Эстетика девяностых
| Агентство ИАП сообщает Авторам правок есть что добавить по этому поводу. |
| « |
Увидев кровавую пентаграмму, начертанную над телом мёртвой Банни Грин, детектив Фредерик Блэквуд с содроганием понял, что убийство не было делом рук человеческих: в нём были замешаны зелёные кролики с планеты Гамма Бетельгейзе, смертоносные твари, с которыми он уже сталкивался в одном из предыдущих расследований. Блэквуд принял решение безотлагательно вылететь в Новый Орлеан, чтобы посоветоваться со своим другом Джимом Лебланом, специалистом по магии вуду. |
» |
| — Типичный абзац из книги девяностых | ||
Эстетика девяностых ― характерная эстетика произведений (фильмов, книг, игр), созданных в странах бывшего соцлагеря после его развала. Наиболее представлена в России, Украине и Беларуси, хотя встречается и в других странах Восточной Европы вроде Чехии и Польши.
Не путать с тропом Бесславные девяностые (хотя они нередко пересекаются) — там речь идёт о фактических реалиях девяностых (братки, «новые русские», война в Чечне и др.), а здесь скорее о художественных формах, в которых выражались мечты и надежды людей той эпохи.
Этот стиль сохранял некоторую популярность и в нулевые, но если в 2002—2003 он ещё как-то смотрелся (в частности, в нём пытались обыгрывать новые франшизы вроде «Матрицы» и «Человека-Паука»), то к 2005—2007 уже себя исчерпал и в целом вышел из моды. Где-то с середины 2010-х интерес к нему стал постепенно возвращаться, но уже в ностальгическом ключе, подобно тому, как в нынешних США возвращается мода на эстетику восьмидесятых.
Есть распространённое мнение, что «наши» девяностые — это, собственно, и есть американские восьмидесятые, дошедшие к нам с запозданием (на самом деле, даже не в девяностых, а в середине-конце восьмидесятых), но на самом деле ситуация немного сложнее. Во-первых, в культуру девяностых перекочевали многие советские элементы, переосмысленные в постмодернистском ключе ― от ОБЭРИУ и русского авангарда до пионерских страшилок про Зелёные Пальцы и Красную Руку и героев детских книг и мультфильмов типа Карандаша, Самоделкина и Карлсона. Во-вторых, в России и других странах бывшего соцлагеря сильно наследие континентальных империй (в первую очередь Российской и Австро-Венгерской) и эстетики декаданса и Belle Epoque — то, что в принципе чуждо США. В эту эпоху русские вспоминали Грина, Гумилёва и Даниила Андреева, поляки и западные украинцы — Бруно Шульца, и все поголовно — Булгакова и Густава Майринка, который вообще практически неизвестен в англо-американском мире. Наконец, на этот стиль сильно повлияли веяния и других эпох на Западе, в первую очередь контркультуры шестидесятых.
Предтеча сабжа — Контркультура эпохи застоя.
Характерные черты
- Китч, яркие, кислотные цвета и завороченные сюжеты, креативные, но порой аляповатые дизайны, сочетание бюджетности и бурного полёта фантазии. Многие произведения подпадают либо под троп Хорошо, но плохо, либо под троп Так плохо, что уже хорошо. Также в моду входят психоделические рисунки западных художников вроде Бориса Вальехо или Луиса Ройо; многие из них беззастенчиво лепили на обложки книг, не заморачиваясь копирайтом (и соответствием сюжету, особенно доставляют голые барышни на сборниках Лавкрафта). Отечественные художники и сами рисовали в стиле под Вальехо и Ройо: обложки, иллюстрации, вкладыши от жвачки и др. тогда были украшены пришельцами, динозаврами и прочими фантастическими монстрами.
- В противовес советскому пуританству ― интерес к любого рода «запрещёнке»: для детей это «вредные советы», стишки-садюшки и тому подобное (даже известные советские детские писатели в ту эпоху начинают творить что-то подобное: например, Эдуард Успенский пишет свою «Красная рука, чёрная простыня, зелёные пальцы» и сочиняет чернушные стишки про мир после ядерной войны), для тех, кто повзрослее ― хорроры, оккультизм, вещества, криминал, увлечение эстетикой Третьего рейха и Аненербе (об этом ниже). От «в СССР секса нет» тоже качнуло в обратную сторону — на Первом канале в новогоднюю ночь было абсолютно нормальным показать эротическое шоу с топлесс фигуристками, а фильм «Эммануэль» становится культовым, и мелодию из него куда только не вставляли!
- Этот и предыдущий пункт связаны, в частности, с тем, что контркультура девяностых в значительной степени выросла… из советской детской литературы! В условиях советской цензуры именно детская литература «приютила» большое количество авангардистов и нонконформистов (ведущих свою родословную ещё от ОБЭРИУ и Хармса), и была чуть ли не единственной легальной частью андерграунда. Во многом именно из детской литературы в эстетику девяностых пришёл мультяшный стиль, а ряд видных авторов девяностых или сами были детскими писателями (Григорий Остер, Валерий Роньшин) или заимствовали их стиль (Мариам Петросян, Павел Пепперштейн и Сергей Ануфриев).
- Абсурдное, часто карикатурное смешение постсоветских и западных реалий — пожалуй, самая характерная черта[1]. Иван-дурак против Терминатора? Почему бы и нет! Драки дворовых пацанов в стилистике Mortal Kombat? За милую душу! Типичный частный детектив в плаще и федоре из нуара 1940-х вместо бурбона или джина покупает в киоске сок «Юпи»? Как пить дать! Культ Ньярлатотепа в мавзолее Ленина? Всенепременно!
- В частности, сильное влияние западных комиксов, триллеров и хорроров.
- А также обилие псевдозападных авторов и франшиз: например, новеллизация Twin Peaks авторства «Джона Томпсона» и нелицензионные переводы американских книг-игр, выходившие под вымышленным именем «Майкл Фрост». Качество подражания варьируется от Хэллоубобщины и клюквенной Америки до вполне себе годного.
- Попытки создать массовую культуру по образцу западной, но на основе персонажей русской классики и советской культуры: появляются шоколадные яйца «Петрушка» с фигурками героев советских мультфильмов, конфеты «Тортила» и «Дядя Стёпа» с характерными китчевыми обёртками, целая франшиза «Незнайка на Луне» с газировками-жвачками-шоколадками-фишками, идут разговоры про «русский Диснейленд» и «русский Голливуд».
- В моду входит самоирония, сочетающая самобичевание с самовосхвалением в духе «Эту страну не победить». Да, варвары мы, да, медведи и пьяницы! Зато душевные и сильные! Нам дай танк — мы его пропьём, а потом набьём врагу морду голыми руками!
- Идеализированно-клюквенное отношение к Западу как к некоей сказочной «земле обетованной», а также ностальгия по дореволюционной России как по «потерянному раю», идеализация и героизация белогвардейцев (в других странах Восточной Европы, соответственно, ностальгия по Великому княжеству Литовскому, Польской Республике и/или Речи Посполитой, и др.). В определённых кругах культовыми становятся такие персонажи как барон Роман фон Унгерн-Штернберг и Борис Савинков ― иными словами, белогвардейцы с протофашистскими вайбами. Местами доходило даже до ревизионизма в отношении собственно Третьего Рейха, который тоже воспринимался как часть того самого «Запада», и до рассуждений в духе «если бы Гитлер победил, мы сейчас были бы нормальной европейской страной и пили бы баварское/восстановили бы монархию и Российскую Империю». Немалую роль в этом сыграл фильм «17 мгновений весны» с харизматичными образами Мюллера, Бормана, Шелленберга и др.: в общем, в эту эпоху культивировалось отношение к нацистам как к чему-то типа обаятельных злодеев из фильмов ужасов, а-ля Фредди Крюгер и Ганнибал Лектер.
- И, в общем и целом, такое немного «детское» или «дикарское» восприятие Запада. В этом смысле дух девяностых идеально выразил Максим Покровский, который при написании песни «Хару Мамбуру» пытался передать ощущение ребёнка, который слушает песню на английском и воспринимает его как тарабарский язык.
- В странах бывшей Югославии это породило целый жанр музыки — турбо-фолк. С одной стороны, здесь присутствует бодренький рок или модный в то время клубняк, а с другой же стороны это типичная балканская народная музыка. Именно из-за, скажем так, народности, он был очень популярен у простых людей без особого музыкального вкуса. И именно из-за этого многие ценители музыки его ненавидят и сравнивают с русским шансоном.
- Простой и изредка даже работавший пародийный штамп — «перенесли действие в Россию и стало смешно». Терминатор увязнет в дорожной яме, пытаясь найти телефонную книгу хоть где-нибудь (какие уж там будки!), Чужой попытается заразить бывшего колхозника и сопьётся вместе с ним, Газонокосильщик окончательно рехнётся, пытаясь хоть куда-то достучаться по диалапу…
- На другом конце спектра — наоборот, идеализация СССР (особенно сталинской эпохи) и переосмысление его в мистическом ключе: Сталина ― как «красного царя», а самого советского государства ― как «реинкарнации Российской Империи», противостоящей силам зла в лице «англосаксонских капиталистов». Носители таких взглядов тоже нередко отличались симпатиями к нацизму: мол, Сталину и Гитлеру надо было объединиться и разгромить Англию и США.
- Дикий коктейль из эстетики русского и западноевропейского декаданса начала 20 века (мистические ордена, вычурность, символизм, венецианские маски, мундштуки из слоновой кости, кабаре) и американской контркультуры шестидесятых (рок-н-ролл, наркотики, нью-эйдж, хиппи[2] и духовные откровения от инопланетян), из-за чего эту эпоху даже называют «второй психоделической революцией». Булгаков, Грин, Гумилёв и Брюсов становятся популярными наряду с Уильямом Берроузом, Робертом Уилсоном и Тимоти Лири. Мода на декаданс, кабаре и тому подобное проникает даже в лёгкие попсовые жанры (яркий пример ― кабаре-дуэт «Академия»).
- С декадансом же органично сочетается колониальная эстетика того же начала 20 века: пальмы, экзотические птицы, негры-официанты, вообще экзотические иностранцы (смешные или зловещие), мальчишки, наряжающиеся индейцами… Что интересно, на Западе в это же время как раз происходит закат этой эстетики, и трендом становится политкорректность ― а вот в посткоммунистических странах, которые в своё время «не накиплинговались», мода на колониализм к девяностым-нулевым только расцветает. Причём в её формировании сыграли роль как родные произведения эпохи декаданса и империализма (типа Гумилёва с его африканскими стихами), так и «расистские» книги и мультфильмы с Запада 1920-х ― 1950-х годов, которые на постсоветском пространстве выходили без цензуры (например, «Песня Юга», «Питер Пэн» с карикатурными индейцами, старые выпуски «Тома и Джерри» и «Микки Мауса», глава про волшебный компас из «Мэри Поппинс», сюжет с островом Куррекурредут из «Пеппи Длинныйчулок»).
- Также популярной становится и эстетика советских 1920-х годов, эпохи НЭПа. Причём если Серебряный век и дореволюционная Россия воспринимаются как потерянный Рай, то НЭП привлекает именно сходством реалий: тут и экономические потрясения, и разгул криминала, и нэпманы ― аналоги «новых русских», и расцвет искусств (в частности, авангардизма), и даже свой аналог самопальных новеллизаций американских слэшеров и «Черепашек-Ниндзя» от издательства «Минск»: переводные и псевдопереводные детективно-приключенческие книги тогда назывались «пинкертоновщиной», и ими тоже зачитывались тогдашние подростки.
- Ещё одно мощное культурное веяние из 1920-х годов ― эстетика всевозможного авангардизма, дадаизма и ОБЭРИУ.
- А также интерес ко всевозможным мистико-конспирологическим темам, тайным клубам и орденам, в частности, к нацистскому оккультизму (именно тогда становятся популярными такие темы как Аненербе, Общество Туле, Общество Врил, Орден Зелёного Дракона, диски Хаунебу и др.), который брал начало из западной конспирологической литературы вроде «Утра магов» Жака Бержье и Луи Повеля и органично сочетался как с красно-коричневым, так и с прозападно-коричневым дискурсом. Причём подавалось это в ракурсе «запретных знаний, которые от нас скрывали»; в определённом смысле этот интерес российской контркультуры к нацистскому оккультизму в пику советскому антизападному, ура-патриотическому и атеистически-«рационалистическому» мейнстриму аналогичен западному интересу к сатанизму (ЛаВэй, Акино) в пику религиозно-консервативному мейнстриму. В чуть меньшей степени ― эстетика Ку-Клукс-Клана и знаменитые белые колпаки, тоже известная «страшилка» из советской пропаганды.
- В узких кругах популярными становятся авторы «чёрной фантастики» и оккультно-мистических ужасов конца XIX-начала XX века, такие как Густав Майринк, Жан Рэ, Лавкрафт, Ганс Эверс, Стефан Грабинский, Лотреамон и др. А также мистики и оккультисты вроде Блаватской, Алистера Кроули, Рене Генона, Юлиуса Эволы, Фулканелли, Мигеля Серрано, Рене Шваллера де Любича и др., плюс конспирологи вроде тех же Жака Бержье, Луи Повеля и Жана Парвулеско. К этому примешивается и «Роза Мира» Даниила Андреева, и зародившийся в перестроечные годы толкиенизм, который тоже нередко понимали… своеобразно и миксовали с эзотерикой (см., например, «Сказки тёмного леса»).
- Теория струн тогда тоже считалась синонимом выражения «это очень сильное колдунство» (на неё в интервью ссылался даже Александр Дугин!), и что характерно, в контркультурных кругах тогда вращались и сами звёзды мировой науки. В их числе математики Владимир Воеводский (ни много ни мало выпускник Гарварда и филдсовский лауреат, при этом впоследствии имевший мистический опыт), Михаил Вербицкий и Дмитрий Каледин, а также струнный теоретик Дмитрий Поляков, сын знаменитого физика Александра Полякова. Ныне в этих же кругах продолжает вращаться известный математик Роман Михайлов.
