Слишком клёвый, чтобы быть злодеем

Материал из Посмотре.ли
Перейти к навигации Перейти к поиску
River Song.jpgSpoilers, sweetie!
Особенность темы этой статьи в том, что она по самой сути своей раскрывает спойлеры. Поэтому в этой статье спойлеры никак не замаскированы. Если вы уверены, что хотите их видеть — читайте!

Вы хотели создать либо милого злодея, либо великолепного мерзавца.

Но… что-то пошло не так.

Точнее, всё пошло слишком так. Злодей получился до того милым, мерзавец — настолько великолепным, что публика любит его гораздо больше героев и категорически отказывается признавать злодеем. И если вы попытаетесь ткнуть её носом в то, что он так-то нехороший человек, с большой долей вероятности нехорошим человеком посчитают вас. Словом, куда безопаснее будет прислушаться к пожеланиям трудящихся. Так что в сиквеле/последующих сериях/производном творчестве злодей легким движением руки превращается… злодей превраща-ается… превраща-ается зло-оде-е-ей…

Во вполне положительного героя! Иногда даже без приставки «анти». На крайняк — в антизлодея с кучей искупительных качеств. Он может просто совершить поворот направо, встать на сторону протагониста перед лицом большего зла, оказаться существом подневольным, либо правой стороной конфликта. Наконец, его можно тупо заставить совершать добро, например, наложив заклятие или сделав должником героя (а моральная невозможность нарушить долг подчеркнёт милоту и великолепие, а там, глядишь, и во вкус войдет).

В редких случаях сам автор влюбляется в персонажа и превращает его в героя собственным произволом.

Также такое нередко бывает в период смены исторических эпох, когда моральные представления меняются. Скажем, в эпоху Перестройки и девяностых какой-нибудь белогвардееец или буржуй из советских агиток вполне мог превратиться в положительного героя.

Противотроп ― Слишком бесит, чтобы быть героем. Другой в какой-то мере противотроп ― Такой классный — и вдруг злодей!, когда автор «сливает» в злодеи полюбившегося фанатам персонажа: либо не считав их настроений, либо в качестве сознательной провокации.

См. также Сменить сторону в адаптации.

