудия».
• Немецкая фолк-рок группа dArtagnan: большая часть творчества пропитана мушкетёрским духом. Вино, кони, шпаги, мамзели, «Один за всех и все за одного» — все как положено. И даже, отметив свою популярность среди русскоязычной аудитории, не поленились записать «Песню мушкетеров» на русском языке, с вполне удовлетворительным произношением.

«	Летят мгновенья на часах. Я — д’Артаньян, и на весах Любовь и долг, борьба, где шпаги довод весок. Один за всех — к чему ж тянуть? Нас не согнуть, так — в добрый путь, Иначе как же королева без подвесок!?	»
— «Баллада о книгах» в исполнении того самого Боярского

• Лев Гумилёв, «Никакой мистики» («Юность», 1990, № 2, с. 2-6). «… „Три мушкетера“ Дюма. Там показаны три типа французов. Причем именно французов — не бретонцев, не эльзасских немцев. Атос — это потомок тех франков, которые живут около Парижа. Портос — нормандец: здоровый, крепкий, очень смелый, доверчивый, нервный. Арамис — южанин: стройный, маленький, хрупкий. Очень быстрая реакция, очень активный. Совершенно разные типы. Ну а д’Артаньян — гасконец, то есть вообще не француз. И вряд ли он знал французский язык. Наверное, выучил, когда поехал в Париж». Учитывая, что гасконский язык, хоть и имеет баскский субстрат, но тоже относится к романским языкам как и французский, то не зная французского вполне можно изъясниться на гасконском в Париже, примерно на уровне русского попавшего в Прагу и постоянно натыкающегося на «чёрствы потравины», но тем не менее способного заказать «вепрево колено».
• Батончик «Milky Way» выпускается в США под названием «3 Musketeers». Он получил такое название, потому что изначально он выпускался с тремя разными вкусами в одной упаковке — шоколадным, клубничным и ванильным.
• В 2009 в Белоруссии выпустили памятные монеты, посвящённые героям-мушкетёрам. Футляр для монет сделан в виде книги.

Ссылки

• Улыбка миледи, или Пятый элемент