- Одновременно с этим набирают популярность детективы, боевики и бульварные романы: как западные (от Себастьяна Жапризо до Иоанны Хмелевской), так и отечественные: от всем известных Марининой и Донцовой до Ивана Сербина, который вполне успешно переносил на российскую почву сюжеты западных мистических и психологических триллеров.
- Постмодернизм, антисюжет и нагромождения загадок без ответов. После десятилетий линейного, как рельсы, соцреализма авторы резко ударились в другую крайность «чем непонятнее, тем лучше» (немалую роль в этом сыграло, опять же, влияние западных авторов вроде Берроуза, Роберта Уилсона и Томаса Пинчона). Чуть позднее, уже в нулевые, в подражание Паоло Коэльо родился лайтовый вариант — жанр «попсового сюрреализма», когда читателя сначала интригуют загадками и абсурдом, а потом их для него разжёвывают — и тем самым заставляют его почувствовать себя очень умным. Типичные представители — Макс Фрай, отчасти Борис Акунин, да и Пелевин в нулевые начал склоняться в эту сторону.
- Азиатские боевые искусства! Здесь сыграли роль и переводные фильмы с Джеки Чаном и Брюсом Ли, и огромное количество видеоигр типа Mortal Kombat, где герои бьют врагов с помощью спецприёмов, и многочисленные секции карате-тхэквондо-айкидо, которые стали открываться для широкой публики после десятилетий подпольного существования в СССР, и суровые реалии эпохи, из-за которых и тинейджеры, и взрослые мечтали о каком-нибудь крутом приёмчике, чтобы положить дворовых хулиганов или бандитов на обе лопатки, и даже те самые декадентские романы начала 20 века, редко обходившиеся без зловещих азиатов с их запретными знаниями. В представлении тогдашней поп-культуры владеть боевыми приёмами было почти как иметь суперспособности.
- Большое влияние видеоигр (в значительной степени — игр в жанре квест), ибо эта индустрия стала во всём мире активно развиваться и процветать именно в девяностые. Есть и собственно игры в этой стилистике, и аллюзии на игры, например, в книгах (яркие примеры — пелевинский «Принц Госплана», а также детские детективы «Пятый уровень» Сергея Веселова, «Вор понарошку» Александра Преображенского и «Дуэль с невидимкой» Андрея Трушкина). Также выходили доставляющие и на удивление неплохие качеством пиратские переводы западных игр, в которые тоже были привнесены некоторые отечественные «фишки» (в числе наиболее известных локализаторов — Taralej & JaboCrack из Ростова-на-Дону и Дядюшка Рисёч из Харькова).
Исторические примеры
Произведения, созданные в период с конца восьмидесятых по начало нулевых включительно.
Аудиопостановки
- Передача Александра Дугина «Finis Mundi»: так перемешать западных классиков мистических ужасов, русских деятелей Белого движения, маргинальных философов и околофашистских мыслителей — это надо умудриться. Как вам, например, пророчества о пришествии Великих Древних вперемежку с песенками в стиле «кабаре»? Или стилизация под французские авантюрные произведения а-ля Фантомас, Арсен Люпен или Себастьян Жапризо, плавно переходящая в ура-патриотическую агитку «Россия завоюет мир»?
- Аналогично — музыкальная радиопередача «Трансильвания беспокоит», которую вёл Гарик Осипов, известный под псевдонимом «Граф Хортица». Что характерно, в ней также появлялся Дугин и нижеупомянутый Евгений Головин; Осипов, в свою очередь, тоже участвовал в нескольких выпусках «Finis Mundi».
- Аналогично — радиопередача Бориса Симонова «На графских развалинах» (Симонов был владельцем знаменитого московского музыкального магазина «Трансильвания» и подбирал музыку к выпускам «Finis Mundi»).
- В ту же степь — радиопрограмма «Монморанси» нижеупомянутого Александра Лаэртского, в которой участвовали и те самые Дугин и Головин.
Литература
В литературе (особенно в фантастике) для этого жанра даже есть специальный термин ― турбореализм.
- Творчество Григория Остера ― особенно меметичны «Вредные советы», но и другие книги доставляют: например, серия «вредных» учебников «Конфетоедение», «Визгкультура», «Воспитание взрослых» и др.
- Творчество Юрия Петухова. Его «Классификатор пришельцев» и «Звёздная месть» — классика трэш-угара и выноса мозга. Аналогично ― различные периодические издания, выпускавшиеся в организованном им издательстве «Метагалактика». Это: газета «Голос Вселенной», альманах «Галактика», альманах «Метагалактика», журнал «Приключения, Фантастика» и альманах «ПФ-Измерение».
- М. Петросян, «Дом, в котором» — писался прямо-таки в ту эпоху, но выпущен на десять лет позднее. Эмоционально произведение весьма глубокое, при этом визуальная стилистика порой приближается к мультфильмам и комиксам. Место и время действия намеренно абстрагированы, смешиваются черты России/СССР и США. Присутствующая в сюжете альтернативная реальность — Изнанка Дома — явный оммаж западным триллерам и боевикам (возможно, это потому, что она формируется фантазиями обитателей Дома о Наружности, основанными на соответствующих книгах и фильмах).
- Андрей Лазарчук и Михаил Успенский, «Посмотри в глаза чудовищ» (и сиквелы «Гиперборейская чума» и «Марш экклезиастов») — педаль в ядро. Главный герой, поэт Николай Гумилёв, чудом спасшийся от расстрела, стал членом тайного мистического ордена «Пятый Рим», пережил множество приключений, познакомился с Робертом Говардом и Лавкрафтом, подружился с Яном Флемингом и стал прототипом Джеймса Бонда (а заодно и Воланда). А потом благодаря эликсиру вечной жизни дожил до девяностых и теперь исследует подземные алхимические лаборатории старой Москвы, в то время как его сын Стёпа играет на SEGA… А ещё в этой книге выясняется, что СССР неспроста выбрал своим символом оккультную пентаграмму, а повальное увлечение динозаврами и Черепашками-ниндзя в культуре девяностых ― это часть тайного плана рептилоидов по внедрению и захвату мира (причём рептилоиды те самые, которые описаны Гумилёвым в «Поэме начала» как «племя драконов, крокодилов и чёрных змей»).
- Андрей Валентинов, цикл «Око силы» ― достойный конкурент «Чудовищ», мистическая криптоистория, объясняющая все события в России в XX веке. Как и в «Чудовищах», в сюжете фигурирует
Михаил Афанасьевич БулгаковАфанасий Михайлович Бертяев. - Александр Бушков, «Секретная миссия» ― из той же серии. Пушкин, оказывается, был агентом тайного «Союза трёх чёрных орлов», боровшегося с чёрной магией, и сталкивался с пражским Големом, джиннами, с Байроном, превратившимся в кого-то вроде демона, и даже с ожившим Медным всадником! Книга вышла в 2006, когда этот стиль уже изрядно вышел из моды ― что объясняет её сравнительную малоизвестность.
- Андрей Лазарчук, «Мумия» ― инфернально-магический альтернативный СССР.
- Павел Пепперштейн и Сергей Ануфриев, «Мифогенная любовь каст» — ещё один культовый роман девяностых, который часто сравнивают с «Посмотри в глаза чудовищ». Психоделическая криптоистория на тему Второй мировой, где за воюющими сторонами стоят разные сказочные герои: за СССР сражаются персонажи русских сказок вроде Колобка, Лисы Патрикеевны и Мухи-Цокотухи, а за Третий рейх — персонажи западных: Питер Пэн, Гудвин, Мэри Поппинс, Алиса и др. (особенно эпичен штандартенфюрер Карлсон)[3]. А ещё в романе фигурирует доктор Айболит, который угощает главного героя ЛСД, и мрачный красноглазый крокодил-альбинос Гена, в теле которого живёт дух Чебурашка. В конце сказочные персонажи оказываются игрушками в комнате у внучки ГГ, живущей уже в девяностые; игрушечные Колобки и Карлсоны стоят рядом с плакатами с Дэвидом Боуи и Фредди Меркьюри. Что характерно, один из соавторов Сергей Ануфриев был другом Сергея Курёхина, члена НБП и ещё одного видного героя этой статьи ― а сам Пепперштейн не раз говорил, что писал эту книгу для экранизации в будущем русском Голливуде.
- Хольм ван Зайчик (псевдоним Вячеслава Рыбакова и Игоря Алимова), цикл «Евразийская симфония» ― на минималках, потому что выходил уже в первой половине нулевых. Альтернативная история, где Русь объединилась в единое государство с Ордой и Китаем, и где постсоветские реалии сочетаются с китайскими (а вернее, даже не столько с китайскими, сколько с ориенталистскими фантазиями западных авторов: сам псевдоним авторов ― отсылка к Роберту ван Гулику и его циклу про судью Ди). В книгах есть даже элемент мистического триллера: например, лисы-оборотни. А в пятой книге «Дело победившей обезьяны» интрига и вовсе крутится вокруг конфликта двух религиозных сект из-за египетского фараона, похороненного в пирамиде в центре Москвы: одни ― хемунису ― хотят продолжать ему молиться, другие ― баку ― желают предать земле.
- Практически все произведения Виктора Пелевина. Древняя богиня, скрывающаяся за рекламными образами девяностых (и поклоняющиеся этой богине сектанты наподобие индийских тхагов, которые душат людей детскими нейлоновыми прыгалками), древние оборотни в современной Москве, конспирологическая подоплёка советской космической программы, и так далее.
- Владимир Сорокин — аналогично.
- Борис Акунин ― тоже автор изначально из девяностых, и тоже писал про Россию, которую мы потеряли, но всё же в его романах этого периода нет такого трэша и угара, как в большинстве примеров. А вот «Ф. М.», написанный уже в 2005—2006 ― это уже высокооктановый китч абсолютно в духе тематики статьи: пародия на Дэна Брауна с отсылками также к «Преступлению и наказанию» и к «Молчанию ягнят». По сюжету герой охотится за утраченной рукописью Достоевского в современной Москве, а противостоит ему маньяк-убийца, наряжающийся Спайдерменом, Инуясей и Красной Шапочкой.
- И, конечно же, Илья Масодов, прозванный «последним советским писателем», у которого типичные советские реалии и эстетика сочетаются с инфернальной крипотой.
- Рассказы Андрея Саломатова «Девушка в белом с огромной собакой», «Кокаиновый сад», «Кузнечик» и «Синдром Кандинского» ― сочетание позднеперестроечных и постсоветских реалий с эзотерикой, декадансом и хоррором.
- На более серьёзной ноте, чем большинство примеров ― «Уставы небес. 16 глав о науке и вере» и «Крылья Феникса. Введение в квантовую мифофизику» Михаила Кацнельсона и Валентина Ирхина. Своего рода отечественный ответ «Дао физики» Капры и «Квантовой психологии» Роберта Антона Уилсона, книги о философском смысле квантовой механики с отсылками и к Рене Генону, и к Лавкрафту, и к Дугласу Адамсу, и к сказке про Крошку Цахеса. Что характерно, оба автора ― знаковые имена в теоретической физике. Что ещё более характерно, один из соавторов (Михаил Кацнельсон) также был также соавтором статей про графен Нобелевских лауреатов Андрея Гейма и Константина Новосёлова ― и более того, Новосёлов весьма высоко оценил «Крылья Феникса».
- Евгений Головин — поэт, оккультист, деятель московской контркультуры и философ с ультраправым уклоном. Переводил западных мистиков начала XX века типа Генона и Папюса, а также авторов «чёрной фантастики» той же эпохи (серия «Гарфанг», включавшая Майринка, Жан Рэ и др.), писал тексты про алхимию и сочинял песни про оживших кукол, зеркала, вампиров и нацистов. Ещё в семидесятые собрал вокруг себя так называемый «Южинский кружок» (Мамлеев, Дугин, Джемаль и др.), сильно повлиявший на постмодернистов девяностых, в том числе на Виктора Пелевина. А одна из его песен, «Куклы мадам Мандилип» (которую впоследствии исполнял Александр Ф. Скляр с группой «Ва-Банкъ»), вообще написана по мотивам мистического детектива Абрахама Меррита «Гори, ведьма, гори!» (aka «Дьявольские куклы мадам Мэндилип»), который впервые вышел в России как раз в девяностые в характерной трэшовой обложке.
- Вообще, эти люди были скорее компанией друзей с общими интересами, чем каким-то движением. Например, Дугин и Мамлеев были знакомы только заочно: на момент отъезда Мамлеева (1974) Дугину было 10 лет.
- Орден куртуазных маньеристов ― группа поэтов-декадентов, сформировавшаяся в конце 1980-х. Её члены носили титулы типа «Чёрный Гранд-Коннетабль» и «Магический Флюид» и выпускали поэтические сборники с названиями вроде «Красная книга маркизы» и «Любимый шут принцессы Грёзы».
- Алексей Смирнов, «Центр Роста» — действие происходит в странном альтернативном мире с отсылками и на Россию, и на США/Западную Европу. Главный герой — сотрудник Агентства Неприятностей — напоминает типичного детектива-шпиона-киллера из тогдашних триллеров (чего только стоит его «широкополая агентурная шляпа» и «скорострельная авторучка семи цветов радуги»), а сам сюжет обыгрывает «Десять негритят». Также встречаются отсылки к русской эмиграции, Солженицыну, Себастьяну Жапризо и юнгианскому психоанализу.
- Вышеупомянутый Иван Сербин написал ряд отличных новеллизаций голливудских триллеров (под псевдонимами Арч Стрентон, Джон Бёркли и Артур Кварри), а заодно и три самостоятельных романа под собственным именем: «Сердце дьявола», «Собачий рай» и «Гилгул» (последний имеет мистический уклон, и, по мнению некоторых, написан под явным влиянием Булгакова).
- А российский писатель-юморист Сергей Ульев написал под псевдонимом «Джек Кент» ряд пародий на западные триллеры и детективы, в том числе «Шерлок Холмс и всё-всё-всё» и «Фредди Крюгер и Железная леди».