Примеры

Литература

  • Дракула настолько крут, что во всевозможных продолжениях других авторов частенько превращался в положительного героя. Не остался в стороне даже внучатый племянник создателя Дейкр Стокер, у которого оказывается, что всё это время Дракула был благородным рыцарем Господним, которого просто не так поняли, а настоящая злодейка — вообще Эржбета Батори. А в романе Роберта Лори «Рука Дракулы» графу приходится раскрывать преступления и разоблачать злодеев.
  • Яцек Комуда, цикл о Франсуа Вийоне — в первом по хронологии рассказе «Так далеко до неба» Вийон выставлен конченой мразью, но так понравился автору, что уже со следующей истории превратился в великолепного мерзавца, потом полноценного антигероя и наконец — в практически эталонного героя.
  • Александр Волков, «Волшебная страна» — Урфин Джюс слишком полюбился и читателям, и автору (особенно после «Огненного бога Марранов», где он добился власти не читом в виде Живительного порошка, а хитростью и смекалкой), так что уже в следующей книге раскаялся и стал одним из защитников Волшебной страны.
  • В «Изумрудном городе» Сухинова по сравнению с книгами Волкова полно морально неоднозначных персонажей, многие из которых лишь по воле обстоятельств оказались с героями по разные стороны баррикад. Такие персонажи, как чародейка Корина, чёрный дракон Вараг, человек-ящер Эльг, предатель Дональд и трусоватый алхимик Парцелиус в конечном итоге совершают поворот направо, а зловещая принцесса Ланга и вовсе окажется двойным агентом, но каноничнейший пример — это людоед Людушка. Туп (но при этом коварен), жаден, прожорлив, характер отсутствует, однако он настолько очарователен, что не мог не встать на сторону сил света (поскольку всегда становится на сторону победителей).
  • Цикл про Алису Селезнёву Кира Булычёва ― Крыс и Весельчак У. Впервые появляются в повести «Путешествие Алисы» в роли очень опасных космических пиратов ― но в дальнейшем сдуваются до мелких (но неизменно харизматичных) негодяйчиков, с которыми Алису связывают отношения дружбы-вражды. А в «Планете для тиранов» и «Войне с лилипутами» они с Алисой и вовсе объединяют силы против реально крутых злодеев ― собственно тиранов и клана рабовладельцев Панченги.
  • Сэр Терри Пратчетт, «Плоский мир» — Смерть хоть и не является в полной мере злодеем, однако со временем превращается практически в полноценного героя, способного на благородные поступки.
  • Томас Харрис — Ганнибал Лектер очень быстро превратился из кровожадного монстра, чей гениальный ум делает его лишь ещё ужаснее, в благородного маньяка и чуть ли не графа Монте-Кристо, который убивает и ест исключительно всяких нехороших личностей, вплоть до нацистских недобитков-коллаборантов. С медсестрой только как-то некрасиво получилось, да и с парой охранников тоже…
  • «Мастер и Маргарита» ― в первых редакциях романа Воланд был однозначно отрицательным персонажем и куда ближе к классическому дьяволу: в частности, в черновиках в третьей главе «Доказательство инженера» есть эпизод, где он убеждает Бездомного растоптать нарисованный на песке лик Христа. В финальной версии романа он как минимум антизлодей, а в некоторых адаптациях (в частности, в фильме Михаила Локшина) ― так и вообще милашка.
  • Р. Л. Стайн, «Кошмария» — для сочинителя и любителей ужастиков жуткий парк аттракционов просто не может быть плохим. В первых двух книгах Кошмария была действительно жутким местом, где людей под видом аттракционов натурально кошмарили (мучили и убивали). В сериале-продолжении Кошмария превратилась в пристанище для монстров, где они могли жить в безопасности, и действительно классный парк аттракционов, в котором можно (сравнительно) безопасно отдохнуть и расслабиться. По разрозненным намёкам становится ясно, что руководство в парке каким-то образом сменилось на более гуманное, а те кошмарийцы, что остались верны своим привычкам, перебрались в конкурирующий Панический Парк (сколько из них остались в Кошмарии и просто залегли на дно, чтобы при каждом удобном случае стараться угробить ни о чем не подозревающих людишек — другой вопрос). Кроме того, в финале истории Панического Парка злодеи всех предыдущих книг объединяются с героями, чтобы одолеть Угрозу (это у тамошнего главгада погоняло такое).
  • Ирина Коблова, «Тина Хэдис» — Лиргисо был настолько клевым, что автор устроила ему перерождение и возвращение в родной мир, написав Сонхийский цикл.
  • Джон Сильвер писался Стивенсоном как двуличная сволочь, которая между личинами доброго дядюшки и пиратского вожака переключается по щелчку пальцев, но настолько хорош, харизматичен и умен (и явно автором любим), что в адаптациях то и дело превращается в антизлодея и вообще полноценную отцовскую фигуру для Джима.
  • A Song of Ice and Fire — Кхал Дрого. По изначальной задумке Мартина был просто злобным дикарём, который погибает от рук Дейнерис, мстящей за своего брата, по явной аналогии со смертью Атиллы. В итоге автор отказался от первоначальной задумки и добавил Дрого благородства, а Визерису много чёрных красок. Впрочем, есть мнение, что сделал это не очень аккуратно (особенно в отношении Визериса), что даже частично вынужден был исправлять в следующих книгах.
  • Дмитрий Емец, цикл о космическом пирате Кроксе — в первых двух книгах пират-киборг Крокс, его робот-попугай и его туповатый подручный — робот-убийца Грохотун — были злодеями, преследующими героев, но уж больно они получились крутыми и харизматичными, так что уже в конце второй книги Крокс случайно поместил себе в грудь живой кристалл, который превратился в его сердце, в результате чего безжалостный разбойник резко поднял уровень доброты. В следующих двух книгах Крокс, Грохотун и попугай — однозначно положительные персонажи, которые помогают героям свергнуть жестокого диктатора.

