Иммунитет протагониста

Вкратце Протагонист не может умереть (получить тяжёлые неизлечимые увечья и так далее), так как тогда не будет сюжета.

«	Не беспокойтесь. В середине акта — Хотя б и пятого — герой не гибнет!	»
— «Пер Гюнт», Ибсен

Главный герой умереть не может. Потому что если он умрёт, о ком же будет весь дальнейший сюжет? Ну, то есть, он в принципе может умереть в самом конце, но до того читатель/зритель точно знает, что, в какие бы опасности ни попадал протагонист, он из них благополучно выпутается. И не переживает за него. А уж если повествование ведётся от лица самого протагониста, то читатель и в финале беспокоиться не будет — если бы герой погиб, кто бы оставил нам этот рассказ, верно?

Справедливости ради, далеко не в любом произведении для того, чтобы заставить читателя/зрителя волноваться за персонажа, последнему должна грозить смерть. Тем более, что бывают вещи и похуже смерти. Но всё же нередко тот факт, что главный герой погибнуть не может, автору мешает. Как это обойти?

• Протагонист может оказаться фальшивым, или его может вообще не быть.
• События могут даваться не в хронологическом порядке (в том числе даже и начинаться со смерти протагониста).
• Произведение может представлять собой дневник катастрофы или документ типа «вскрыть в случае моей смерти». В этом случае даже рассказ от первого лица никакого иммунитета протагонисту не даёт (хотя до финала он всё же доживет — но не дальше).
• Смерть может оказаться сказочной или обратимой. Как вариант, персонаж становится нежитью.
• Главный герой доживает до финала, но по ходу повествования (особенно если оно длинное и эпическое) неоднократно подчёркивается, что от нашего героя далеко не всё зависит. Поворот кругом — опционально.

Заметка на полях: троп может быть сюжетным стержнем, как в шуточных песнях о пришедшем назад коте или четырёх тараканах и сверчке. Что бы ты ни делал с ними, гордый Хомо сапиенс, они всё равно выживут!

Обоснуем в реальной жизни является то, что историю рассказывают те, кому свои злоключения удалось пережить. Большинство ветеранов кровопролитной войны тоже будет рассказать, как сослуживцы вокруг него гибли направо и налево, но ему-то раз за разом везло, и он отделывался ранениями — ведь лишь те, кому в этом страшном казино раз за разом выпадала нужная карта, и становятся ветеранами. А про лейтенанта, который на третий день на фронте схлопотал вражескую пулю, никто историю рассказывать не будет.

Противотроп — Умереть может каждый.

Примеры, где НЕ встречается

Театр

• Большинство классических трагедий — «Гамлет», «Макбет», «Ромео и Джульетта» и т. п.