- Новеллизации «Восставшего из ада» от Оларда Диксона. Нет, это не псевдоним, автора на самом деле так зовут, и он коренной сибирский шаман, автор множества книг по шаманизму, одной из которых является талмуд с характерным названием «Мистерии мухомора». Одним словом, личность намного более колоритная, чем даже сам Баркер, и, выражаясь запрещённым на данном сайте луркоязом, определенно имеет отношение к веществам. Что несколько сказалось и на его новеллизации для популярной серии «Бестселлеры Голливуда». Практикующий сибирский шаман, пишущий новеллизацию культового англо-американского хоррора — такое было возможно только в разухабистые девяностые. Как ни странно, несмотря на отстутствие редакторской правки, написано весьма пристойно, даром что текст местами пересыпан специфической философией автора и явно писался на основе гнусавого надмозгового перевода с пиратской видеокассеты. К тому же, любопытной выглядит привязка вселенной сенобитов к восточной мифологии, в частности — китайской. И в любом случае получилось намного лучше, чем официальное продолжение от самого Баркера.
- И, разумеется, серия книг по «Черепашкам-ниндзя», написанная белорусскими авторами из издательства «Минск» — лютый микс из вселенной оригинальных «Черепашек», слэшеров восьмидесятых-девяностых типа «Кошмара на улице Вязов», советских пионерских страшилок, разномастных литературных источников типа рассказов Александра Грина или сценария фильма Бергмана «Змеиное яйцо», и чего только не. Отдельно забавно то, что эти книги позиционировались как «детские», но при этом криповали очень не по-детски.
- Аналогично ― отечественные фанфики по «Конану-варвару» авторства Дугласа Брайана (Елены Хаецкой), Олафа Локнита (Андрея Мартьянова), Поля Уинлоу (Ника Перумова) и ряда других, которые сами фанаты Конана прозвали «кониной». Чего там только не было: и откровенные анахронизмы, и заимствования из «Властелина Колец» и «Ведьмака»…
- Чем-то таким местами отдают книги про Алису Селезнёву, написанные в девяностые. Если книги 1960-х — 1980-х были всё же более-менее твёрдой научной фантастикой, то в девяностые научная фантастика там сочеталась с магией и сказочными существами. Особо следует отметить такие книги как «Сыщик Алиса» (где появляется инопланетный Кащей с бластером) и «Вампир Полумракс» (где нечисть, возглавляемая этим самым вампиром Полумраксом, хочет развратить людей латиноамериканскими сериалами «про дядю Хуана и его незаконную дочку Марию, которая сама себе бабушка» и фильмами, где «погони на „Мерседесах“ и семизарядный „кольт“» — явная параллель с рептилоидами из «Посмотри в глаза чудовищ» и с конспирологией на тему «планов Даллеса»).
- «Книгоед» Владимира Аренева и Юрия Никитинского — деконструкция всех любимых сказок советских детей, аналогично предыдущему примеру: здесь юному герою предстоит встретиться и с жутким Чиполлино, и с подземными жителями из сказки Погорельского «Чёрная курица», которые оказались коварными злодеями, и с Маугли, который продаёт своих бывших друзей-зверей браконьерам… Книжка формально детская, однако местами читается как психологический триллер.
- Вилли Конн aka Вадим Белоусов — прославился эпичными трэш-произведениями, пародировавшими тогдашнюю моду на западные триллеры категории «Б». Частные детективы, пришельцы, эротика, Джек Потрошитель, космические проститутки, Сатана-инопланетный мутант, и тому подобное. В советские годы писал научпоп и говорил, что «фантастика — это недолитература, которую мошенники пишут для идиотов».
- Сергей Чумичев, «Как размножаются колобки, или Штирлиц против Супершпиона» — здесь уже всё понятно по названию…
- «Похождения штандартенфюрера CC фон Штирлица» Бориса Леонтьева ― про приключения Штирлица в мире «Звёздных войн».
- «Куда убегает ваш утренний кофе?» Екатерины Шварцбраун (IRL автора зовут Аполлинария Тумина) — автобиографическая книга деятельницы контркультуры девяностых, которая была близко знакома с нижеупомянутыми Андреем Черновым и его «коллегами» по андерграунду, участвовала в их оккультно-творческих проектах… и перенесла шизофренический психоз.
- Эдуард Успенский, «Красная рука, чёрная простыня, зелёные пальцы» — литературная вариация на тему детских страшилок.
- Андрей Столяров, «Детский мир» — аналогично. Здесь детские страшилки оживляет древний хтонический монстр, мимикрировавший под директрису магазина «Детский мир» Альдину Георгиевну (возможно, отсылка к Арделии Лорц из «Библиотечной полиции» Стивена Кинга).
- «Я — Мышиный Король» того же Андрея Столярова ― смешение постсоветских реалий с криповато-сказочными в духе Гофмана. Даже персонажи носят имена типа Мальвина Ивановна, Дуремар и Ценципер.
- «Между двух стульев» Евгения Клюева ― пример психоделической детской литературы той эпохи.
- Посвящённая девяностым трилогия Сергея Кузнецова «Семь лепестков», «Гроб хрустальный» и «Серенький волчок» (первая часть посвящена наркокультуре того времени с налётом мистики, вторая — про интернет-культуру середины девяностых).
- Этим часто отдают написанные в ту эпоху детские детективы из серии «Чёрный котёнок»: в сюжетах появляются экзотические негры и вообще мотивы тропической экзотики («Невидимка в маске» Сергея Иванова, «Тайна сорванных спектаклей» Алексея Биргера), откровенная мистика и паранормальщина (цикл «Компания с Большой Спасской»), реже — ложная мистика («В школе черного колдуна», «Тайна заброшенной часовни»), видеоигры и киберпанк, и тому подобное.
- Детские детективы и ужастики Валерия Роньшина — педаль в земную кору. В его книгах фигурируют американские шпионы, инопланетные заговоры, монстры из пионерских страшилок вроде Чёрной Руки, маньяк по кличке Кукольник, секреты древних цивилизаций, профессиональная «чёрная вдова» из Лос-Анджелеса, которая поёт на MTV и в свободное время убивает мужей, и чего только не ― а бравые российские школьники вместе с бравой российской милицией всему этому противостоят и обычно выходят победителями. Подробности читать вот здесь.
- «Пятый уровень» Сергея Веселова ― как и Роньшин, эталонный трэш из девяностых в хорошем смысле слова про двух пацанов, пытающиеся выиграть мотоцикл «Харли-Дэвидсон» у сынка криминального олигарха. Сынок устраивает в папином особняке игру в реальном мире с «врагами», роль которых играет местная шпана, головоломками и ловушками. Также героям предстоит познакомиться с самым настоящим московским киллером, происходящим из рода японских ниндзя, и научиться у него боевым искусствам, и с опаснейшим бандитом-убийцей, обитающим на чердаке того самого особняка, и играющим роль «финального босса».
- М. Зайцев и С. Белорусец, «Супермент» — новеллизация мультсериала про капитана Пронина (см. ниже).
- А также творчество конспиролога Юрия Воробьёвского, который одно время креативил совместно с Дугиным. Например, «Стук в золотые врата» — о том, как масоны, розенкрейцеры, нацисты и вампиры из американских триллеров пытались уничтожить Великую Православную Россию. Концептуально предшествует печально известным ДпВ, но демонстрирует несколько более глубокую эрудицию автора (в отличие от Зерваса, который в основном повторяет штампы, Воробьёвский действительно немало знает про всевозможных мистических авторов и оккультные ордена).
- Справедливости ради: эрудицию не «несколько более», а всё-таки реально бОльшую, чем у подавляющего большинства (если не всех) авторов, которые писали на «запретную» тематику. Ну и потом, Воробьёвский профессиональный журналист, а не просто кабинетный фрик — его попросту интересно читать, даже треш.
- «Таинственная самка» авторства известного эксперта по буддизму и даосизму Евгения Торчинова — отечественное подражание Умберто Эко. Множество отсылок на оккультизм и алхимию вперемежку с реалиями российских девяностых (сам сюжет крутится вокруг препарата «Фулканеллин», по сюжету полученного Фулканелли — реально существовавшим алхимиком XX века).
- Книги издательства Ильи Кормильцева «Ультра. Культура», особенно серии «Overdrive» и «Russkiy Drive», состоящая из наиболее контркультурных и забойных современных авторов, как западных (Берроуз, Брет Истон Эллис), так и российских. Китчевые кислотные обложки в стиле сабжа прилагаются. Пример чуть запоздавший (издательство основано уже в 2003), но очень показательный.
- Журналы «Элементы» и «Милый ангел», выпускавшиеся тем же самым Александром Дугиным.
- Посвящённый алхимии журнал «Splendor Solis», выпускавшийся уже Евгением Головиным.
- Аналогично ― журнал «Волшебная гора», названный в честь романа Томаса Манна.
- И сюда же молодёжный журнал «Птюч» и контркультрный «Забриски Rider».
- В ту же степь ― журнал комиксов «Муха», впоследствии давший начало одноимённой анимационной студии.
- И психоделический детский журнал «Трамвай», прозванный «журналом детского авангарда». Вышеупомянутый Валерий Роньшин начал свою литературную карьеру именно с публикаций в «Трамвае».
- Автор-постмодернист Егор Радов, также писавший для журналов «Птюч» и «Playboy».
- А также представитель наркокультуры Баян Ширянов.
- «Приключения Печенюшкина» Сергея Белоусова — сочетает стилистику детской повести-сказки в духе Михаэля Энде, но в отечественных реалиях, с элементами западных блокбастеров и триллеров (гангстеры, межпланетные перелёты и угроза Апокалипсиса). А в третьей книге «Сердце дракона, или Путешествие с Печенюшкиным» упоминается, что героини построили «сказочный городок для Центрального парка, почти как Диснейленд, да еще с Незнайкой, Буратино и Крокодилом Геной»: «русский Диснейленд» ― это тоже один из лейтмотивов эпохи.
- «Приключения Петровича и Патапума» Романа Канушкина и Александра Ф. Скляра — аналогично. Здесь китча поменьше, чем в большинстве примеров, но всё же: если первые две книги цикла были детскими сказками в духе тех же Энде и К. С. Льюиса, то последующие две стали уже гораздо мрачнее и взрослее, а последняя, «Император Теней» — уже вообще не сказка, а, скорее, тёмное фэнтези с явно ощущающимся влиянием Лавкрафта, Стивена Кинга и Клайва Баркера. Особенно доставляют иллюстрации, на которых юный герой со своим другом — зелёной игрушкой Патапумом соседствует с троллями, демонами, вампирами, мертвецами и прочими фантасмагорическими персонажами, нарисованными в духе Босха. Ну и не лишним будет вспомнить, что Александр Ф. Скляр ― близкий друг и соратник двух других героев статьи, Александра Дугина и Евгения Головина (в частности, на Скляра сильно повлияли эзотерические идеи Головина), и отличается вполне определёнными политическими взглядами.
- «Сказки тёмного леса» ― формально скорее про бесславные девяностые и про лихую жизнь тогдашних субкультур, но при этом приправлено изрядной долей психодела и магического реализма в духе сабжа.
- Андрей «Ом» Подшибякин, «Игрожур» — деконструкция. Главный герой — школьник Юра «DarkSkull» Черепанов (прототип — сам автор, приехавший в конце девяностых из Ростова покорять Москву и работать в игрожуре) — настолько очарован яркими обложками дешевых журналов, что мечтает уехать в Москву и устроиться на работу в игровой журнал «Мания страны навигаторов». Его мечта сбывается, но совсем не так, как он ожидал… Произведение основано на чернушных реалиях конца 1990-х — начала 2000-ных и содержит множественные «На тебе!» в адрес реальных игровых журналистов.
- Сергей Кладо, «Медный кувшин старика Хоттабыча» (в 2006 году вышла экранизация «}{0TT@БЬ)Ч», начисто затмившая оригинал) — так плохо, что уже хорошо. Автор заявлял, что главным героем его книги на самом деле является «новый русский язык», вобравший в себя элементы литературного языка, кусочки слэнга и компьютерные термины, и, как пошутил один из рецензентов, «несчастного главного героя на протяжении всего произведения изощренно истязают». То ли шутки ради, то ли автор просто иначе не мог (судя по искромётным шуткам — и то, и другое) вся повесть написана стилем «язык Черномырдина»
- «Мандрапапупа, или Тропами падших комет» Олега Синельника ― про украинский оккультный андерграунд той эпохи.
- Так называемый Станиславский феномен ― группа украинских же постмодернистов девяностых родом из города Ивано-Франковска (ранее Станислава; среди авторов следует отметить Юрия Андруховича, Владимира Ешкилева, Олега Гуцуляка, Тараса Прохасько и Юрия Издрыка):
- «Московиада» Юрия Андруховича — эдакая украинская инверсия Дугина, Петухова и Воробьёвского. Карикатурное изображение Москвы начала девяностых, где живёт главный герой, украинский поэт с немецким именем Отто фон Ф., которому периодически снится некий король Украины Олелько Второй и его дворец, украшенный барельефами с танцующими фавнами и масонскими символами[4]. В конце Отто находит сеть туннелей под знаменитым магазином «Детский мир», ведущую в московское метро и в некий конференц-зал, где злобные москали в карнавальных масках вынашивают планы возрождения советской империи (аллюзия на ГКЧП и, возможно, пародия на аналогичную сцену в романе Фаулза «Волхв»). Герой расправляется с ними, после чего Москву уничтожает потоп, а Отто возвращается в Киев.
- Его же «Перверзия» — про приключения молодого львовского интеллектуала Станислава Перфецкого, приехавшего в Венецию на конференцию и успевшего попутно соблазнить роковую красавицу, поучаствовать в оккультном ритуале и столкнуться с заговором, возглавляемым загадочным Монсиньором, агенты которого следят за Перфецким на своём автомобиле класса «Мантикора». В наличии отсылки к Булгакову и Гоголю, и даже, как ни смешно, характерная для авторов типа Петухова тема «наш национальный герой против басурманских монстров»: в кульминации сюжета участники конференции оказываются представителями нечистой силы, и герой прозревает их истинную сущность, выпив любимого прикарпатского бальзама.
