Безумный Макс

«	Меня зовут Макс. Мой мир — это огонь и кровь.	»
— «Безумный Макс: Дорога ярости»

«Безумный Макс» (англ. Mad Max) — киноцикл Джорджа Миллера, кодификатор и икона стиля постапокалипсис. Почти всё, что вы знаете и любите в Fallout и ему подобных сеттингах, придумал Миллер в далёком 1981 году: мир, разрушенный ядерной войной, мусорщики, драки за воду, топливо и ресурсы, обособленные людские анклавы с психованными жителями, колоритные типажи персонажей, костюм из драной потёртой кожи и принцип «умри ты сегодня, а я завтра». А также: бескрайние австралийские пустыни, пересечённые хайвеями, неимоверное количество крутых водил, крутых тачек и крутых байкеров, почти неузнаваемый молодой Мэл Гибсон с меланхоличным взором и экшн. Много экшна.

Цикл состоит из следующих фильмов:

• «Безумный Макс» (1979) — самый первый фильм, действие в котором происходит ещё до ядерной катастрофы, соответственно, сеттинг ещё не приобрёл свои канонические черты;
• «Безумный Макс 2: Воин дороги» (1981) — наверное, самый известный фильм цикла, заложивший основы жанра;
• «Безумный Макс 3: Под куполом грома» (1985) — светлее и мягче предыдущих, где антиутопия местами играет в утопию и фарс;
• «Безумный Макс: Дорога ярости» (2015) — интерквел, действие которого номинально происходит между первым и вторым фильмами, но по сути являющийся скорее перезапуском франшизы — и блестящим при этом;
  • «Фуриоза: Хроники Безумного Макса» (2024) — первый и пока единственный фильм, где ни разу не появляется собственно Макс. Фильм рассказывает предысторию главной героини предыдущего фильма, воительницы Фуриозы.

Цикл примечателен тем, что при обилии экшн-сцен и головокружительных трюков почти не использует компьютерную графику — что с первыми тремя фильмами понятно, они были сняты в докомпьютерную эру, но даже в «Дороге ярости» Джордж Миллер лез из кожи вон, чтобы всё было по-настоящему. 80 % трюковых сцен в «Дороге ярости» выполнены каскадёрами и с использованием пиротехники. А первый фильм, «Безумный Макс», по соотношению «прибыль-затраты» оказался одним из самых прибыльных проектов в истории кино: он был снят за смехотворную (даже по тем временам) сумму в 350 тыс. австралийских долларов, а принёс своим создателям более ста миллионов.

