Речь адвоката
Речь адвоката — сцена судебного разбирательства, в которой защитник произносит перед судьёй или присяжными развёрнутую речь, призванную убедить их принять решение в пользу его подзащитного. В отличие от обычных судебных прений, такая речь становится самостоятельным драматическим эпизодом, а нередко и кульминацией всего процесса.
Адвокат может последовательно разобрать доказательства, вскрыть противоречия в обвинении, указать на юридические тонкости, воззвать к совести присяжных или продемонстрировать несправедливость самого закона. В зависимости от личности защитника и обстоятельств дела речь может быть строгой и логичной, пламенной и эмоциональной, а иногда и откровенно манипулятивной. При этом убедительность речи вовсе не гарантирует ни успеха, ни справедливости: судьи и присяжные могут оказаться предвзятыми, закон — несправедливым, а адвокат — настолько искусным, что сумеет добиться оправдания настоящего преступника.
Возможные варианты отыгрывания тропа и его последствий:
- Торжество справедливости — защитник разбивает аргументы обвинения, и невиновный выходит на свободу.
- Глас вопиющего в пустыне — речь убедительна, но предвзятость суда или общества оказывается сильнее.
- Защита любой ценой — адвокат использует своё красноречие, юридические тонкости и лазейки в законодательстве, чтобы добиться выгодного для подзащитного решения, даже если прекрасно знает, что тот виновен. Может пересекаться с тропом Голливудский адвокат, но не обязательно: сама по себе защита виновного, в том числе с использованием всех законных средств, не является нарушением профессиональной этики.
- Речь вместо доказательств — судьба дела решается не столько фактами, сколько эмоциональным воздействием на судей или присяжных.
- Судебный спектакль — защитник превращает выступление в представление, иногда доходя до откровенного фарса.
Не следует путать речь адвоката с эффектным перекрёстным допросом, когда защитник разоблачает заблуждение или ложь свидетеля или предъявляет решающее доказательство. Даже если именно этот эпизод определяет исход процесса, без самостоятельного выступления перед судом это другой приём.
Примеры
Мифология и фольклор
- Старше, чем феодализм: древнегреческое предание о суде над Фриной — знаменитый оратор Гиперид защищал гетеру и натурщицу Фрину, обвинённую в нечестии. Согласно наиболее известной версии предания, когда его красноречия оказалось недостаточно, он сорвал с подзащитной одежды (по другим текстам, обнажив только до пояса, или одежды сбросила сама Фрина по его знаку). Сочетание красоты Фрины и принятых представлений о гармонии внешних и душевных качеств привело к оправданию. Историчность эффектной сцены сомнительна, хотя сам процесс и выступление Гиперида имеют историческую основу (около 350—340 гг. до н. э.).
Литература
- Стивен Винсент Бене, «Дьявол и Дэниэл Уэбстер» — Даниэль Уэбстер, реальный американский политик и юрист, в рассказе вызвался защищать фермера-неудачника Йависа Стоуна, который ради прибыли продал душу дьяволу. В конце на суде он произносит речь, после которой присяжные и судья (набранные дьяволом из различных преступников и злодеев) вынуждены были принять решение в пользу Стоуна. Это же относится к обоим экранизациям рассказа.
- Владимир Войнович, «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина», книга вторая, «Претендент на престол» — инверсия. На показательном процессе над Чонкиным назначенный защитник начинает речь с напоминания о профессиональном долге адвоката, вспоминает, как защищал воров, грабителей и убийц, но затем заявляет, что как советский человек и коммунист не может защищать столь ужасного преступника. Вместо этого он намерен защищать от подсудимого народ, страну и советскую власть, а потому полностью поддерживает требование обвинителя о суровом наказании — не пытаясь убедить суд в чём-либо, а лишь дополнительно подтверждая заранее определённую виновность подсудимого.