- И его же «Рекреации» ― про приключения героев (в том числе мистические) во время карнавала в вымышленном западноукраинском городе Чертополь. Один из героев попадает на старинную Виллу с Грифонами, где проходит вечеринка в стиле эпохи Габсбургов. Поначалу он даже пытается заигрывать с понравившейся ему девушкой, но потом замечает, что всё как-то не так: гости слишком уж убедительно изображают австро-венгерский бомонд, обсуждают политику начала 20 века (в том числе Николая II), да и выглядят мертвенно бледными… Чуть не проиграв им в карты душу и чудом сбежав с вечеринки, герой узнаёт, что эта самая Вилла с Грифонами уже давно является музеем, и туда водят туристов.
- Роман «Адепт» Владимира Ешкилева и Олега Гуцуляка.
- «Воццек» Юрия Издрыка. Частичный русский перевод есть здесь.
- Издававшийся «станиславцами» же контркультурный журнал «Четверг».
- Анатолий Безуглов, «Факел Сатаны» — всё начинается как типичный постсоветский детектив (бомжи, мафия, проституция), потом выруливает на религиозный мистицизм и НЛО и завершается абсолютно сюрреалистическим финалом.
- Александр Бородыня, «Крепы» — здесь всё крутится вокруг мистических существ, образующихся из душ умерших и называющихся «крепами». И эти самые «крепы» могут проявлять себя в виде оживших кукол (привет декадансу и Серебряному веку), роботов, и кого только не.
- «Похожденiя богатенькаго сыщика Егора Калинина» ― пародия на дореволюционные детективы, написанная в 1993—1994.
- Александр Курляндский, «Ну, погодите, или Двое на одного!» (по меткому замечанию Сыендука, смесь «Зверополиса» и фильма «Брат»). Концентрированный сабж.
- Бонус для взрослых/Неполиткорректный злодей — волк Кузьма, который объединился с «нупогодишным» рассуждает о зайцах как махровый антисемит (тема шовинизма в то время была особенно актуальна).
- Определённо не для детей — современные дети поймут далеко не все реалии, да взрослых моментов здесь очень много.
- Людмила Стрелкова, «Эмоциональный букварь от Ах до ай-яй-Яй».
Кино
- Целый ряд фильмов в модной тогда эстетике Серебряного века:
- «Господин оформитель» Олега Тепцова с саундтреком Сергея Курёхина — хоррор, снятый по мотивам рассказа Грина «Серый автомобиль». Выпущен в 1988 году. Ещё раз напоминаем, эстетика девяностых появилась в конце Перестройки, а не в самих девяностых.
- «Посвящённый» того же Тепцова с саундтреком того же Курёхина — герой, живущий в Ленинграде конца восьмидесятых, находит книгу, посвящённую ритуалам народов Африки, и с её помощью бросает вызов силам зла.
- «Жажда страсти» Андрея Харитонова — аналогично. Экранизация рассказов Валерия Брюсова, снятая в 1991; сочетает атмосферу русского декаданса с некоторыми стилистическими заимствованиями из западных триллеров и джалло.
- Алексей Балабанов, «Про уродов и людей» и, с натяжкой, «Счастливые дни».
- «Жертва для императора». Офицер японского генерального штаба получает задание внедриться в военные круги Санкт-Петербурга под именем капитана Рыбникова. Эстетски красивый видеоряд Ленфильма с погружением в эпоху декаданса и психологию героя без определенного сюжета.
- «Мания Жизели» Алексея Учителя — по сути, детективно-психологическо-мистический триллер, но с закосом под документалистику (формально основан на реальных событиях из жизни балерины Ольги Спесивцевой).
- «Сексказка» Елены Николаевой — в ту же степь. Несмотря на дурацкое эксплуатационное название, это отнюдь не порно, а вольная экранизация рассказа Набокова «Сказка» в эстетике belle epoque.
- «Три сестры» Сергея Соловьёва ― экранизация одноимённой пьесы Чехова.
- «Чёрная вуаль» ― по мотивам романа «Отравленная совесть» Александра Амфитеатрова.
- «Исчадье ада» — экранизация повести Бориса Савинкова «Конь бледный». Особенно хорош Киркоров в царском кабаке.
- «Два капитана 2» Сергея Дебижева (снят при активном участии того же Курёхина). Псевдодокументалка про Первую Мировую и последующие события в виде Октябрьской революции и прихода Гитлера к власти, излагающая альтернативную версию, в которой фигурирует зловещий доктор Фаркус, белые марокканские карлики и второе Солнце на небе.
- «Сестрички Либерти» — две швеи с помощью фотографа-художника, увлеченного арт-нуво и модерном, вводятся в богемные круги, и их жизни идут под откос. Уникальная попытка поиграть с эстетикой декаданса на фоне перестроечной чернухи (в сюжете черная магия, педофилия, изнасилование и т. д.)
- «Дожди в океане» — якобы по мотивам романа Александра Беляева «Остров погибших кораблей». Фактически — странная история любовного треугольника после кораблекрушения в эстетике декаданса и с кучей обнаженки.
- Фильм-мистификация «Комплекс невменяемости» того же Дебижева при участии того же Курёхина.
- «Конструктор красного цвета» ― ещё одно мокьюментари режиссёра Андрея И, сочетающее советские реалии с сюжетом романа Томаса Манна «Волшебная гора» и лютой психоделией.
- «Дом под звёздным небом» того же Соловьёва ― интеллигентную русско-еврейскую семью преследует зловещий мистический трикстер Валентин Компостеров, одновременно похожий на карикатурного перестроечного антисемита (и имеющий связи с КГБ), на булгаковских Коровьева и Бегемота (что характерно, исполнитель роли Александр Баширов впоследствии сыграл Бегемота в экранизации Бортко) и на типичного маньяка из американских слэшеров.
- И его же «Чёрная роза — эмблема печали, красная роза — эмблема любви».
- «Бакенбарды» (1990) ― про появившееся в провинциальном российском городе общество «пушкинистов» ― юных фашиствующих молодчиков, которые носят бакенбарды и дерутся тростями. Отсылают они одновременно к банде героев из фильма «Заводной апельсин» и к организациям типа общества «Память».
- «Слеза князя тьмы» Марека Пестрака — польско-эстонский хоррор-детектив. В независимой Эстонии накануне Второй мировой войны за перстнем Сатаны охотятся зловещий немецкий барон, польская писательница с вещими снами, агенты НКВД и типичный детектив из нуарных фильмов сороковых. Дешёвая анимация, нестрашные хоррор-сцены, плагиат американских фильмов ужасов, обнаженная натура, эклектичный монтаж, прически и макияж из 80-х у женщин — всё в наличии.
- «Хаги-Траггер» (1994). Удивительная помесь криминального боевика про бандитского авторитета и злобного генерала милиции — и мистического хоррора про куклу-убийцу в декадентском стиле, за которой они охотятся. Да, сюжет явно позаимствован из «Повелителя кукол»!
- Студия «Алибастер». Это как студия «Трома», только под мухоморами, которые варили лично Балабанов с Пелевиным.
- «Экстрасенс» (1992). Формальный сюжет — простой каратист Гера после драки получает просветление и начинает перемещаться в реальности, где сражается ради артефакта, от которого зависит судьба мира. По факту в одну кучу намешано абсолютно все знаковое, чем отличалось на излете перестроечное кино: гопники, карате-бои, чернуха, боевики времен видеосалонов, перемещения во времени, восточная философия, православие, нью-эйдж, мысли о добре и зле, фэнтези, мистика и Валерий Леонтьев в роли темного властелина. Полной невменяемостью и постоянными перемещениями каждые пять секунд фильм дико напоминает Линча.
- «Оно» 1989 года ― экранизация «Истории одного города» Салтыкова-Щедрина, саундтрек к которой написал всё тот же Курёхин. Разные градоначальники (бывшие в оригинале карикатурами на государственных деятелей Российской империи) здесь стали карикатурами на советских вождей: так, Бородавкин внедряет горчицу (подобно тому, как Хрущёв внедрял кукурузу), а прекраснодушный идеалист Эраст Грустилов, который изначально пародировал Александра I, здесь пародирует горбачёвских «перестройщиков». Ужасное правление Угрюм-Бурчеева показано в эстетике советского андерграундного «параллельного кино», для которого как раз характерны мрачные сюжеты и визуальный минимализм, а явление загадочного «Оно» в финале, после которого «история прекратила течение своё» ― это вообще прилёт НЛО.
- «Бременские музыканты и Co». В этом фильме этой эстетики хоть отбавляй, но она ни разу не спасает фильм. По сравнению с советскими «Бременскими музыкантами», и с «Новыми бременскими», вышедшими в том же году, этот фильм довольно убогий, с нелепым сюжетом и игрой актёров, шатающейся уровня «клоунада» до уровня «бревно» и обратно.
- «Тайная эстетика марсианских шпионов» Олега Мавроматти.
- «Гонгофер» Бахыта Килибаева, снятый на деньги МММ треш-хоррор в эстетике девяностых и Гоголя.
- «Мясорубка» и «Комната» Виктора Костычёва.
- «Люми» ― абсурдистская вариация на тему «Красной Шапочки».
- «Поклонник» 1999 года — в общем и целом фильм реалистичный и подпадает скорее под троп Бесславные девяностые, чернуха с маньяком-убийцей — вполне в духе реалий времени. Но вот появляющийся в фильме загадочный незнакомец в плаще и шляпе, который спасает героиню от напавших на неё хулиганов, и которого она считает тем самым маньяком — это явное заимствование из западных джалло и произведений жанра pulp, то есть эклектика в сабжевом стиле.
- «Упырь» (1997) — смесь криминала и готики: киллер приезжает в безымянный городок, захваченный бандитами-вампирами. Сделано при участии питерских контркультурщиков с ориентацией на западные малобюджетные бэшки и саундом рок-группы «Tequilajazzz» — этакий менее удачливый коллега «Брата». Есть и явные кивки Тарантино, благо, сценарист — Константин Мурзенко, работал аж над двумя фильмами в подражание ему. Благодаря обзорщикам позднее обрело известность.
- «Дневной представитель» (2004) ― ещё один вампирский сюжет. Действие происходит в странном приморском городке Рокс, одновременно напоминающем всякие Лиссы и Зурбаганы из рассказов Александра Грина и типичные городки из американских триллеров.
Телесериалы
(link)
Wisp Peaks- «Девять неизвестных» — пример из палаты мер и весов, разве что табуированных тем нет (режиссёр верующий, а это накладывает определённые ограничения). Хорошие — безработный экстрасенс Мефодий и розенкрейцер Андрей Радугин. Плохие — нацист-колдун Альфред Хаген, «учёный без границ» Артур Поляков и потомок падшего ангела «Пифон». Явный источник вдохновения для режиссера — «w:The Nine Unknown» (1923) Тэлбота Манди, конспирологический роман о девяти индийских мудрецах, каждый из которых хранит одну священную книгу. Автору невдомёк, что индийские жрецы ничего не записывали на бумаге (знания передавались в форме сутры от учителя к ученику, исключительно устно), поэтому таких книг не могло существовать в природе.
- «Осторожно, модерн!», «Полный модерн!» и снятый уже в нулевых сиквел «Осторожно, модерна!» с прапорщиком Задовым. А вот уже спин-офф «Осторожно, Задов!» к тропу не относится, ибо уже не торт, и эстетика уже другая — китч и гламур середины-конца нулевых.
- В частности, следует отметить выпуск «Wisp Peaks» ― как понятно из названия, это пародия на модный тогда «Твин Пикс» с рекламой батончика «Wispa» (именно благодаря которому герой-детектив раскрывает преступление).
- Беларусь отметилась серией телевизионных короткометражных фильмов про Кешку. Самым известным в интернете является «ужастик» «Кешка и Фреди» (с одним «д», да) 1992 года — пародия на «Кошмар на улице Вязов» про обычного школьника, который побеждает Фредди Крюгера, зачитав ему «Законы пионеров Советского Союза» (подобно тому, как нечисть обычно побеждают молитвой). Однако были ещё, например, «Кешка и маг», про то, как телесеанс местного Кашпировского случайно слишком сильно омолодил бабушку Кешки; «Кешка и гуманоид», про поиски инопланетян под Ждановичами; «Кешка и террористы», про угон самолёта; «Кешка и гангстеры», «Кешка и бизнес», «Кешка и спецназ» и так далее.
Телевидение
(link)
На ночь глядя.(link)
Тайны века.(link)
- «Ленин — гриб» же!
- «На ночь глядя» — телепередача РТР 1997 года (не путать с одноимённым ток-шоу!), пародирующая стилистику триллеров и хорроров. Пересказывать бесполезно, это надо видеть (см. видео справа).
- «Тайны века» — передача Александра Дугина и Юрия Воробьёвского про нацистский оккультизм, предшественница аналогичных программ на «РЕН ТВ» (см. видео справа).
- Предвыборный ролик 1995 года, где Дугин и Курёхин были одеты в костюмы египетских богов Тота и Анубиса (см. видео справа).
- Телепередача «Куклы» — практически сатирическое отражение происходивших тогда событий. Сейчас можно посмотреть и повспоминать события новейшей истории (а для кого-то зрелость/молодость/юность/детство).
- Украинские «Великі перегони» («Большая гонка») в конце девяностых — большой стёб над предстоящими выборами.
- Перекликающиеся с тропом Китч восьмидесятых заставки на советском перестроечном ТВ и на российском телевидении начала девяностых. Яркие кислотные цвета, «хайтековые» шрифты, низкополигональная компьютерная графика. Иногда вдобавок — резкие вспышки, которые приведут в восторг любого эпилептика. Примеры — заставка ТСН (телевизионной службы новостей) 1990—1991 годов, или заставка «Взгляда» тех же лет. Да и сама ТК «Останкино» часто отжигала, особенно хороша в этом плане заставка блока «Ночное ТВ» с какими-то жуткими фигурами, которые вырастают из земли и крутятся под зловещую музыку.
- Мультяшная видеозаставка к телепередаче «Доброе утро, страна», которую в 90-е вели Цекало и Лолита. В каких-то полминуты впихнули отсылки на десяток голливудских блокбастеров того времени типа «В осаде» и «Маска».
Мультфильмы и мультсериалы
(link)
(link)
- Дилогия Г. Тищенко про планету Геону. В качестве камео астронавты Сталлоне и Шварценнеггер.