Художественные приёмы и тропы

• Антигерой — Макс отнюдь не рвётся причинять добро и наносить пользу. В первом фильме его реакция на искалеченного (и, возможно, умершего) товарища — бросить все к чертям и уехать с женой в отпуск. В решительный бой со злом он вступает только после гибели семьи. Во втором фильме он поддерживает поселенцев лишь потому, что хочет разжиться бензинчиком, а на самоубийственную миссию решается только потому, что бандиты оставили его без машины. В третьем он вообще вступает в преступный сговор с Тётушкой, а защитником слабых и обиженных становится только после того, как Тётушка кидает его во всех смыслах. В четвертом он вполне готов бросить Фуриозу и женщин на расправу Несмертному Джо, и если бы не жанровая смекалка Фуриозы — так бы и сделал…
• Безобидная рана — аверсия, ибо Джордж Миллер по образованию врач и в ранениях толк знает. Когда в первом фильме Максу стреляют в колено, во всех последующих он хромает; когда в конце второго повреждают глаз, глаз так и остаётся травмированным.
• Бой-баба — Фуриоза. Вместе с ней идут рядом женщины из клана Вувалини, в котором росла Фуриоза, и Амазонка из «Воина дороги».
• Бонус для местных — в первом фильме, когда механик перечисляет «навороты» нового перехватчика, он упоминает «Phase IV heads» — «Фаза 4» — гоночная версия австралийской модели «Форд Фэлкон». Всего таких машин было, как не удивительно, четыре — две для кольцевых гонок, одна для ралли и одна гражданская, заказанная местным диллером через ордер заказа, однако, по легенде, австралийская дорожная полиция закупила некоторое количество таких машин, известных среди водителей как «Candy Cars».
• Васкес должна умереть — во втором фильме амазонка-воительница гибнет, подружка Капитана Гиро благополучно спасается. Инверсия в четвёртом — бой-баба Фуриоза остаётся жива, а Ангарад погибает.
• Героическое самопожертвование:
  • В «Воине дороги» — Паппагалло и все защитники фуры, кто знал заранее, что их роль — любой ценой отвлечь бандитов от настоящей цели.
  • В «Куполе Грома» — сам Макс, который идет на таран, чтобы расчистить полосу для взлетающего самолета с племенем и Мастером. Он полностью осознавал, что либо погибнет под колесами, либо попадет живым в руки Тетушки, чью империю только что расколбасил, а как Тетушка умеет расправляться с противниками, он знает по себе. У Тетушки случился внезапный приступ великодушия, но Макс никак не мог на это рассчитывать.
  • В «Дороге ярости» — Накс, оставшийся в боевой фуре после того, как Риктус Эректус оторвал часть двигателя и заваливший проход ценой своей жизни и уничтоженной боевой фуры.
• Горизонт отчаяния — Макс переходит его в первом фильме, когда погибают его жена и сын.
• Грызть реквизит — тут это очень любят, особенно злодеи.
• Детская неуязвимость — зигзагом. В первом фильме убивают жену Макса вместе с ребёнком, в четвёртом погибает сильно беременная девушка. Зато во втором и третьем детишки выживают.
• Дружба начинается с поражения — Капитан Гиро из второго фильма. В начале неудачно атакует Макса и вынужден в обмен на свою жизнь рассказать тому ценную информацию. По ходу фильма они пересекаются еще несколько раз, и Гиро предлагает скептически настроенному Максу работать в команде. В итоге помогает Максу и племени Паппагалло в сражении против Лорда Хьюмангуса, а после смерти самого Паппагалло — становится новым предводителем племени.
• Жанровая смекалка — её проявляют и сам Макс, и другие персонажи.
• Женщина в холодильнике — а как вы думаете, почему Макс сделался одиноким воином дороги?
• Идиотский сюжет — весь первый фильм. Главным образом потому, что там злодей пишет сюжет, причем злодеи — просто исключительные долбоклюи и психи, творящие зло ради самого зла.
• Кошка по имени Нэко — первый фильм: сын Макса по имени Спрог, что на австралийском слэнге значит «ребёнок». Второй фильм: собака по имени Пёс.
• Крутая бабуля — бабуля Мэй Суэйзи в первом фильме и оставшиеся «матери» из родного племени Фуриозы. Эти бабушки не тратят пуль зря, у них один выстрел — один труп.
• Крутая тачка — множество, но особенно «перехватчик» Макса и боевая фура Фуриозы в «Дороге ярости».
• Крутой гей:
  • Злобные байкеры во втором фильме. Да, они отморозки, трахают всё, что шевелится, и носят прикиды из садомазосалона. Но они крутые.
  • В первом же носимые ими выцветшие лохмотья выглядят ещё не как проявление каргокультизма более поздних авторов жанра, а как вполне практичная байкерская одежда, в меру побитая жизнью. Все куртки, шлемы, маски и перчатки будто можно купить в ближайшем специализированном магазине. Характерная же для постапокалиптических рейдеров фриковатость проявляется пока ещё только в повадках вроде очень специфической мимики, ужимок и кривляний, идущих от прямо обусловленной комиксным происхождением франшизы гипертрофии характеров.
  • А вот Фифи, наоборот, вполне можно считать образцовым гачи-батей.
• Культ карго:
