Покаяние

Покаяние (груз. მონანიება, монаниеба) — фильм-притча грузинского советского режиссёра Тенгиза Абуладзе, снятый в 1984 году. Он был запрещён сразу после выхода, но снова разрешён в 1987 году с приходом эпохи гласности, после чего выиграл Гран-при на Каннском кинофестивале в том же году.

Покаяние
Общая информация
Жанр	Притча Артхаус
Страна производства	СССР
Киностудия	Грузия-фильм
Режиссёр	Тенгиз Абуладзе
Автор сценария	Нана Джанелидзе Тенгиз Абуладзе
Когда вышел	1987 (снят в 1984)
Продолжительность	153 минуты
В главных ролях:
Автандил Махарадзе	Авель Аравидзе/Варлам Аравидзе
Ия Нинидзе	Гулико Аравидзе
Мераб Нинидзе	Торнике Аравидзе
Зейнаб Боцвадзе	Кетеван Баратели
Кетеван Абуладзе	Нино Баратели
Давил Гиоргоибиани	Сандро Баратели
Кахи Кавсадзе	Михеил Коришели
Верико Анджапаридзе	странница-богомолка

(link)

Фильм целиком

Сюжет

В одном грузинском городке умирает Варлам Аравидзе — бывший городской голова, очень уважаемый среди многих людей. На следующее утро после похорон его труп внезапно обнаруживают у себя на усадьбе сын (и новый городской голова) Авель и невестка Гулико. После перезахоронения он снова оказывается у них во дворе, и даже когда на могилу ставят решётки, его всё равно выкапывают. В итоге было решено поймать осквернителя могилы. Внук Варлама Торнике подстреливает осквернителя, когда тот попытался снова откопать труп — им оказалась местная кондитерша по имени Кетеван Баратели. Во время суда она призналась, что действительно выкапывала тело, но всячески отказывалась признавать за этим свою вину и даже пообещала, что будет дальше выкапывать Варлама. На возмущение присяжных она начала рассказывать историю из своего детства.

Кетеван было всего 8 лет, когда Варлам Аравидзе стал градоначальником. Отец Кети, художник Сандро Барателли, в то время боролся за сохранение местной церкви, которую хотят разрушить и на этом месте построить научно-исследовательскую лабораторию. Варлам очень уважает Сандро за его талант в изобразительном искусстве, поэтому однажды приходит к нему в гости в надежде переубедить художника рисовать в другом, «более правильном» стиле, однако Сандро верен своим убеждениям. Получив отказ, Варлам приказывает арестовать и выслать беднягу без права переписки. Вскоре приходят и за матерью Кети Нино.

История Кетеван очень шокировала внука Варлама, Торнике, который, похоже, впадает в апатию не столько из-за самой истории, сколько из-за того, что отец всячески пытался оправдывать преступления деда. Отец с сыном ссорятся, и после очередной ссоры Торнике стреляется из ружья, подаренного ему дедушкой. В отчаянии, Авель сам откапывает своего отца и сбрасывает труп с горы.

Тропы и штампы

• Аллюзия. Варлам Аравидзе — собирательный образ диктаторов (и их пособников) ХХ века. Гитлеровские усы, бериевское (и гиммлеровское) пенсне, одежда чернорубашечников Муссолини. От дуче, к тому же, Варламу Аравидзе досталась привычка к экстатическим речам с балкона.
• Анахронизм, пополам с В будущем одеваются как в прошлом — сюжет фильма происходит вроде бы в ХХ веке. Но местные стражи порядка ходят в средневековых рыцарских доспехах, а судьи одеваются как в XVIII веке.
• Бафос-нежданчик — ответ подсудимой «Мне не нужны доказательства — я говорю ПРАВДУ!» на вопрос о доказательствах заявленных ею преступлений покойного Аравидзе. В Перестройку эти слова могли быть лозунгом эпохи, но у современного зрителя (даже не интересующегося политикой) вызовут противоположное ощущение. Ибо слишком много подробной «правды» было придумано и разоблачено за прошедшие десятилетия.
• Вам террористы, нам партизаны — для кого-то Варлам — многоуважаемый человек, больше, чем родственник, а для кого-то — тот, кто не достоин быть преданным земле.
• Гулаги и рабы — режим Аравидзе явно отсылает к сталинским репрессиям.
• Диссонирующий саундтрек:
  • Песня «Sunny» группы Boney M в сцене самоубийства Торнике.
  • В сцене смерти Сандро и взрыва храма звучит «Ода к радости» Бетховена
• За себя и за того парня/Ксерокопированное поколение — Автандил Махарадзе одновременно в роли Варлама Аравидзе и его сына Авеля.
• Знаменитая завершающая фраза:

«	Странница: Скажите, эта дорога ведёт к храму? Кетеван: Это улица Варлама. Не эта дорога ведёт к храму. Странница: Тогда зачем она нужна? К чему дорога, если она не приводит к храму?	»
— Диалог старушки-богомолки и главной героини

• Коронная фраза — «Мир дому сему!» (местные стражи порядка пришли арестовывать очередную жертву).
• Общие семейные причуды — Сандро и Кетеван Баратели были мастерами изобразительного искусства (отец — художник, дочь — кондитерша). К тому же, Сандро защищал храм как объект культурного наследия, а Кетеван делала торты в форме храмов.
• Отвратительный толстяк — Варлам и Авель Аравидзе.
• Посмертная казнь: труп Варлама Аравидзе, умершего градоначальника-диктатора, раз за разом выкапывает кондитерша Кетеван, чьих родителей Варлам некогда репрессировал. А в финале труп Варлама выкапывает и на этот раз сбрасывает с горы уже его сын.
• Потомки проклянут вас — как бы не один из кодификаторов.
• Псевдомилый злодей — злобный, но харизматичный Варлам.
• Разбитый идол — для многих таким стал Варлам Аравидзе, особено для Торнике.
• Родитель-одиночка — таким был Варлам для Авеля.
• Символическое имя — фамилии Аравидзе не существует, оно было придумано от грузинского слова არავინ (аравин), которое означает никто.
• Яблоко от яблони далеко падает — если Варлам был харизматичным градоначальником, постоянно шутил и грыз реквизит, то у Авеля постоянно лицо кирпичом.
• Это был только сон — сразу за сценой выбрасывания Авелем трупа отца действие возвращается в начало фильма, к разговору Кетеван и Михеила об умершем Варламе, из чего можно сделать вывод, что вся история произошла в голове у кондитерши. А затем следует знаменитый диалог Кетеван с богомолкой.