- Попытки продолжить советские мультфильмы 1980-х. Особенно яркие примеры вышли с «Возвращение блудного попугая» и «Возвращение кота Леопольда». В сюжетах возникли бандиты, компьютерные игры и даже ужастики.
- Также встречается в 17 и 18 выпусках «Ну, погоди!», снятых уже в девяностые: в одном эпизоде Волк насмотрелся американских слэшеров, и ему приснился заяц-оборотень. В другом игрушечные роботы дерутся на лазерных мечах с явной стилизацией под поединок Люка Скайуокера и Дарта Вейдера.
- «Весёлая карусель»: некоторые выпуски из девяностых отличаются соответствующим стилем. Например, в выпуске «Девица Бигелоу, или жевательная история» показано много популярных тогда брендов жвачки: Love Is, Terminator, Boomer и др.
- «Новые Бременские».
- «Незнайка на Луне».
- «Капитан Пронин» — в наличии Джеймс Бонд, японские ниндзя, похожий на Дарта Вейдера инопланетный захватчик, Дон Корлеоне, шантажирующий американского президента своим терминатором, и неизвестно откуда взявшийся на российских просторах зловещий готический замок с вампиром-дантистом-наркоторговцем. Впрочем, это делалось больше для того, чтобы поприкалываться над явлением.
- «Возвращение кота Леопольда» ― пародийный мультсериал, созданный путём комбинирования переозвученных фрагментов из оригинального «Леопольда» и других советских мультфильмов с новыми материалами. По сюжету мафия собирается втянуть Леопольда в рекламный бизнес с помощью роковой красавицы Мурки, а спасает Леопольда… капитан Пронин!
- «Звериные войны» ― на далёкой планете две команды антропоморфных зверей устраивают футбольный матч. Куча пародий на (естественно) «Звёздные войны», на спортивные телетрансляции, на американские мультфильмы и мультсериалы девяностых, и на что только не.
- «Русские сатирические сказки», более известные как «Вертепъ» (1991—1993) — цикл коротких экранизаций русских народных сказок, но при этом в стилистике «Братьев Пилотов» и с многочисленными пародиями на отечественный быт. Например, уже в первой серии персонажи ходят на фоне перестроечных развалин с абсурдными советскими лозунгами и граффити.
- «Леато и Феофан: Партия в покер» (1992) — этакая пародия на детективы и готику. В некой европейской стране детектив Леато (немного похож на Холмса) и его огромный говорящий кот Феофан (совершенно не похож на Ватсона, так как разгадывает все сам) ведут расследование в мрачном замке. Несмотря на, в общем, невинный характер, в серии немало жути (гром и молния, криповая музыка, кучер-вампир, кастелян-людоед и т. д.). По детским меркам почти хоррор, да и детективная интрига есть. У русско-французской студии были широкие планы на продолжения, но они не осуществились. Точнее, потом она таки выпустила мультсериал «Иван и Митрофан», но там из общего только концепция, и это уже совсем для малышей. Также оригинальный мультфильм долгое время был не доступен, лишь в 2016-м он был выложен на ютуб.
- «Команда Диг» (1994) ― украинский мультсериал про команду героев-собак в довольно эклектичной Америке, сочетающей реалии девяностых (например, торговую марку Sony) с реалиями эпохи нуара типа гангстеров и кабаре. Собственно, сериал делался на экспорт во Францию. За исключением детского характера и персонажей-зверей — полноценный аналог голливудских боевиков с экшном и стрельбой.
- «Непобедимые тойстеры» (1992) — подозрительное похожий мультфильм, вплоть до того, что сюжет идентичен первому эпизоду «Команды Диг»: злобный владелец парка аттракционов с подземной супертехнологичной базой — против затерявшегося в парке ребенка. Мультфильм тоже делался на экспорт и потому есть в сети только с русской озвучкой поверх английской. Создавался «Студией 13», которая работала над последними эпизодами «Ну, погоди», поэтому в мультике аналогичные звуковые эффекты и цвета.
- Не менее похожий мультфильм той же студии «Жираф-шериф» (1991). Молоденький Жираф из клюквенной Америки воюет с вором-мышом почему-то в русском Автовазбанке. Угадайте спонсора мультика… Озвучки на сей раз нет вообще.
- «Новые Русские» (Звери) или «Международный День Игрушки» (1994) — последнее творение «Студии 13», теперь на деньги Аэрофлота и ради рекламы компании игрушек. Начинается как съезд отечественных и западных мультперсонажей, от Веселых Человечков до Черепашек-Ниндзя. Но вместо развития темы ходячая картофелина, шахтер, птеродактиль и кошечка Китти без носа и усов — сражаются с металлюгой-рокером Майклом Мэтлом (нестрашный подросток в клюквенном рокерском шмотье). Тот делает из переботанных на конвейере игрушек армию пауков и скелетов. Совершенно шизофреническое действие подсвечивает закадровый рассказчик, который постоянно отпускает шутки на политические темы.
- «Медвежья спасательная служба» (1997) — четырехсерийный российско-британский мультсериал. Особенно ярко виден троп в последней серии с пародированием «Звездных войн» и котом-Дартом Вейдером.
- «Слондайк» (1999—2004) — мультфильм из трех серий, пародия-фарс на мексиканские вестерны с персонажами-слонами. Сабжа поменьше обычного, но есть журнал «Слонбой», пародия на Мэрилин Монро, пародийная озвучка на псевдоиспанском с пародийными же титрами, отсылающая к тогдашним переводам и т. д.
- Серия мультфильмов «Буратилло» от студии «Муха», выходивших на MTV, выжимает педаль в пол. Узнаваемые персонажи с русско-советским колоритом, нарисованные в стиле анимации «под Запад», вампиры и множество пародий на современные российские реалии.
- «Десять лет, которые потрясли нас» (название дезинформирующее, в мультфильме речь о событиях двадцати лет, а делалось, надо полагать, как отсылка к «10 дней, которые потрясли мир») — аналогично. Попаданчество Хрюна и Степана на 20 лет назад. Начались приключения кролика и кабана с похорон Л. И. Брежнева, затем последовало «соседство» с Ю. В. Андроповым, К. У. Черненко и т. д. Завершается, естественно, 1990-ми. Шоу делали примерно те же люди, что и передачи «Куклы» и «Тушите свет».
- «Братья пилоты снимают клип для MTV» — клип, естественно, на английском языке, тут и пародии на заставки киностудий, и герои различных западных мультфильмов, появляющиеся на секунду-другую, и главное — вездесущий логотип спонсора.
- Короли Бензоколонки от Олега Корастелёва (того самого, который впоследствии работал над играми про Братьев Пилотов!)
- «Клиника» 1993 года от украинского аниматора Александра Бубнова[5] (см. видео) — психоделический хоррор в духе «Лестницы Иакова». Главному герою снятся ночные кошмары, в которых его преследуют жуткие врачи из клиники: стоматолог-лангольер, медсестра-вампирша из пункта сдачи крови и др. Есть аллюзии на Карла Юнга и пародия на гоголевского «Вия», когда толпа врачей приглашает робота-рентгенолога, который просит поднять ему веки, чтобы найти главного героя.
- Не менее психоделичная экранизация стишков-садюшек от «Маски-шоу» 1995 года (также см. видео).
- «Соната» (1993) Владимира Самсонова — на более серьёзной ноте. Мрачно-абсурдистская короткометражка с визуальными отсылками к декадансу и началу XX века.
- «Хорошо забытое старое» (2003!). Сеттинг — легкий дизельпанк 1920-х. Грубоватая рисовка сделана как будто в начале 90-х, а фабула про увеличивающихся насекомых пародирует «Роковые яйца» и «Звездный десант» одновременно. Профессор Персиков изобрел увеличивающие лучи, и начинается борьба за них с немецким шпионом, говорящим: «Хайль!». Куча внезапных камео и пародий: инженер Лось из «Аэлиты», инженер Гарин, Дракула, комиссар, похожий на Сталина, доктор Джекилл, Франкенштейн, Фантомас и т. д. Между прочим, автор фильма не последний мультипликатор в СССР Ефим Гамбург, автор «Шпионские страсти» и «Ограбление по…».
- Психоделические мультфильмы Ивана Максимова.
- В похожем ключе сделан «Незнайка и Баррабасс» (2004), хотя и без конкретных пародий, но со стимпанком!
- И «Муттабар» (2005). Типичная русская сказка про принцессу, где герои сталкиваются с пришельцем из космоса, царем Патогеном и пародиями на кинозвезд. Мастер Фу Жек Качан против барона Шкварконигеро! Сумбурный неинтересный сюжет и куча заимствований и пародий откуда только можно.
Комиксы
- «Орда» Игоря Баранько: вышла уже в 2004, но по стилю — самое оно, в духе Пелевина и Сорокина. Диктатор России Иван Апельсинов, установивший православно-коммунистический режим и мечтающий пробудить дух Чингисхана (пародия на Эдуарда Лимонова и его соратников, увлекавшихся «евразийством» и идеями Унгерна-Штернберга). Ленин как воплощение египетского бога Осириса, летающий на инопланетном корабле. Клоны Авраама Линкольна и Исаака Ньютона.
- Комикс «Ну, погоди!» по мотивам одноимённого мультфильма. Волк-Индиана Джонс в поисках хрустального зайца, Спайдерволк против Зайца-Дракулы и Зайца-Киборга, и так далее.
- Все комиксы издательства «Велес-ВА», уничтоженного в результате пожара. Как вам «Нинзя-черепашки и Русский Мишка», в которых Мишка вооружен балалайкой-трансформером, которая превращается в автомат (подозрительно похожий на израильский Галиль)? Или русский Иван из сказок, который косплеит Конана-варвара? Или «Красная кровь» про приключения десантника в Афгане а-ля «Рэмбо-2»?
- «Мыши знают всё» по мотивам повести Виталия Злотникова. Пытаются изобразить США так, как они представлены в боевиках 80-х и «крутых детективах». Всего вышло пять комиксов: «Мыши знают всё!», «Похищение века», «Смерть на ринге», «Тайна синей лягушки» и «Мышонок Ричард против инопланетян».
Веб-комиксы
- «Сталин против Гитлера» Алексея Липатова ― пародия на штампы про нацистский оккультизм и советскую магию.
Видеоигры
- Абсолютное большинство российских квестов; проще было бы перечислить те, где она не встречается. Собственно, само понятие «русский квест» означает не квест, сделанный в России, а квест, сделанный в такой стилистике.
- «Петька и Василий Иванович» — смешение реалий Гражданской войны и анекдотов про Петьку с Василием Ивановичем со множественными аллюзиями на западную культуру. Здесь вам и Чапай, ставший Терминатором (а в одной части и вампиром), и Анка-пулемётчица в роли агента ФБР Анны Мали, и поп из песни «У попа была собака», ставший маньяком и сатанистом, и продавщица из советского магазина, наряженная под гадалку вуду из Monkey Island, и спившийся и бомжующий Дункан МакЛауд, распродающий семейные реликвии за бутылку шотландского виски, и пациент в дурдоме, изображающий Спайдермена, и троица украинцев-эмигрантов в Америке, одновременно напоминающих Тура, Око и Грая и украинских мафиози из фильма «Брат-2». Плюс характерные для девяностых фантастические и эзотерические (инопланетяне, кришнаит, тот самый поп-сатанист), а также декадентские мотивы (атмосфера загнивающей аристократии в белогвардейском борделе: негры-официанты, пальмы, вычурные скульптурные композиции в стиле модерн, опиумный притон). Пятая часть «Петька 5: Конец игры», вышедшая уже в 2004, вообще построена на жирных отсылках к роману Пелевина «Чапаев и Пустота», а в седьмой игре «Петька 7: Золото партии» сюжет вообще буквально выстроен по лекалу седьмой игры про Ларри «Leisure Suit Larry 7: Love for Sail», только в советском антураже (действие происходит на крейсере «Очаков»).
- «ГЭГ: Отвязное приключение» — про секретного агента, борющегося с неким Тёмным Братством и злодейкой-колдуньей, обитающей в готическом замке вместе с мужем-алкоголиком. Пародия на западные эротические триллеры, ужастики и игры типа DOOM и Myst в сочетании с характерными отсылками на советскую и постсоветскую культуру.
- «Приключения Гарри: Улики под нижним бельём» — отечественный «эротический квест», убогое подражание «Leisure Suit Larry» с налётом мистического детектива. Действие происходит в загадочном отеле «Магриб», постояльцев которого периодически находят в окрестных лесах в неадекватном состоянии, и единственное, что они могут вспомнить — это некий «Магрибский зуд». Герой-спецагент, «по совпадению» внешне весьма похожий на Ларри, берётся расследовать это дело и встречает в отеле трёх красивых девушек ― буфетчицу Сладкий Пончик, доктора Живаго и садистку Еву Браун. Место действия явно стилизовано «под Запад», при этом куча отсылок к отечественной культуре.
- «Арчи Баррел. Дело: Отель Империал» ― аналогично. Пародия на детективы, эротические триллеры и голливудский сотонизм, про типичного частного детектива в плаще и шляпе, который расследует деятельность сатанинской секты в том самом отеле «Империал» и попутно соблазняет красоток. В наличии даже отсылки на Булгакова: в частности, вызванный героем демон прямо цитирует Воланда, что «рукописи не горят».
- «Штырлиц» — абсурдистский трэш-пародия на «Семнадцать мгновений весны» (вернее, на анекдоты о Штирлице), где ШтЫрлиц в ходе выполнения заданий сталкивается с вампирами, персонажами русских сказок, Фредди Крюгером, Биллом Гейтсом, Фантомасом, агентами из Матрицы и др. Даже антураж выжимает педаль в пол: узнаваемые постсоветские реалии (алкоголики, детские песочницы с «грибками», гламурные клубы) сочетаются с архитектурой нацистской Германии и джунглями Южной Америки, из-за чего не всегда понятно, где происходит действие.