  • Дети потерпевших авиакатастрофу мечтают о возвращении мессии — капитана самолёта, чтобы он вернул их в мир высоких домов, рассказывая эту историю, ритуально изображают телевидение и т. д. Ещё они очень боятся злой ведьмы Торбулентии, которая сломала тот самый самолёт (в оригинале «gang called Torbulence», то есть банда).
  • С прикрученным фитильком — в четвёртом фильме у гвардии личных камикадзе главного злодея есть осовремененное представление о Вальхалле, где они смогут вкусить чизбургеров и запить акваколой.
• Леди-воительница — одетая в белое амазонка в «Воине дороги». В третьей части — Тётушка Энтити.
• Моложе, чем выглядит — сам Макс Рокатански во второй части фильма. Гибсону было на тот момент 25 лет, его персонажу также около двадцати с лишним, но он выглядел заметно старше своих двадцати лет. Седина также добавляет соответствующий эффект «потёртости» внешности. Если сводить всё именно к истории персонажа, то он заметно состарился из-за событий прошлого и настоящего. Да и в свои 22 года Гибсон не выглядел на эти самые 22, выглядел постарше.
• Мир-помойка — собственно, весь мир состоит из развалин, песка, груд мусора и железа с трупами, ничего целого не осталось. Всё собрано из обломков.
• Неформалы-бандиты — как бы не кодификатор.
• Одевается в секс-шопе — банда Хьюмонгуса.
• Оммаж:
  • Сцена из второго фильма, где Гиро-Капитан вывозит Макса на вертолете, процитирована во «Властелине колец», в сцене спасения Фродо орлами. Сам актёр Брюс Спенс сыграл там же Посланника Саурона.
  • Возможно Джеймс Ван при создании «Пилы» вдохновлялся концовкой первого фильма, где Макс карает Джонни-Боя.
  • Стилистика костюмов рейдеров в играх серии Fallout навеяна именно этой серией фильмов.
• Панургова полиция — в первом и заглавном фильме франшизы, в полный рост.
  • А впрочем, полиция ли это вообще? Узкоспециализированное разделение экипажей на «Патрульных», «Преследователей», «Перехватчиков» и др., полупопугаистый раскрас машин, внутренние расхлябанность и слабая дисциплина, а также необходимость ютиться в здании, выглядящем изнутри полуразрушенным, навевает скорее на мысли либо о глубоко частной структуре, либо вигилантской группировке а-ля «Рыцарь Дорог» или Street Hawk, либо совершенно отдельном от полиции ведомстве (типа Корпуса Судей, N. A. R. C. из одноимённой игры или Полиции Метро из французского фантастического романа «Метро-3000», который очень большая просьба не путать с трилогией Глуховского), заточенном строго под борьбу с преступностью именно дорожной.
• Первая часть — отдельно: в первом фильме было просто австралийское захолустье лишь с лёгким налётом дистопичного футуризма, во втором — постапокалипсис, и понятно, что в дальнейшем он никуда не денется. Четвёртый вариант (возможно, с долей мягкого пятого).
• Постапокалипсис — собственно, эталон (хотя и не первопример) такого явления, как постапокалипсис в кино. Именно тот пустынный постапокалипсис с безумцами на байках и прочими атрибутами, знакомыми нам по Fallout. А потом уже множество и множество отсылок в литературе, манге, аниме и так далее.
• Почему ты отстой — тирада Паппагалло Максу в «Воине дороги», призванная пробудить в Максе совесть.
• Прибавить экшона в сиквеле — мало того, что в первом фильме еще не было темы постапокалипсиса, он сам был больше полицейской драмой с небольшим количеством экшна в основном в начале и конце. А вот дальше количество экшна начало расти от части к части в геометрической прогрессии.
• Ружьё Чехова:
  • Перехватчик Макса в первом фильме. В начале его демонстрируют Максу, чтобы тот остался в ОСП. Но затем ближе к концу фильма он угоняет машину и использует, как орудие мести.
  • Мина-ловушка во второй части, которую установил Макс на свой Перехватчик в случае, если кто-то вздумает оставить его без топлива. Она как раз таки и спасает Максу жизнь.
• Садистский выбор — в первом фильме Макс приковывает бандита к горящему автомобилю и даёт ему ножовку. Сгори заживо или отпили себе ногу и спасись. Бандит не смог отпилить себе ногу.
  • Правда, он это заслужил, и это вполне себе кармическая справедливость — бандит и его подельники сожгли друга Макса вместе с машиной.
• Странности в первой части — по сути, если речь идет о Безумном Максе, либо вспоминают Дорогу ярости, либо 2 часть (или на крайняк 3-ю). Первый Макс сейчас мало чем напоминает постапокалипсис, больше похоже на то, что в Австралии просто увеличился рост преступности, дофига шизофреников сбежало из психушки, и все дружно забили на правила дорожного движения. В первой части есть ещё более-менее цивилизованное общество и города (да и адвокаты имеются на удивление, еще и мороженным можно закупиться). По фильму так и не понятно: произошла ли катастрофа или нет, потому что в последующих частях все резко превратилось в пустыню, где нет ничего. Экшена мало и технические ляпы видны невооруженным глазом, но можно признать, что режиссер умудрился снять за 350 тысяч долларов очень эффектное и атмосферное кино с более-менее драматичным сюжетом, да и местами первый фильм реально пронизан безумием больше, чем последующие части оригинальной трилогии.