- И.Ильф и Е.Петров, «Золотой телёнок», глава XXII «Командовать парадом буду я» — пародирование Остапом Бендером заключительной речи защитника при изложении Корейко собранного на него досье, исполненное «в скверной манере дореволюционного присяжного поверенного», с неоднократным обращением к воображаемым «присяжным заседателям» и с завершением «Да, господа присяжные заседатели, мой подзащитный грешен. Это доказано. Но я всё-таки позволю себе просить о снисхождении, при том, однако, условии, что подзащитный купит у меня папку. Я кончил».
- Харпер Ли, «Убить пересмешника» — заключительная речь Аттикуса Финча на процессе Тома Робинсона. Аттикус последовательно показывает несостоятельность обвинения и обращается к принципу равенства людей перед законом. Однако расовые предрассудки присяжных оказываются сильнее его аргументов: Том признан виновным.
- Мелвилл Дэвиссон Пост, «Corpus delicti» — выступление Рэндольфа Мейсона, освобождающее по формальному принципу убийцу, вина которого очевидна по совокупности множества косвенных улик всем присутствующим. Обычно речь адвоката подытоживает представление свидетельств и доказательств и их обсуждения, Мейсон же фактически заменяет ею всю защитную часть разбирательства. Он не опровергает доказательства обвинения, не пытается вызвать сочувствие к подсудимому и даже не предлагает присяжным альтернативную версию событий. Вместо этого он показывает, что в силу особенностей действующего в штате законодательства (того самого corpus delicti) убийство, которое произошло без непосредственных свидетелей и не оставило останков для непосредственного обследования, вообще не может быть передано на их рассмотрение, лишая их возможности принять какое-либо иное решение. И судья, и обвинитель, и присяжные, и зрители прекрасно понимают, к чему привёл юридический манёвр Мейсона, но судья вынужден применить закон и предписать присяжным подтвержление оправдательного вердикта.
Театр
- Гильберт и Салливан, комическая опера «Суд присяжных» (1875) — пародия с поправкой на то, что фактически речь о гражданском иске о нарушенном обещании жениться. Адвокат Истицы исполняет номер «May It Please You, My Lud», обращаясь к судье и присяжным и эмоционально расписывая страдания девушки, которую жених оставил перед свадьбой, при этом речь регулярно прерывается сочувственными репликами хора, а сама истица демонстративно рыдает.
- Лин-Мануэль Миранда, мюзикл «Гамильтон» (2015) — пограничный случай на уровне упоминания в номере «Non-Stop». Во время судебного процесса Леви Уикса (первого процесса об убийстве после декларации независимости) работающий адвокатом молодой Александр Гамильтон, которому по согласованной с Бёрром и Брокхолстом стратегии полагалось допрашивать свидетелей, увлекается обращением к присяжным, фактически переходя к адвокатской речи. Полноценного выступления зрителю не показывают: эпизод служит прежде всего характеристикой героя, склонного брать инициативу на себя и демонстрировать свой интеллект и красноречие.
Кино
- «Берегись автомобиля» — троп отыгрывает Подберёзовиков, являясь следователем по делу о похищениях автомобилей, то есть стороной обвинения (впрочем, оговорив, что узнав, что подследственный его друг, отвёлся от дела и выступает на правах свидетеля): «Я понимаю, товарищи судьи, перед вами сложная задача. Деточкин нарушал закон, но нарушал из благородных намерений. Он продавал машины, но отдавал деньги детям. Он, конечно, виноват, но он… не виноват! Пожалейте его, товарищи судьи: он очень хороший человек.» Не наказать не могли, но дали минимальный срок.
- «Время убивать» — адвокат Джейк Бриганс берется защищать Карла Ли Хейли, отца изнасилованной и искалеченной двумя белыми расистами чёрной девочки, пристрелившего её насильников. В заключительном слове он предлагает присяжным представить ход преступления (пересказывая все в деталях), а в самом конце просит инвертировать в воображении расовую принадлежность участников. Хейли оправдывают.