- «Братья Пилоты» ― по мотивам шедевра советской анимации с игровыми механиками в духе французской «Gobliins» (играем за двух героев, каждый из которых может делать что-то своё). А вторая игра «Дело о серийном маньяке» ― и вовсе откровенная пародия на популярный тогда жанр «маньячных» триллеров (от «Молчания ягнят» и далее). Безумный повар-экспериментатор Сумо похищает кота братьев, Мышьяка, чтобы сварить из него суп с котом (при этом Сумо и сам антропоморфный кот ― так что он, по сути, каннибал). В числе локаций братья посещают типичную советскую столовку, где Сумо подаёт им блюда из мышатины (куда там доктору Лектеру с его изысканными светскими приёмами!), и самый настоящий замок, где Сумо и заточил Мышьяка. При этом в качестве параллельной сюжетной линии нам показывают Мышьяка, который спит в клетке и видит во сне, как он то вызывает помощь по рации, а то вообще обезоруживает Сумо и сбегает ― это тоже пародия на штампы триллеров, когда параллельно с расследованием зрителю показывают, как жертва пытается сбежать от маньяка.
- В более поздних играх серии «Братья Пилоты 3D», выходивших уже в начале нулевых, сюжет понесло в сторону тоже характерной для этого стиля эзотерики и конспирологии: загадочный Человек в Чёрном, какие-то египетские секты… Фанаты в большинстве своём не оценили.
- «Восьмое путешествие Синдбада: Проклятие Карамогула» ― а это уже попытка в российский «King’s Quest VII» или «Torin’s Passage». Тут на минималках, потому что атмосфера восточной сказки выдержана достаточно целостно ― но всё же в этот сеттинг с джиннами и коврами-самолётами каким-то ветром занесло славянского лешего и даже монстра-робота!
- «Агент: Особое задание» ― агент спецслужб Константин Громов прибывает в приморский провинциальный городок, чтобы расследовать исчезновение местного криминального авторитета. Сам сюжет ― типичный постсоветский детектив с бандитскими разборками, но вот сеттинг… Готические ангелы, сфинксы, пальмы, жуткий парк аттракционов и явные отсылки к эстетике декаданса и Серебряного века (педаль в пол выжимает антураж театра «Мёртвая балерина», где базируется одна из преступных группировок).
- «Мама не горюй» ― аналогично: в целом реалистичный детектив про бандитские разборки и убийство мэра, но одна из локаций, городской Дом культуры, имеет явно сюреалистично-декадентский оттенок, с жуткими фигурками Буратин и Мальвин.
- «Провинциальный игрок» — крутой парень Арт Билли с внешностью Брюса Уиллиса попадает в российский провинциальный городок Козюльск, чтобы победить в местном чемпионате по бильярду. Откровенно имитируется стилистика западных триллеров, нуаров и хорроров: местные персонажи с внешностью голливудских знаменитостей, роковая красотка, похожая на Шэрон Стоун, мафия и закрытый клуб мутантов на заброшенном заводе, выглядящем как типичная криповая постсоветская заброшка (при этом у главного мутанта внешность Гэри Олдмана из «Дракулы» 1992 года).
- «Капитан Пронин: Один против всех» — по факту книга-игра, только в компьютере. В наличии зловещие шаолиньские монахи, ниндзя, Ку-Клукс-Клан, одноглазый частный детектив в федоре, и даже знаменитые российские учёные вроде Менделеева, Лобачевского и Софьи Ковалевской, заделавшиеся бандитами и объединившиеся в банду «Белая мышь» под руководством Горбатого (помимо прочего, вероятно, ещё и ехидная отсылка на реалии эпохи, когда люди науки действительно выживали как могли).
- «Вовочка и Петечка» ― приключения двух юных хулиганов в реалиях России девяностых ― начала нулевых (в наличии характерные типажи вроде «новых русских» и др.), плюс откровенно сюрреалистические элементы вроде робота-учителя математики и цветка-людоеда. Плюс обрамляющие всю игру чёрные стишки-«садюшки».
- «Страшилки: Шестое чувство» — аналогично: сам сюжет игры основан на чёрном стишке («Девочка шла домой через парк ― В кустиках ждал её лысый маньяк ― Меткий удар сапёрной лопаткой ― Забудет маньяк про дурные повадки»), и главная героиня, вооружённая сапёрной лопаткой девочка по имени Шиза, всю игру вспоминает такие стишки. В наличии узнаваемые постсоветские реалии (дворники, наркоманы, алкаши, мафия) в сочетании с мистическими и конспирологическими элементами (жуткий призрак, частный детектив в чёрном плаще и шляпе, японский ниндзя, зловещая псевдомасонская организация «Весёлые Мебельщики» в масках клоунов). А последняя часть игры, где действие происходит в мозгу Главгада, стилизованном под Ад, вообще представляет собой один сплошной оммаж западным мультяшным квестам девяностых типа тех же «King's Quest VII» и «Torin's Passage» (но при этом с характерными отсылками к отечественной культуре, вроде вороны из басни Крылова).
- «Недетские сказки» ― про простого современного парня Ивана, попавшего в клюквенный мир русских народных сказок. Особенно колоритная деталь: та часть мира, где живут персонажи западных и переводных сказок (Папа Карло, Мальвина, Карлсон) ― это нечто вроде аномальной зоны, куда пропускают только мутантов, и вход туда закрыт шлагбаумом, который охраняет типичная щупочешуйчатая чучундра.
- «Приключения поручика Ржевского» — сюрреалистическая смесь клюквенной дореволюционной России (с гусарами, балами, декадентскими клубами) с современными реалиями, историческими и литературными персонажами (Казанова, Жорж Санд, капитан Немо), детективом и мистикой.
- «Чёрный Оазис» ― а вот здесь необычно. В самой игре этого стиля не так уж много (создатели хотели сделать серьёзный триллер про маньяка, поэтому игра получилась существенно более приземлённой, чем большинство русских квестов). Но вот одноимённый роман-приквел и вышедший в 2025 авторский римейк выжимают педаль в пол: в сюжете появились египетские культы, нацистский оккультизм, маньяк, помешанный на русалках и носящий футболку с мультяшной русалкой, и чего только не.
- «Ядерный титбит» — жуткий трэш про приключения парня по имени Антон Творог в компании (весьма хорошо анимированного) зелёного Чеширского Кота (ставшего результатом употребления Антоном веществ). Парень странствует по трущобам и подворотням Питера и встречается с типичными тамошними обитателями (типа местных гопников), а также с Родионом Раскольниковым, роботами, пришельцами и в конце попадает в загробный мир и встречается с Богом. В наличии даже отсылки на Серебряный век: одна из песен из саундтрека написана на стихотворение Константина Бальмонта «Меж подводных стеблей». «Через грязь к высоким смыслам» — вообще сквозной мотив русской культуры ещё с Достоевского, который обрёл новое звучание в девяностые. Собственно, автор сценария — великий и ужасный Даня Шеповалов, который, будучи контркультурным журналистом, изрядно наследил в предмете статьи.
- «Иван Ложкин: Цена свободы» — отечественная пародия на «Space Quest» про похождения русского космического кадета (для тех, кто не понял: главного героя Space Quest звали Роджер Вилко). Что характерно, одним из сценаристов игры был не кто иной как Юрий Нестеренко. А ещё в этой игре можно побывать в баре «Lefty’s» из «Leisure Suit Larry».
- «Шерлок Холмс: Возвращение Мориарти» — игра явно делалась не по произведениям Конан-Дойла, а по фильмам Игоря Масленникова, и создатели стремились воспроизвести ту самую любимую советскими зрителями атмосферу «уютной старой Англии» (тут вам и герои, которых озвучивают Ливанов и Соломин, и саундтрек из классических композиций Брамса и Антонина Дворжака). Но при этом в сюжете появляются культы вуду, лавкрафтовский Некрономикон, а главным антагонистом выступает Мориарти, вернувшийся с того света в виде зомби. А вторая глава игры вообще представляет собой фанфик на «Ночь в тоскливом октябре» Желязны: в ней фигурирует Джек (оказавшийся тем самым Джеком-Потрошителем) и его пёс Нюх, и даже человек-волк Ларри Тальбот.
- «Девять принцев Амбера» ― а это уже непосредственно игроизация Желязны от компании «Сатурн-плюс» (которая тогда ещё называлась просто «Сатурн»).
- «ФотоОхота» (2002) Николая Сорокина ― пародийный детектив про расследование убийства, где герои носят имена и обличье персонажей Quake III. Позднее была переиздана как коммерческая игра «По следам убийцы» уже без Quake-реминисценций.
- «Репортаж» того же Николая Сорокина ― французский репортёр Жак Бузье отправляется в Монте-Карло делать репортаж про автогонки и попутно раскрывает аж два преступления. Тут вам и пламенный привет любимым в девяностые детективам Себастьяна Жапризо, и белоэмигрантские корни главного героя, и программистский юмор с намёками на Фидо, и та же самая ворона из басни Крылова, поющая «Non, je ne regrette rien», и даже пасхалка с отсылкой к шестому «Leisure Suit Larry»: заглянув в соседний гостиничный номер, герой видит там Ларри Лаффера и его номер в гостинице La Costa Lotta. Игра вышла в 2004, когда сабжевая эстетика уже начинала приедаться, поэтому, в отличие от «ФотоОхоты», была встречена критиками прохладно.
- «Три богатыря, или Очень страшная сказка» ― приключения трёх легендарных богатырей: Ильи Муромца, Добрыни Никитича и Алёши Поповича. По пути им встречается и Кощей Бессмертный, похожий на скелетов из Grim Fandango, и Дьябло, и Гарри Поттер, который собрался утопиться, привязав на шею философский камень, и даже те самые Петька и Василий Иванович!
- «Полная труба» ― мозговыносящая игра от вышеупомянутого мультипликатора Ивана Максимова.
- «Бумеранг» — квест про простого русского бандита по кличке Банан, столкнувшегося с заговорами, культами вуду и нацистской нежитью. Куча аллюзий на «Убить Билла», «Город грехов», отечественный «Бумер» (вместо чёрного Бумера в игре жёлтый Запорожец) и др. Выпущен аж в 2006, поэтому критики уже не заценили.
- Новая волна дряни под названиями типа «Руля и Сева» про двух наркоманов, разыскивающих угнанную панцирную кровать.
- Warcraft:
- «Warcraft Adventures: Lord of the Clans» — необычный пример. Игру делала американская студия совместно с российской, поэтому характерная западная эстетика того времени сочетается с типичными фишками советской школы анимации а-ля «Союзмультфильм» (чего стоит хотя бы дракон Смертокрыл, который в этой игре курит кальян аки Гусеница из «Алисы») и отчасти ― с «руссоквестовскими» юмором и логикой в стиле «Петек» (и более того, часть материалов этой игры впоследствии перекочевала во второго «Петьку»!). Также по вайбу игра во многом напоминает вышеупомянутое «Восьмое путешествие Синдбада». К сожалению, проект был отменён, но предрелизная версия игры есть на торрентах (есть даже и русский перевод!)
- Русский пиратский перевод WarCraft II: актёр, читающий брифинги за Альянс, косит под Володарского.
- WarCraft 2000 — инопланетяне и ядерное оружие в фэнтези! Плюс куча приколов и отсылок к тогдашней современности в озвучке. Эльфы со стереотипно гейскими голосами, рыцари, говорящие голосом Ельцина с характерным «понимаешь».
- Чешский аналог «Петьки и ВИЧ» — серия квестов Polda, сначала про полисмена, а потом частного детектива Панкраца (Панкрата, говоря по-русски). Кстати, в одной из игр серии ему удалось посоперничать с коммунистами. Подробнее здесь.
- King’s Bounty 2 ― фанатское продолжение King’s Bounty от харьковского программиста Сергея Прокофьева. Сеттинг ― стандартный средневековый, но с русскими и украинскими топонимами; среди юнитов, кроме стандартных средневековых рыцарей-драконов-эльфов, есть также выходцы из славянского эпоса (витязи и лешие), плюс откровенно мультяшные персонажи (туземцы, каннибалы, гориллы, динозавры).
- «Postal 2: Штопор жжот» — отечественный аддон к серии игр Postal про героя по имени Штопор (с внешностью Чувака из второго Postal), который, проснувшись, понимает, что ему, кхм, сменили пол — и решает разыскать того нехорошего человека, который это сделал. В наличии Postal-образный геймплей в постсоветском антураже, куча гэгов и пародий, и Усама бен Ладен в роли главного злодея.
- «Чико из Пуэрто-Рико» — это уже не квест, а аркада, но вся атрибутика в наличии. Действие происходит как бы в Пуэрто-Рико, при этом штампы приключенческих сюжетов и латиноамериканских сериалов (главный герой, нарядившийся под Зорро и спасающий свою возлюбленную от мафиозного дона) сочетаются с постсоветскими реалиями. Особенно забавная деталь: в роли врагов на уровнях выступают негры-баскетболисты и мексиканцы в сомбреро, а в качестве «жизней» герой собирает зелёные пакеты с кефиром наподобие тех, что продавались в российских супермаркетах.
- Дилогия «Граф Дуракула» ― гоблинский перевод двух первых частей Dragon’s Lair. И оригинальные-то игры были достаточно психоделичны (там вам и мир «Алисы в Стране Чудес», и древний Египет, и Эдемский сад), а в переводе вообще превратились в стопроцентный сабж, чего только стоит саундтрек из хитов тогдашней эстрады вроде «Зеленоглазого такси», Глюк’oZы, Бориса Моисеева, песни из фильма «Эммануэль», и песен из советских фильмов и мультфильмов.
- На более серьёзной ноте Мор (Утопия). В наличии: постмодернизм (с играми в разные жанры и виды искусства, многочисленными стилизациями, отсылками и прямыми цитатами, и изучением отношений автора, текста и читателя); неопределённо-анахроничный сеттинг с уклоном в предреволюционную провинциальную Россию (и немного постсоветскую действительность), с эстетикой декаданса, лавкрафтовщиной, сюром, мистикой и солипсизмом; и такие характерные темы как религиозное возрождение, национальные отношения, конфликт архаики и модерна, и вообще выбор обществом исторического пути после кризиса, вызванного последствиями некоторого великого эксперимента.