Кино

  • Экранизация романов Томаса Харриса про доктора Лектера.
  • Т-800 во второй части. Канон. Эталон. Хранить вечно.
  • Кинематографическая вселенная Marvel — Локи. Просто Локи.
  • «Няня-2: Королева проклятых» — случай в терминальной стадии. Самара Уивинг сыграла в предыдущем фильме такую шикарную оторву, что уже в следующем фильме ВНЕЗАПНО стала для героя натурально ангелом-хранителем, спасающим протагониста от своих бывших дружков по сатанинскому культу. А душу Дьяволу она продала, ОКАЗЫВАЕТСЯ, чтобы спасти другую свою подопечную.
  • «Звёздные войны» (с ба-а-альшим прикрученным фитильком) — Боба Фетт. Из безжалостного и безликого злодея второго плана превратился в икону франшизы и полноценного антигероя.
  • «Пила Х» — здесь Джон Крамер и Аманда выставлены даже не злом воздающим, а уже полноценными антигероями, карающими действительно конченых мразей, которые наживались на умирающих и готовы были хладнокровно замучить маленького мальчика.
  • «Алиса в Зазеркалье» — Ирацибета оказывается несчастной злодейкой, которую в детстве загнобила как бы положительная сестрёнка, в конце одумывается и получает прощение. И семью Болванщика она в Ужастрашный день, оказывается, не уничтожила. А что вонзила меч в грудь прикованному к ней Валету и наполнила замковый ров отрубленными головами — ну погорячилась дамочка, отнеситесь с пониманием.
  • В своё время это чуть не приключилось аж с Фредди Крюгером. Согласно одному из замыслов так и не реализованного приквела (вроде бы, идея принадлежала самому Роберту Инглунду), никаких детей до своего сожжения Фредди не убивал — это сделала… банда Чарли Мэнсона, Фредди же из-за своего происхождения просто стал козлом отпущения. Правда, даже будучи реализованной эта идея не отменяла бы всех последующих его жертв. Также была идея с девицей, которая, насмотревшись фильмов о Фредди, начинала убивать детей, а Фредди воплощался в реальности, чтобы её остановить.
    • Много позже эту нереализованную идею частично воплотили в ремейке 2010-го года. Герои подозревают, что Крюгера подставили, да и сам он в прошлом не кажется чудовищем. Правда, полностью воплотить идею создатели не решились: в итоге он всё равно оказался педофилом.
  • «Пираты Карибского моря» — Гектор Барбосса, главный антагонист первой части, оказался таким клевым, что после его смерти в «Проклятии Черной Жемчужины» во второй части его воскресили, и в третьей он уже на одной стороне с главными героями (ну, постольку-поскольку, но пираты же, что с них взять), а с Джеком они и вовсе собачатся как старая супружеская пара. В пятой части (о существовании которой, впрочем, многие предпочли бы забыть) Барбосса даже совершает героическое самопожертвование.
  • «Не дыши» — в первом фильме слишком многие зрители болели за крутого слепого ветерана, сперва потерявшего дочь по вине избалованной богатой сучки, а потом вынужденного защищать свои кровные от троицы юных грабителей. Пожалейка о нелёгкой жизни и богатом внутреннем мире грабителей, как и упор на то, что методы деда в лучшем случае проходят по тропу неадекватное возмездие, не сработали, пришлось в сиквеле делать старика полноценным героем и выстраивать сюжет по классической схеме.
  • Серия «Повелитель кукол» — эталонный образец. В первом фильме куклы Андрэ Тулона хоть и жестоко убивали людей, но лишь потому, что попали в дурные руки, а сам Тулон, искренне любивший свои создания, кончал с собой, чтобы не попасть в руки нацистов. Во втором фильме куклы творили ещё больший беспредел, не щадя даже детей, а Тулон стал откровенным злодеем, готовым уничтожить даже самих кукол, что, впрочем, можно объяснить его воскрешением из мёртвых. В третьем фильме, приквеле, Тулон показан полноценным трагическим героем, убежденным антифашистом, который с помощью кукол уничтожает нацистов за убийство жены и защищает детей, а сами куклы, оказывается, сделаны по образу его погибших друзей из Сопротивления. А уже в четвёртом и пятом фильмах куклы под руководством Тулона помогают героям победить злобных потусторонних тварей. В последующих продолжениях с куклами опять всё сложно, но о них многие фанаты предпочли бы забыть, а в ремейке Крейга Залера Тулон сам оголтелый нацик и куклы ему под стать.
  • «Турецкий гамбит» — д’Эвре и в литературном первоисточнике был всеобщим любимцем, но природная харизма сыгравшего на редкость обаятельного французского журналиста Дидье Бьенэме оказалась куда сильнее прописанной в книге и в конечном счёте перевесила все прочие доводы: ну невозможно, просто нельзя представить в роли шпиона и убийцы настолько «светлого» человека! В итоге Анваром-эфенди был назначен совсем другой персонаж — а жаль: возможно, из такого д’Эвре вышел бы идеальный милый антизлодей.