- «Лжец, лжец» с Джимом Керри — лишенный возможности лгать адвокат Флетчер Рид ухитряется выиграть суд, неожиданно обнаружив, что его клиентка (неверная жена) подписала предбрачный договор (так называемый prenuptial), будучи несовершеннолетней. После короткого допроса он экспромтом разражается торжествующей речью перед судом: договор недействителен, супружеская измена клиентки юридического значения не имеет, и ей полагается половина имущества мужа. Изложение правовых аргументов подается откровенным фарсом и пошлой жестикуляцией, однако оказывается достаточно убедительными, чтобы судья вынес вердикт в его пользу.
- «Неизвестный в доме» (1992) — по мотивам романа Жоржа Сименона. Жак Лурса (Жан-Поль Бельмондо) — в прошлом талантливый адвокат, после самоубийства жены отошедший от дел и спивающийся. Внезапно в его доме находят труп наркоторговца, в убийстве которого обвиняют друга его дочери. Лурса понимает, что юноша не виновен и решает стать его защитником, а параллельно проводит собственное расследование. В финальной речи он доказывает невиновность своего клиента, а также разоблачает настоящего убийцу (которым оказался племянник адвоката).
- «Правосудие для всех» (1979) — Артур Кёркланд (Аль Пачино) успешный адвокат, которому поручено защищать судью Флеминга, известного своей любовью отправлять людей в тюрьмы. Флеминга обвиняют в изнасиловании, причём по ходу сюжета Кёркланд получает доказательства его вины, а потом и судья признаётся, уверенный что суд лишь формальность и его в любом случае отмажут. В финале главный герой произносит пламенную речь, как будто бы о том что его подзащитный не виновен, но под конец внезапно меняется и уже сам обвиняет Флеминга в преступлении.
Телесериалы
- «Доктор Куин, женщина-врач» — минимум пара примеров с прикрученным фитильком
- В эпизоде S1e4 «The Law of the Land» иммигрант Йохан крадет корову у богатой скотовладелицы мисс Олив ради голодающей родственницы на фоне того, что им не позволяют и взять еды в кредит и заплатить остальное позже (приемный сын протагонистки потом признается, что подал идею и помог). Микейла предлагает хозяйке деньги в возмещение, но та отказывается из принципа, что преступление должно быть наказано. На импровизированном суде (окружной судья не смог приехать из-за занятости, но доверил свеженазначенному шерифу выступить как его представителю) доктор говорит о причинах, толкнувших на кражу и о том, что до этого могло не дойти, прояви жители сочувствие к таким же переселенцам, как они когда-то, лишь более поздним. Мисс Олив отзывает свою жалобу о краже, впрочем, говорит парням, что они должны отработать — и напоследок говорит Микейле «You would make a fair lawyer».
- В эпизоде S3e23 «Permanence of Change» обнаруживается жестокое обращение опекуна с приемной дочерью, большинство жителей городка считает, что стоило бы забрать ее у истязателя, но не имеют к этому законных оснований. После обнаружения прецедента отнятия у жестокого хозяина пострадавшей лошади, Микейла решает пойти от этого через приравнивание девочки к животному согласно теории эволюции (мягко говоря, непопулярной в то время среди обывателей). Заявление этого на заседании городского совета с зачитыванием из книги Дарвина отвергают, ссылаясь на описание отдельного сотворения человека в Библии, однако следом Микейла цитирует стихи 3:19-20 из Экклесиаста, добавляя от себя «Все мы Божьи создания, заслуживающие гуманного обращения, особенно дети». Правление совета, включая священника, единогласно голосует «за».
Визуальные новеллы
- Ace Attorney — поскольку добрая половина процесса этих игр занимает суд, то и для тропа место нашлось. Причём все эти «OBJECTION!» давно уже стали мемами и объектом пародий, вроде САПОГОМ ПО БАШКЕ!
Комиксы
- Астерикс — пародия на троп. Главных героев осудили и уже готовы скормить львам (которых они не боятся) и тут они узнают, что среди зрителей будет Цезарь, чей лавровый венок галлы решили стянуть. В итоге Астерикс сам выступает с речью, где клеймит себя и друга, что они обманом втерлись в доверие к семье, которая купила их как рабов и за свои преступления должны быть брошены зверям. Судья удовлетворил их просьбу, вот только Цезарь был занят и на играх не был.