  • Впрочем, все странности на поверку оказываются мнимыми, если знать исторический контекст появления фильма. Лишь немногие знают, что фильм на самом деле — экранизация выходившего с 1976 г. одноимённого австралийского комикса. Сначала Суэцкий, а затем и 1973 г. кризисы, хоть и докатились в своё время до Австралии в силу её полуизолированного положения позже остальных стран, но и ударили по ней по тем же причинам ощутимо больнее. Автор комикса (нет, это был не Миллер!) с ужасом наблюдал становящиеся помаленьку обыденностью длиннющие очереди на заправках, с совершенно неизбежными хамством и даже мордобоем, а также лимитом на выдачу топлива в одни руки, вооружённые налёты сначала на эти же заправки, а затем и нефтехранилища, появление «дорожных пиратов», тормозящих проезжающие в одиночку машины с требованием «Жизнь или горючка?», и решил, не мудрствуя лукаво, просто поспекулировать на тему того, а что, если запасы нефти на планете вообще подойдут к своему исчерпанию — и далее просто экстраполировать вновь повторившуюся в ещё более острой форме ситуацию, начиная, например, с введения в стране экстремального правосудия. Причём между первоисточником и адаптацией, как это обычно бывает, есть и расхождения — если в фильме у инспектора Рокатански в семейной жизни практически идиллия, хоть по итогу и растоптанная подлыми бандитами, то в комиксе его брак, наоборот, трещит по всем швам, а сам герой страдает от запущенного ПТСР, депрессии и алкоголизма, и балансирует на той грани, за которой тупо станет неотличим от тех, кого по долгу службы призван обезвреживать. Шероховатости сюжета на деле суть прямое следствие того, что уже сам комикс будто так и не определился, «а чем же я, собственно, быть-то хочу» — автора прямо в процессе работы постоянно колбасило из стороны в сторону, из-за чего моменты почти что сугубо английского юмора с едва ощутимым налётом монтипайтоновщины чередуются со сценами семейной драмы, оттуда уже сюжет кидает в среднестастический такой криминальный боевик, но только уже почему-то со вкраплениями фантастики в духе полусупергероики либо же шпионских боевиков а-ля Бонд. И всё эти противоречия Миллер без всякой предварительной «отфильтровки» перенёс в свой фильм, попутно добавив также характерные для всего 70-нического Голливуда в целом сомнительной уместности эротику (которую, впрочем, можно списать на отголосок хиппизма) и несколько моментов (например, сбивающую детей машину), которые даже уже в более поздние и толерантные к насилию на экране времена — вроде 80-х, 90-х и последующих десятилетий — сочли бы какой-то неоправданной жестокостью ради жестокости (их, заодно, впрочем, и с предыдущим пунктом, вполне можно объяснить инерцией не прошедшего ещё опьянения от отмены «Кодекса Хейса», после которой кинематографисты радостно принялись, кто во что горазд, ощупывать на прочность границы допустимого в кино и оттаптываться на костях отринутых норм и ограничений). Линия же на постапокалипсис вообще вырисовалась почти случайно — вскоре после выпуска первой экранизации автор комикса впал в глубочайший творческий кризис, и ему понадобился благовидный предлог, чтобы хоть поставить в серии хоть какую-то точку, некий ужасный конец, призванный прекратить ужас без конца, поэтому он и пошёл на заведомо абсолютно вымученный (в рамках, конечно же, оригинального комикса) ход с ядерной войной за остатки ресурсов. Однако ни издательство, ни читатели не остались удовлетворены слитым финалом, и историю пришлось продолжать дальше, попутно дав и пищу второй экранизации. Тем не менее, уже к середине 80-х комикс тихо и незаметно издох где-то на задворках, не дожив даже до «Под куполом грома», а сам автор настолько устал от своего детища, что и даже отстаивать своего авторского права не стал, и лишь тогда «отцом» франшизы официально стал уже Миллер.
• Устоявшийся неточный перевод — строго говоря, Макс в всех фильмах не Безумный, он Бешеный Макс.
• Цветовой дресс-код — во втором фильме хорошие поселенцы одеты в белое (ну, в грязно-белое), плохие отморозки (и антигерой Макс) — в чёрные кожаные прикиды разной степени извращённости.
• Чёрный кожаный прикид — в первом фильме с иголочки, начиная со второго — потёртый и драный до неузнаваемости.
  • И кстати, чёрная кожанка с одним рукавом из Fallout'а — оммаж к Максу.
• Что стало с мышонком? — в первом фильме так и не выясняется, выжили или нет Гус и жена Макса.
  • Правда, во второй части таки в прологе выясняется, что его любимые точно мертвы. Промелькнули кадры с импровизированными крестами на могилах и Максом, что их сделал. Тем самым подтверждая смерть жены и сына. Гус же остаётся за кадром. Вероятно, тоже мёртв. По первоначальной задумке Лорд Хьюмангус должен был быть обезумевшим Гусом, но от этого отказались.