Телесериалы

  • Локи, просто Локи.
  • «Баффи — истребительница вампиров» — Спайк, начавший как злодей, в итоге стал любимцем публики. Джосса Уидона поначалу даже раздражала бешеная популярность этого персонажа. Сначала Спайк проходил по разряду какой ни есть, а он за нас, но в конце 6 сезона совершил нешутейный поворот направо кругом и твёрдо стал на сторону добра. А в «Ангеле» даже курить бросил, хотя он — вампир, ему не вредно.
  • «Дурнушка» — главные злодеи были слишком привлекательны, чтобы оставаться злодеями до конца сериала. Поворотным моментом, вероятно, стал четвертый эпизод «Поездки на санях Фея», в котором все персонажи дружно работали вместе.
  • «Эш против Зловещих мертвецов» — Руби во втором сезоне. С прикрученным фитильком: хотя и подняла уровень доброты, потеряв свои силы, но трагически погибла, а вот злая Руби из другого временного отрезка никуда не делась и стала главной антагонисткой третьего сезона.

Комиксы

  • Marvel Comics:
    • Каратель впервые появился в комиксах про Человека-Паука как проходной антагонист классической сюжетной ветки про двух вигилантов-борцов с преступностью, один из которых перешёл черту. Но тут наступили девяностые с их модой на антигероев, и ветеран, мстящий преступникам за гибель своей семьи, оказался как нельзя кстати. На выходе имеем одного из знаковых героев Marvel, ничуть не уступающего в известности тому же Пауку и Людям Икс.
    • Похожая история и с Дедпулом: достаточно проходной злодей-наёмник, к тому же копиркин одного из суперзлодеев DC, полюбился читателям благодаря своему остроумию и склонности не умолкая комментировать всё происходящее. Авторы взялись за развитие образа, добавив ему трагикомизма, (анти)героичности и склонности разрушать четвёртую стену, и Дедпул занял своё место среди наиболее популярных марвеловских героев.

Видеоигры

  • The Legend of Kyrandia — шут Малькольм. Был злодеем в первой части, но оказался настолько удачным персонажем, что в третьей его сделали главным героем. Ему предстоит исправить злодеяния, совершенные им в прошлом и восстановить свою репутацию.
  • «Новые Бременские» ― в оригинальном мультфильме Гениальный Сыщик был однозначно отрицательным персонажем, работавшим на Атаманшу и разбойников. В игре он, в принципе, начинает с того же (и поскольку мы за него и играем, то он проходит по разряду Протагонист-злодей) ― но затем, когда Атаманша его «кидает», он облагораживается и переходит на сторону Бременских музыкантов и Короля. А в конце игры сам становится королём.