Настольные игры
- «Заколдованная страна» — настольная игра, вышедшая в 1990 году ещё до распада СССР и бума переводного фэнтези в жанре «меча и магии», считающаяся иногда первой официально изданной русскоязычной ролевой игрой. Помимо вдохновлённости англо-американским приключенческим фэнтези, игру предметом тропа делало весьма эклектичное оформление: иллюстрации монстров, помимо образов в духе Вальехо и Ройо, включали и физиологически отвратительных инсектоидов, словно вышедших с «Классификатора пришельцев» Петухова, и перерисованных под фэнтезийных чудовищ комиксовых злодеев, и зловещую нечисть, и… динозавров, картинки с которыми были, вероятно, заимствованы из какой-то научно-популярной книги для изображений драконов. Пожалуй, можно отметить и интерес к ужасам: многие из столкновений в замках сочетают нагнетание жути с откровенным чёрноюмористическим издевательством над игроками.
Музыка
(link)
Квинтэссенция эстетики: концерт группы «Поп-механика» в Питере 1995 года.(link)
Их же концерт в Хельсинки в том же году.- Сергей Курёхин, просто Сергей Курёхин (и его группа «Поп-механика»). Особенно выделяются два их последних концерта в Хельсинки и в Питере в 1995: дама в декадентской полумаске, томно поющая «Здесь солдаты умирали, заслоняя сердцем нас»; сам Курёхин, исполняющий песню «Постой, паровоз» под аккомпанемент гитариста в колпаке Ку-клукс-клана; египетские костюмы в духе мистерий Алистера Кроули ― это всё оно. Концерт в Питере даже носил номер 418, что тоже отсылало к Кроули, и в нём участвовали Эдуард Лимонов и Александр Дугин, зачитывавший отрывки из «Книги Хет»!
- Да и другие концерты «Поп-механики»: очевидцы вспоминают, например, о плясавших по роялю заводных пластмассовых цыплятах.
- Клипы в стилистике эпохи НЭПа:
- «Монгол Шуудан», клип на песню «Москва» на стихи Есенина.
- «Ноль», клип на песню «Иду, курю». Между прочим, снимали его на деньги одиозной пирамиды МММ.
- «АукцЫон», «Нэпман» ― здесь и текст целиком про это.
- И вообще, творчество «АукцЫона» этого периода, в особенности альбом «Чайник вина» (1992) с декадентско-мистическими мотивами.
- Группа «НОМ», всё творчество которой ― фактически реинкарнация ОБЭРИУ, в частности, Даниила Хармса.
- «Доктор Александров»:
- «Стоп Наркотикс» — грустная история про наркомана, исполненная на псевдоиспанском языке (с вкраплением псевдо- английского и немецкого) в эстетике популярных тогда мексиканских сериалов. Причём «переводит с испанского» очень характерный закадровый голос «с прищепкой на носу» а-ля Володарский.
- «Анатом» — маньяк-каннибал поёт про то, как он расчленил девушку, на мотив песни папы Карло из советского фильма о том, как он делал Буратино ― а убитая девушка комментирует всё это на японском (пародирует тогдашнюю моду на трэшовые ужастики и аниме, на всяких там Ганнибалов Лектеров и тому подобное).
- «Иван Кайф», клип на песню «Штирлиц» в характерном кабареточно-декадентском стиле.
- Ряд клипов в популярном тогда стиле «живые актёры с мультяшками», в духе «Кто подставил Кролика Роджера?»: «Человек и кошка» (группа «Ноль»), тот же «Стоп Наркотикс» («Доктор Александров»), «Маленькая страна» (Наташа Королёва), «Не сегодня» (Анжелика Варум), «Зайка моя», «Милая», «Медсестра» и «Наивная» (Филипп Киркоров), «Я на тебе никогда не женюсь» (Аркадий Укупник), «Я хорошая» («Стрелки», ещё и с отсылками на «Пятый элемент» и «Звёздные войны»).
- «Бизнесмен» — в клипе исполняющий песню Михаил Боярский выглядит как завсегдатай «Голубой Устрицы», а сама песня стилизована одновременно под попсу, дискотечную песню и блатняк, и содержит не мало разных отсылок, да и вообще является пародией как на тогдашние песни, так и на бытовавшие тогда реалии.
- Агата Кристи:
- «Сказочная тайга» ― мелодия песни и клип явным образом отсылают к фильму «Иван Васильевич меняет профессию», а в тексте используются строчки из русского дореволюционного романса «Когда я на почте служил ямщиком» и советской военной песни «Дорога на Берлин». При этом там же в тексте упоминается Сатана, чёрные сказки, розовый снег и прочие детали в духе психоделического хоррора.
- «Декаданс» ― как понятно из названия, пародирует модную тогда стилистику декаданса:
| « |
О, декаданс, случайные встречи, Стол, преферанс, горящие свечи, На патефон надета пластинка, Гои сидят и слушают… Стинга |
» |
- «Опиум для никого» ― ещё одна песня с декадентскими мотивами.
- Борис Гребенщиков и группа «Аквариум». Первая инкарнация группы относится к контркультуре эпохи застоя, вторая ― уже сюда. Гребенщиков даже лично снялся в роли одного из двух главных героев в вышеупомянутых «Двух капитанах 2» (наряду с Курёхиным), и песни «Аквариума» в фильме тоже звучат.
- «Наутилус Помпилиус» ― больше ассоциируются с восьмидесятыми и с перестройкой, но попадают и на девяностые:
- «К Элоизе» ― песня в эстетике декаданса и хорроров, на которую Бутусов даже хотел снять клип-пластилиновый мультфильм «в духе Эйзенштейна» в соавторстве с Сергеем Курёхиным. Для пущей декадентности, в качестве гостя на записи с ругательствами на немецком планировался Глеб Самойлов, но, по словам Бутусова, Глеб в необходимый момент оказался не в настроении и запись не состоялась.
- «Гибралтар-Лабрадор» ― написано на абсурдистские стихи Анатолия «Джорджа» Гуницкого в стиле ОБЭРИУ.
- «Нежный вампир» в исполнении с Борисом Гребенщиковым. Имеет готический клип и отсылки к времени: «Подруги твои нюхают клей», «В этой стране, вязкой как грязь…» и т. п.
- Альбом «Звёздный падл» на стихи вышеупомянутого Евгения Головина, записанный тем же Вячеславом Бутусовым из «Наутилуса» уже в 2001.
- Не поверите, но вышеупомянутый Дугин ещё в восьмидесятые исполнял песни оккультно-декадентского содержания под псевдонимом «Ганс Зиверс» (псевдоним взят в честь писателя-декадента Ганса Эверса и генерального секретаря Аненербе Вольфрама Зиверса). Тексты у них были, например, вот такие:
| « |
Тебя ждет старинный текст Тебя ждет песочный кекс Тебя ждет волшебный секс С овчаркой по кличке Рекс Тебя ждет твоя вуаль Тебя ждет ta ville natale Тебя ждет Святой Грааль В салоне Paulette Duval. |
» |
- Дюна, клип на песню «Про Васю» — простой русский парень Вася одной левой побеждает разных фантастических врагов, включая неформалов-бандитов, средневековых рыцарей, мамонтов, динозавров, инопланетян, Дарта Вейдера и саму Смерть. Клип открывается надписью «Долгопрудфилмс Пикчерс представляет», что тоже отсылает к штампам голливудских боевиков.
- «Я обиделась» от дуэта «Академия» ― тоже мультяшный клип, да ещё и с кучей отсылок на тогдашнюю поп-культуру, включая «Маску», «Аладдина» и «Короля-Льва».
- Клип на песню «Полтергейст» от группы «Унесённые Ветром» ― тоже в готически-декадентской эстетике, но не в серьёзном ключе (как тот же «Господин оформитель»), а в китчево-пародийном.
- «Хару Мамбуру» от «Ногу свело!»! Классика, эталон, хранить вечно.
- Коррозия Металла дичайше котирует данный стиль например. Тащемта, альбомы «золотой состава» 1990-х гарантируют адский чад кутежа с Гитлером, вампирами на танках и всевозможных садистов-некрофилов-содомитов, угнавших поезд.
- «Красная плесень» ― китчевые отсылки на западную культуру (сюжеты типа «Иван-Царевич против Дарта Вейдера и Чужого») в сочетании с пародиями на реалии и персоналий эпохи (Жириновского, Леонида Володарского), плюс целый альбом, посвящённый стишкам-садюшкам («Маленький мальчик и другие пионерские куплеты»).
- «Нож для фрау Мюллер» (она же Messer Chups) — обыгрывания саундтреков из советских фильмов (и фильмов из стран соцлагеря) типа «Острова невезения» из «Бриллиантовой руки» или «Айболита-66» в стиле лаунж и электронной музыки.
- «КооперативништяК» ― группа из Тюмени с названиями песен типа «Блаватская», «Телема» и «Музыка для одиноких нацисток», плюс арты на альбомах в оккультно-декадентском стиле (и даже с отсылками к русскому авангарду). Есть даже целый альбом каверов на песни Дугина под названием «Кровавый навет Ганса Зиверса»!
- «Система Безопасности» — музыкальная группа тоже из Сибири. В числе их творчества того периода есть, например, песня под названием «С Рождеством, Алистер Кроули».
- Ещё одна культовая фигура эпохи — Александр Лаэртский. Одна из его песен даже называется «Общество Туле».
- Анжей Захарищев фон Брауш и его группа «Оберманекен» ― концентрированная эстетика декаданса и шпионских триллеров.
- Группа «Банда четырёх» и её лидер Илья «Сантим» Малашенков, состоявший в той самой НБП. Своим основным источником вдохновения Малашенков называл как раз трилогию «The Illuminatus!» Роберта Антона Уилсона.
- Борис Усов и его группа «Соломенные еноты». Как яркий пример ― песня «Як-истребитель», перепевка одноимённой песни Владимира Высоцкого с упоминанием Харуки Мураками и Алукарда из Hellsing. А текст другой песни под названием «Нацистский лозунг» явно отсылает к НБП и к «Банде четырёх». Собственно, «Енотов» вместе с «Бандой» относят к музыкальному направлению под названием «формейшен»: в частности, ему посвящена книга Феликса Сандалова «Формейшен. История одной сцены».
- Группа «Зазеркалье» из Ростова-на-Дону и её лидер Олег Гапонов ― тоже бывший лимоновец.
- Ещё один НБПшник ― Александр Непомнящий.
Интернет-проекты
- Vniz.net (сейчас восстановлен по адресам Zachem.ne.jp и Ache667.angelfire.com) — вебсайт Андрея Чернова, одного из создателей Рунета и деятеля контркультуры. Содержит подборку разного рода мозговыносящего контента, от заклинаний Алистера Кроули до творчества художников-декадентов.
- Отдельного упоминания заслуживает проект «Робот Сергей Дацюк» (РоСД) — программа-генератор шизофазических псевдофилософских текстов, и по совместительству пародийная религия в духе пастафарианства и дискордианства, в юмористическом ключе обыгрывающая модную в тогдашнем андерграунде оккультно-советско-фашистскую эстетику (чего только стоят термины вроде «национал-суккубизм» и графическая эмблема в декадентском духе с изображением двух ключей и венецианской маски).
- Сетевой журнал «:LENIN:» вышеупомянутого Михаила Вербицкого.
- «Арктогея» Александра Дугина.
- «Туле-Сарматия» и «Мезоевразия» ― украинский аналог дугинской «Арктогеи», проект вышеупомянутого Олега Гуцуляка и его «коллег» из «Станиславского феномена». Если в основе «Арктогеи» лежат идеи русских евразийцев вроде Петра Савицкого и Льва Гумилёва, то «Туле-Сарматия/Мезоевразия» опирается на идеи польско-украинского сарматизма (как и в дугинском случае, густо разбавленные постмодернизмом и идеологией западных ультраправых типа Юлиуса Эволы и Мигеля Серрано). На сайте «Туле-Сарматии» есть даже целый раздел в характерном ктулхустанском стиле.
- Here.ru — сайт Вадима Эпштейна, посвящённый психоделике. Прекратил существование ещё в конце 2001, но архивы доступны на Wayback.
- Mindless Art Group — существовавшая в девяностые арт-группа. Их произведения стилизованы под творчество душевнобольных, при этом в рассказах можно усмотреть и отсылки к СССР и ГУЛагу, и пародии на триллеры-хорроры-детективы. А стихотворения вообще послужили источником вдохновения для так называемых «Пирожков» и «Порошков» — абсурдистских четверостиший, ставших популярными уже в 2000-е.
Другое
- «Сумасбродные советы Альфа» ― серия коллекционных карточек, прилагавшихся к жвачке «ALF» компании Dunkin. Сами советы варьировались от полезных (как самому сделать компас) до просто прикольных (как сделать тайнопись с помощью лимонного сока) или даже реально вредных (как задолбать учителя в школе или поставить родителей в неудобное положение).
- Аналогично ― вкладыши от жвачек, особенно вырвиглазные бренды вроде «Садюшек» и «Yaggss!».
- Появившиеся тогда в России западные шоколадные яйца «Kinder Surprise», «Nestle», «Crazy Zoo» и др. породили волну отечественных подражателей. В первую очередь это были яйца от компании «Ландрин» («Петрушка», «Подружка», «Чудики»), которые выпускались официально и держались «в рамках приличий» (там были всякие герои советских мультфильмов, куклы для девочек, игрушечные котики и прочие безобидные персонажи). Однако была и продукция (как российская, так и иностранная), производившаяся неизвестно кем на птичьих правах — и вот она зачастую отличалась вырвиглазностью и недетскостью в духе тематики статьи. За подробностями см. энциклопедию яиц с сюрпризами.
- Пластиковые монстры от «Технолога» и подражателей. Начались как пиратская копия Battle Beasts от Хасбро, затем из пластмассы стали лить все подряд — от динозавров до терминаторов(и даже персов с закосом под вархаммерских монстров).
- «Технолог» и «Звезда» даже породили нечто похожее на варгеймы. Правда, получилось не очень, но в те времена было как-то неплохо… на фоне отсутствия Вархаммера под рукой.
Более поздние примеры, подражания и стилизации
Общее
- Михаил Елизаров ― постмодернистская деконструкция советских мультфильмов (книга «Бураттини»), стёб на тему Третьего рейха (песня «Эсесовская лирическая») и нацистского оккультизма («Моя мать Ева Браун»). Плюс красно-коричневые взгляды автора, в принципе, наследующие идеям НБП.