Литература

• Джим Батчер, «Досье Дрездена» — в конце книги «Перемены» Гарри убивают. В последующей книге «История призрака» он в качестве детектива-призрака расследует собственное убийство.
• Венедикт Ерофеев, «Москва-Петушки». И то сказать — ну какой ещё может быть иммунитет при таком нездоровом образе жизни?
• Л. Каганов, «До рассвета». Смерть протагониста, от лица которого написан рассказ, обозначена траурной рамкой вокруг его имени (впрочем, он умер не в результате описываемых событий, а гораздо позже в старости).
  • У него же — «Заклятье духов тела». Протагонист обречён, ему остались считанные часы. Да и читателю может не поздоровиться.
• Стивен Кинг же! Около половины произведений.
• Агата Кристи, «Занавес» — Пуаро уже мёртв, Гастингс читает материалы его последнего дела.
• Александр Куприн, «Поединок». В последней главе приводится рапорт о печальном для протагониста результате дуэли.
• Михаил Лермонтов, «Герой нашего времени». О смерти Печорина сообщается в предисловии ко второй части романа — «Журналу Печорина».
• Сергей Лукьяненко. Во всех «Дозорах» повествование ведётся от первого лица, но первая и вторая повести «Дневного дозора» заканчиваются смертью протагонистов.
• Джордж Мартин, «ПЛиО» — педаль в асфальт, ибо у главных героев шансы умереть порой гораздо выше, чем у второстепенных.
  • Хотя именно в этом цикле, по убеждению фанатов, существует «большая тройка» (Джон, Дени, Тирион), бояться за которую не стоит по меньшей мере до кульминации последней книги. Но и она вырисовалась далеко не сразу.
  • При этом Джон таки умер в сериале — воскрешён и пережил концовку.
• «Из глубин» Руслана Мельникова — протагонист умер. По-настоящему умер в самом начале книги. А ближе к концу — умер и его Двойник.
• Рошвальд Мордехай, «Седьмой уровень, или Дневник последнего жителя Земли». Что и написано на упаковке.
• Ю. Нестеренко, «Рукопись, не найденная никогда» — классический дневник катастрофы, участь протагониста подсвечена названием.
  • Его же «Имя» начинается с фразы «Если вы читаете эти строки, значит, я уже мёртв».
• Ричард Олдингтон, «Смерть героя». Роман начинается с послесловия — похорон протагониста. Действие же описывает жизнь аж двух поколений — родителей героя и его самого, и заканчивается смертью главного героя.
• Кшиштоф Пискорский, «Тенеграф» — главный герой едва не гибнет в середине книги, и дальше вместо него действует его Тень.
• Эрих Мария Ремарк, «На западном фронте без перемен». Всё повествование идёт от первого лица, и лишь в последнем абзаце резко переключается на третье, где сообщается о смерти героя. Для своего времени это был очень неожиданный ход.
• А. Рудазов, серия «Яцхен». В последней книге ближе к концу встречается фраза «а потом я умер», после которой повествование идёт от лица духа погибшего протагониста. А потом он ещё и в камео в параллельных сериях неоднократно появляется.
  • В предпоследней книге подсвечивается самим персонажем — «Нет, конечно, Йог-Сотхотх меня не убил. Иначе как бы я смог об этом рассказать? Я это давно заметил — если повествование идет от первого лица, то можно не бояться, что главный герой погибнет. А вот если от третьего… тут всякое может случиться. Дон Кихот умер, Гамлет умер, Ромео и Джульетта умерли, Анна Каренина умерла, Остапа Бендера — и того зарезали. В следующей книге, правда, он ожил, но это уже к делу не относится».
• А. Твардовский, «Я убит подо Ржевом». Рассказ ведется от имени погибшего героя.
• Ольга Форш, «Одеты камнем»: персонаж, от лица которого ведётся повествование, в процессе постепенно сходит с ума и в финале кончает самоубийством.
• Невил Шют, «На берегу» (и экранизации) — умрут ВСЕ. И это известно с самого начала, хотя в середине появляется надежда (в книге — слабая и мимолётная, во второй экранизации — уверенная и довольно длительная).
• М. Агеев, «Роман с кокаином». В самом конце выясняется, что весь предшествующий рассказ от первого лица — текст рукописи, найденной в кармане покончившего с собой протагониста.

Кино

• «Варкрафт» — закадровый голос принадлежит Дуротану, однако сам Дуротан погибает во время поединка с Гул'даном в последней трети фильма.
• «Десять негритят» и множество других фильмов, где персонажей методично убивают одного за другим. Хотя в большинстве таких фильмов невозможно выделить главного героя (если только не считать главным того, кто продержался дольше остальных). Но вот как раз в «Негритятах» (экранизациях и литературном первоисточнике) можно считать главным героем судью, который организовал всё происходящее и при этом умирает аж два раза: в середине — понарошку (о чём зритель/читатель не знает), а в финале уже по-настоящему.
• «Звёздные войны» — знаменитая меткость клонов и штурмовиков распространена исключительно на главных героев. По рядовым дроидам и повстанцам они еще как попадают.
• «Мёртв по прибытии»: герой отравлен медленно действующим ядом. Он знает, что обречён, но у него ещё остается пара дней, чтобы найти и покарать своего убийцу.
• Серия фильмов «Пила» — ещё один, хотя в этих педаль давится только до верхних слоёв дорожного полотна. Тут в основном эксплуатируется принцип, что главный герой предыдущего фильма умирает в одном из следующих. Также сам Пила, которого можно считать главным героем всей серии, весь первый фильм проводит, притворяясь трупом, а затем умирает от рака по-настоящему, но запущенного им механизма хватает ещё на несколько фильмов, плюс он появляется во флэшбэках.
• «Последний киногерой»:
  • Аверсия пополам с ломкой четвёртой стены: понимая что может попасть в аварию Дэнни пытается успокоит себя, что он герой, но внезапно понимает, что в мире Джека Слейтера он не протагонист, а скорее смешной сайдкик. Ой, бл…
  • Сам Слейтер едва не погибает, будучи смертельно ранен главгадом в реальном мире, потому что в нём «плохие парни могут победить». Спасается тем, что Дэнни возвращает его в собственный фильм, где иммунитет протагониста возвращается, а рана оказывается очень лёгкой.
• Серия фильмов «Пункт назначения» — непревзойдённый эталон из Палаты мер и весов.
• «Сукин сын» (1981) — главный герой Феликс Фармер погибает за полчаса до конца фильма. А у остальных персонажей недостаточно экранного времени, чтобы кого-то можно было назвать настоящим протагонистом.