Литература
- Павел Марушкин, серия «Каюкер и Ухайдакер» — написано в середине нулевых, но по стилю — самое оно. Славный город Бэбилон и южные земли явно списаны с «райского Запада», с приключениями, карнавалами, джазом и марихуаной; герои даже носят необычные «псевдоиностранные» имена (Джаллалом Вхутмас, Хаклпо Типшент, Аквуш Шог). А вот трудовые лагеря на Севере с охраной из нежити, управляемые чёрными магами, и их символ в виде красной пятиконечной звезды очевидным образом отсылают к совсем иным местам. Ну и, конечно,
Холоднаямагическая война между некромантами Севера с их красными пятиконечными звёздами и светлыми магами Юга, у которых звёзды были шестиконечные и назывались «шерифскими». - «Американская дырка» Павла Крусанова ― оказывается, Курёхин инсценировал свою смерть и дожил до нулевых. Теперь он владеет собственным агентством, специализирующемся на розыгрышах в стиле Воланда со свитой, и с помощью своих эзотерических методов готовит возвышение России и кирдык этой вашей Омерике (и, в частности, именно он ответственен за теракт 9/11).
- «Теплоход „Иосиф Бродский“» Александра Проханова ― на заглавном теплоходе плывут агенты западных спецслужб, олигархи, масоны, ведьмы, колдуны, русалки и прочие нехорошие личности, мечтающие поработить Россию, свернуть её с её Особого Пути и избавить от имперства. Даже обложка книги с анимешной девочкой выглядит как концентрированный сабж.
- Андерграундный журнал Вадима Климова «Опустошитель» — попытка современной реанимации сабжа.
- Встречается в произведениях Zотов’а. Множественные отсылки на религиозные и мистические доктрины, стилизации под западные триллеры и хорроры вкупе с пародиями на российские реалии. Одно из произведений — «Череп субботы» — посвящено альтернативной России XXI века, где не было Октябрьской революции.
- Макс Далин, «Рукопись, найденная под прилавком» — издано в 2010, но атмосфера ближе к девяностым. Здесь вам и повальное увлечение трэшовыми хоррорами и детективами напополам с Солженицыным, и эстетика декаданса и сюрреализма, и социальная энтропия.
- «Песни Мальдорора» — адский троллинг, доведённые до полного опупения романтические и готические штампы с шок-контентом и откровенным пародированием тогдашнего высокого слога, написанный уроженцем Монтевидео Изидором Дюкассом (Лотреамоном) ещё в середине XIX века, стал очень популярен в девяностые и в 2012 был переиздан в России с психоделическими иллюстрациями в стиле сабжа.
- Сильное влияние стиля заметно в произведениях Александра Пелевина, особенно в поэзии — автор явно читал Евгения Головина. Также отсылки присутствуют в его романе «Покров-17», где действие происходит как раз в девяностые: в частности, один из персонажей, Старик, отсылает к Эдуарду Лимонову, а другой, загадочный Капитан — к Сергею Курёхину и его герою из фильма «Два капитана-2». Для спектакля Андрея Прикотенко по мотивам романа на эту роль даже специально нашли актёра, очень похожего на Курёхина (см. иллюстрацию).
- А в нулевые Пелевин вообще был зигонавтом и писал стихи тоже в сабжевом духе про то, как Герберт Уэст, доктор Лектер и профессор Мориарти воскресили нацистов-зомби и стёрли с лица Земли «совковую Москву» (для желающих насладиться). Что интересно, он примыкал к коллективу «Монолит» нижеупомянутого Яроврата, а сам Яроврат считал себя учеником Юрия Петухова — так что Пелевин, по сути, литературный внук Петухова.
- Также большое влияние стиля чувствуется в романах Константина Крылова 2010-х годов, написанных под псевдонимом «Михаил Харитонов». Самые яркие примеры — «Золотой Ключ, или Похождения Буратины» (сюжет сказки Толстого про Буратино, перенесённый в постапокалиптический мир) и написанная в соавторстве с Кириллом Еськовым «Rossija (reload game)» (альтернативная русская история 16 века, где присутствуют вампиры, алхимия, Джеймс Бонд, доктор Фауст и Джон Сильвер из советского мультфильма «Остров сокровищ»).
Кино
- «Мизинец будды» — немецкая (нет, не категории «18+») весьма вольная экранизация пелевинского «Чапаев и Пустота». Собственно, эстетика самого начала девяностых передана очень качественно. Если сделать солидную скидку на чудовищную малобюджетность фильма.
- «Чапаев Чапаев» — ну ОЧЕНЬ сильно запоздавший пример такой эстетики. В одной линии Чапаев с комиссаром Клочковым несут околесицу у себя в дивизии, во второй — какие-то любовные линии в хрущевском СССР с актером, который играет Чапаева (обоих изображает Охлобыстин). Полное отсутствие сюжета, сюрреализм и несмешные шутки, скабрезности и мат, натужное пародирование советского оптимизма, любительский бюджет, короче — попытка повторить и без того сомнительный успех «Два капитана 2» и «Трактористы 2». И даже Охлобыстин и Башаровым не спасают. Сделано по инициативе и за авторством лидера «Митьков» Виктора Тихомирова.
- «Чужая» — современный фильм, но время действия именно 90-е, атмосфера воссоздана великолепно.
- «Weekend» Станислава Говорухина — снято в 2013, но атмосфера весьма близка к сабжу. Экранизация французского детектива пятидесятых «Лифт на эшафот», перенесённая в современную Россию со смешением реалий разных стран и эпох (например, герои живут вроде бы в Москве, но возле этой «Москвы» есть морской курорт явно западноевропейского вида, снятый в Одессе).
- «Гром: Трудное детство» ― действие происходит буквально в те времена, и в наличии все атрибуты эпохи. И более того, главный злодей фильма — загадочный криминальный авторитет Анубис, скрывающийся за маской одноимённого египетского бога и организовавший собственную секту в стиле «Девятых врат» и «С широко закрытыми глазами».
Мультфильмы
- «Как поймать перо Жар-птицы». Весьма неожиданно встретить псевдосказочный сюжет с осовремененными реалиями, рок-попсой, кучей примитивных пародий типа жар-птицы с перьями-катанами, которая машет ими аки ниндзя, и кучей шуток не для детей. Точнее, неожиданно встретить не в 90-х, а в мультфильме 2013 года!!! Кто-то неправильно решил скопировать мультики «Мельницы»…
Музыка
(link)
Монеточка. Постмодернистское обыгрывание штампов об эпохе, плюс оммаж киноработам Алексея Балабанова- «Монеточка» — 90. Эстетика девяностых в представлении поколения начала XXI века.
- «Кобыла и Трупоглазые Жабы Искали Цезию, Нашли Поздно Утром Свистящего Хна» — появились в 2007, но абсолютно сознательно эксплуатируют такой стиль. Электронная музыка в стиле видеоигр 1980-90-х, соответствующий арт на обложках альбомов и мозговыносящие тексты, в которых вперемешку упоминаются Юденич, Гапон, Корнилов, пролетарская революция, Йог-Сотот, обезьяны-байкеры с Марса и мутагенные монстры.
- Dead Blonde любит обращаться в своих текстах к тропу. Стиль исполнения соответствует.
- «Котик» группы Аффинаж ― клип на песню сделан в стиле платформеров девяностых (автор клипа вдохновлялся конкретно Teenage Mutant Ninja Turtles: The Hyperstone Heist) и повествует о супергерое в маске кота, спасающем девушку от злодея в маске бульдога. При этом уровни игры оформлены как типичные постсоветские антуражи.
Настольные игры
- Игральные карты от фирмы «Сима-Лэнд» «Лихие 90-е». Фигуры — типичные представители сеттинга, а фоски (мелкие) — т. н. артефакты эпохи. При этом чувствуется отсылка к GTA.
Видеоигры
- «Kaptain Brawe: A Brawe New World» — выпущенный в 2011 стимпанк хорватского происхождения: по сюжету человечество вышло в космос уже в 19 веке, колонизировало другие планеты, появились космические пираты и др. Казалось бы, при чём тут тема статьи? А при том, что эта альтернативная история стилизована одновременно под западные квесты девяностых (особенно заметны оммажи «Curse of Monkey Island»: и музыка, и графика, и перенесённая в космос пиратская стилистика) и под лично знакомые разработчикам реалии соцлагеря эпохи Холодной войны. А одна из планет, Джама Спейси, вдобавок имеет ярковыраженную колониальную эстетику (один из персонажей там ― чернокожий клерк в белом кителе), что тоже характерно для сабжа статьи.
- «Евгений Онегин» 2009 года от компании Dreamlore ― тут вам и Евгений Базаров в роли сумасшедшего доктора, оживляющего зомби и превращающего в них сестёр Лариных, и противостоящий ему агент тайной полиции Александр Чацкий. Игра сильно промахнулась с датой выхода и поэтому была встречена критиками прохладно: в 2009 такой китч уже давным-давно вышел из моды, а ностальгия по нему, наоборот, ещё в моду не вошла.
- «Странник в тылу врага», отечественное фанатское дополнение к Gothic II. Клюквенный западный агент (с кажикатужным омэрэканским аксэнтом) под музыкальную тему фильма «Mission Impossible» приземляется в дикой России на воздушном шаре (!), чтобы выполнить секретное задание по наведению демократии. В наличии Жириновский, Змей Горыныч, озвучка титров с подражанием Леониду Володарскому (ну, тот самый легендарный переводчик «с прищепкой на носу») и много, много другого.
- «Живые и мертвые» же! Пусть они и превосходят на две головы большинство примеров в этой статье, но все равно это эталонный образец тропа: фразы, персонажи и целые сюжетные линии, являющиеся отсылкой к известным советским и американским фильмам. И юмор на их тему, в откровенный китч, к счастью, не переходящий (кроме плана Сангвина, но такая локация одна на весь мод).
- А созданные под влиянием «Живых и мёртвых» моды «Южная стена» и «Цитадель Безумия» — это уже чистая «эстетика нулевых».
- DOM RUSALOK
Интернет-проекты
- SCP Foundation: SCP-1204-RU — Бесконечная видеокассета — описание аномальной кассеты с боевиками 90-х. Основная атрибутика наличествует.
- Скорее это «перестроечная эстетика», чем 90-е — сама кассета 1991 года, и судя по описанию, фильмы на ней эксплуатируют штампы именно позднеперестроечного кино (и боевиков этого периода в частности), а не западного.
- «Чубакка» — коллекция всевозможных материалов на тему постмодернизма: статей, рисунков и др. Дизайн сайта выжимает педаль в пол.
- «Крот» — контркультурный Интернет-журнал.
- Владимир «Яроврат» Фролов ― известный сетевой автор второй половины нулевых (архивы ЖЖ доступны здесь), был лично знаком с вышеупомянутым Юрием Петуховым и называл себя его учеником, а учеником Яроврата, в свою очередь, был ещё один герой этой статьи Александр Пелевин. В своём творчестве пытался объединить русский национализм (и даже неонацизм) с карикатурным сотонизмом и идеями западных хоррор- и киберпанк-авторов типа Лавкрафта и Уильяма Гибсона, изобрёл собственный пантеон тёмных богов, в которых входят Перун, Велес, Кощей, Азатот и Ктулху. Также получил известность его «Путеводитель по коридорам ада», написанный явно в подражание петуховскому «Классификатору пришельцев» и повествующий о происках слуг Йог-Сотота в лице орков (азиатов и негров), жидоупырей (евреев обычных), жидоколдунов (раввинов и коэнов), шохетов-шогготов и прочего легиона ненавидящей белых арийцев нечисти.
- В 2007 он разместил в своём блоге приглашение на «Русский марш» возле стен Белого дома. Креативные комментаторы нарисовали множество фотожаб на тему с призывами к самым разным людям и персонажам прийти к Белому дому (включая Ктулху, Сейлор Мун, Дюка Нюкема, комиссара Каттани и др.)
- Do androids dream of electric shit? — веб-проект украинского акциониста, деятеля контркультуры, программиста и разработчика игр Александра Володарского (также известного как Шиитман); аналогично предыдущему примеру. Ему же принадлежит домен Shiitman.lenin.ru, где, в частности, размещена знаменитая игра «Оператор биореактора».
- А ещё Шиитман делал перформанс на песню Ганса Зиверса «Кадиллак».
- «Секретные приключения Арса» — мультсериал от Николая Белова, наполненный отсылками к мультфильмам Давида Черкасского и Уолта Диснея.
- Веб-сериал «Внутри Лапенко» — с фитильком, так как сеттинг больше напоминает СССР периода перестройки, нежели Россию 90-х, хотя элементы культуры «лихих» (и даже периода застоя!) тоже присутствуют.
Примечания
- ↑ Интересно, что этот приём использовал ещё Владимир Набоков в своём романе 1969 года «Ада, или Радости страсти», смешав современные ему США с царской Россией начала 20 века в одну вымышленную страну Эстотию ― первый русский перевод этого романа вышел аккурат в середине девяностых. Подобная эклектика местами проскакивала и в советской культуре ― вспомним хотя бы группу «Dvornjagi» из «Ну, погоди!», которые иcполняли песню «У попа была собака» с явным закосом под «The Doors», или рок-концерт из мультфильма «По следам бременских музыкантов», где песня «Баю-баюшки-баю» аранжирована под группы типа Beatles, The Rolling Stones и Led Zeppelin, или мультфильм «Контакт», где использовалась музыка из «Крёстного отца» ― но настоящий расцвет она пережила всё-таки в девяностые.
- ↑ Хотя они были и в СССР
- ↑ То, что Гудвин — американец, а Питер Пэн, Мэри и Алиса — англичане, то есть союзники, во внимание не принимается.
- ↑ Отсылка на Алексиса Бримейера — испанского самозванца, претендовавшего на престол России и Украины.
- ↑ Между прочим, работавшего над мультфильмом «Остров сокровищ» 1988 года
Ссылки
- Обложки ужастиков из девяностых
- Сообщество Вк «Поехавшие обложки» ― многое в таком стиле
- Сообщество Вк «Коллекция towik’а»
- Сообщество Вк «Лаврушина Макулатура»