Телесериалы

• La Casa de Papel — в сериале много равноценных сюжетных линий, но зрители были уверены в неуязвимости Токио, поскольку рассказчиком выступала она. В пятом сезоне она погибла.
• «Комиссар Рекс» — хоть сериал и про собаку, но протагонист чаще её хозяин. Умирал дважды.
• «Призраки» — от смерти не застрахован только сэр Гарри Пирс, да и то вначале он скорее ментор.
  • Хотя в первых 2,5 сезона он был (Том был уволен, а Зои сбежала в Южную Америку), но после смерти Дэнни…

Аниме и манга

• Angel Beats! — Юдзуру Отонаши умер еще до начала событий данного аниме. И учитывая, что действия разворачиваются в загробном мире, то умирать ему придётся часто и со вкусом. Благо, что у нашего покойника и новообретённых друзей есть ретроактивное бессмертие.
• Code Geass — Лелуш Британский заколот на своей триумфальной колеснице. Правда, есть альтернативное мнение.
• Death Note — Ягами Лайт погибает, так и не доведя до конца строительство нового мира.
• KonoSuba — Кадзума начал свою карьеру с тех пор, как он умер со страху. И ему дико повезло, что он прихватил с собой в новый мир богиню Акву, чьи целительные способности не раз спасут его задницу. Как-то раз ему удалось в том мире умереть пару раз, и его воскрешала Аква.

Видеоигры

• Chrono Trigger — Кроно внезапно погибает в последней трети игры и чтобы пройти игру его можно не воскрешать.
• Detroit: Become Human — зигзаг. О наличии протагониста тут прямо не заявляется (потому что главных героев три), однако фактически сюжет держится на Конноре, разум которого в случае "смерти" переписывается на другой носитель, Коннора Мк1, Мк2 и других. Кэра может погибнуть в самом начале игры, что угробит малосвязанную с основной историей часть сюжета, Маркус же рискует помереть в нескольких случаях ближе к финалу, после чего его заменит Норт.
• L.A. Noire — Коул Фелпс. В одном из финальных роликов даже показывают его похороны.
• Minecraft: Story Mode — небольшая аверсия. Почему небольшая? Потому что в восьмом эпизоде Джесси убивает Мевия, но так как в мире Древних Строителей погибшие на соревнованиях каким-то чудом сразу воскресают (хоть и в специально оборудованных для этого местах), умирает протагонист не навсегда.
• Persona 3 — очевидно, при плохой концовке вместе со всем миром, при хорошей тоже, но по-другому.
• Red Dead Redemption 2 — Артур Морган заболевает туберкулезом. Так как в 1899 лечить такую болезнь еще не научились, несложно догадаться, что чуда не произойдет, а жить Моргану осталось недолго.
• The Terminator на приставке SNES. Играем за Кайла Риза. «Ну, кто знает ещё хоть одну игру, где в финале главный герой погибает?» (с) журнал «Великий Дракон»
  • Знаем: The Terminator 2 для той же SNES.

Реальная жизнь

• Формально — любое автобиографическое произведение, написанное ныне уже покойным автором, но в первую очередь, те из них, где автор умер вскоре после того, как закончил писать, и по описанным в книге причинам:
  • Дневник Марии Башкирцевой. Помимо прочего, рассказывает о прогрессировании туберкулёза, от которого она и умерла спустя 11 дней после последней записи.
  • Дневники Анны Франк и Тани Савичевой.
  • Юлиус Фучик, «Репортаж с петлёй на шее».
  • «Житие протопопа Аввакума» — аверсия: каноны житийного жанра предполагают неизбежную смерть героя, но здесь по их образцу пишется автобиография (хотя в итоге всё равно кончилось мученичеством).

• Многомировая интерпретация квантовой механики допускает квантовое бессмертие когда при каждой возможности умереть мир разделяется. Поскольку наблюдатель не может наблюдать свою смерть (из-за того, что погиб), то в любой наблюдаемой им вселенной он будет жив. Основная непонятка к такому представлению — почему отдельные люди не особо выделяются среди других людей долголетием и какой-то особенной везучестью.
  • А потому, что каждый наблюдатель является везунчиком лишь с точки зрения себя самого. А с точки зрения остальных наблюдателей он обычный человек или вообще давно мёртв. Что насчёт старения, получится один из двух возможных сценариев - либо постепенное угасание сознания в рамке 200 лет жизни, либо более фантастическое - какой-нибудь путешественник во времени (им может быть даже сам наблюдатель из будущего!) отдаст средство бессмертие любым доступным способом и собственно наблюдатель продолжает жить дальше (если конечно согласится на бессмертие за даром, если нет - первый вариант).