Лицемерная басня
| « |
Значит, из холодного, вычеркните по триста грамм водочки с огурчиком солёным, салатик, помидорки, селёдочку с луком, картошечку горячую с укропом, да, редисочку вычёркивайте с борщом и сметаной, рыбу жареную с пюре и мороженое, да, и томатный сок со льдом. Всё вычёркивайте. Мы идём плавать, купаться и загорать. Что значит принесли? |
» |
| — Михаил Жванецкий | ||
Кто-то пытается выступать за всё хорошее и осуждать всё плохое… вот только всё плохое он сам обожает до крайности, и это прекрасно видно из собственно подачи информации в басне. Потому что о плохом он будет говорить со знанием дела, с подробностями, смакуя их и расписывая, как герои басни злодействуют, а хорошее неубедительно победит в конце. Как-то. Наверное. Ну вот сам автор не верит в то, что оно канонически в описанных обстоятельствах победит, и всё тут. Поэтому урок из его басни если и извлекается, то либо прямо противоположный заложенной морали, либо состоящий исключительно в понимании кое-чего нехорошего об авторе.
В самых клинических случаях персонажи лицемерных басен просто практикуют серобуромалиновую или готтентотскую мораль, и любимчикам автора в них позволено то, что для всех остальных — фу-фу-фу, как можно, плохо же! Но при этом авторские любимчики — хорошие, и ни в коем случае не перепутайте!
Лицемерная басня из всех подвидов неудачных басен чаще всего встречается в качестве внутримирового примера. Прекрасный способ охарактеризовать персонажа — дать ему прочесть такую басню. Как минимум смешно будут выглядеть потуги алкоголика агитировать за трезвость, чревоугодника — за умеренность, распутника — за целомудрие, безбожника — за веру, предателя — за патриотизм и т. д. Также через лицемерную басню можно показать, что персонаж очень хотел бы предаваться порокам, о которых с таким пылом говорит, но по каким-то причинам не может. Или, наоборот, что персонаж основательно прогнил и в глумлении над добром, особенно перед неиспорченной аудиторией, принимающей тонкий глумёж за чистую монету, находит отдельное удовольствие.
Возможен также вариант, когда «всё хорошее» на деле не такое уж и хорошее, да и «всё плохое» — не такое уж и плохое, но сверху спущен приказ агитировать, и автор крутит в кармане фигу, формально подгоняя историю под требования цензуры. С точки зрения соответствующей идеологии он, конечно, лицемер, но по-человечески его понять можно.
Также бывает, что басня сама по себе не такая уж и неудачная, а лицемерной её делает только личность того, кто её рассказывает, и его сопутствующие поступки. Но чаще всего личность эта всё же такова, что неудачности собственной басни не замечает.
Примеры
Фольклор
- Над рассказчиками лицемерных басен нередко иронизируют в анекдотах. Антиалкогольные кампании всегда порождали шутки об агитирующих за здоровый образ жизни пьяницах (см. эпиграф), существует целый пласт анекдотов о прелюбодействующих священниках и коррумпированных политиках, которые якобы борются с коррупцией. Есть подобные шутки и об армии:
| « | В танковую часть с инспекционной проверкой приезжает генерал. Ходит хмурый по части и устраивает разнос:
— Это что — танки? Это не танки — это куча металлолома! Это что — солдаты? Это не солдаты — это бабы растрёпанные! Это что — офицеры? Это не офицеры, это пьянь подзаборная! Всё продолбали! А если завтра война? Кто Родину защищать будет, я, что ли? Да на хрен она мне сдалась!!! |
» |
| — Оговорка по Фрейду | ||
- Вариант того же анекдота «А на войну пойдёте — тоже будете спрашивать товарища полковника, что делать? Так товарища полковника там не будет!» То есть за неинициативность и трусость военных ругает человек, планирующий в случае чего отсиживаться в тылу, а то и дезертировать/перебежать на сторону врага.
- «Может ли внук генерала стать маршалом? Нет, конечно! У маршалов тоже есть внуки» и разнообразные вариации этого анекдота, в том числе и гражданские, типа «Я не потерплю кумовства в нашей организации! Сынок, после совещания зайди ко мне в кабинет, поговорим о повышении».
- «Как вы заработали ваш первый миллион?» — «Ну, ещё в школе я на карманные деньги купил тряпку и жидкое мыло и пошёл на улицу мыть стёкла в машинах… а потом я получил наследство от богатого дядюшки!»
- И аналогичные анекдоты, где богач даёт советы о том, как разбогатеть: рано вставать, вести ЗОЖ, усердно учиться, родиться в семье миллионера, разумно экономить…
- Часто это не совсем лицемерная басня, они просто воспринимают многие вещи, как нечто само собой разумеющееся. Особенно заметно это по семье Масков: тот же Илон любит прибедняться, как он в начале своей карьеры спал на дивание в офисе. А его мать как-то выпустила мотивационную книгу, которая начиналась со слов «У моих родителей был самолёт…» — разве у простого фермера не может быть своего самолёта… на который можно загрузиться всей семьёй и полететь в путешествие на недельку?
- И аналогичные анекдоты, где богач даёт советы о том, как разбогатеть: рано вставать, вести ЗОЖ, усердно учиться, родиться в семье миллионера, разумно экономить…
- Кстати о священниках и лицемерии:
| « | Священник сетует на падение нравов в городке и жалуется коллеге из соседнего прихода, что кто-то украл его велосипед. Тот советует:
— На следующей проповеди предложите вспомнить Заповеди Господни, у кого на «не укради» глаза забегают, тот и вор. Через некоторое время святые отцы встречаются снова. — Ну что, брат мой, удалось изобличить паршивую овцу? — Да нет, но велосипед я нашёл. Как дошёл до «не прелюбодействуй», сразу вспомнил, где его оставил. |
» |
| — Народное творчество | ||
Литература
- Михаил Булгаков, «Мастер и Маргарита» — Рюхин, внутримировой пример. Озвучено Бездомным: «Типичный кулачок по своей психологии, — заговорил Иван Николаевич, которому, очевидно, приспичило обличать Рюхина, — и притом кулачок, тщательно маскирующийся под пролетария. Посмотрите на его постную физиономию и сличите с теми звучными стихами, который он сочинил к первому числу! Хе-хе-хе… „Взвейтесь!“ да „развейтесь!“… А вы загляните к нему внутрь — что он там думает… вы ахнете!»
- Ярослав Гашек троп любит, умеет, практикует. Именно во внутримировом формате: «Похождения бравого солдата Швейка» содержат несколько замечательных примеров, как в кадре (например, эпизоды с фельдкуратом Кацем или из дальнейшей службы в армии), так и в историях главного героя (например, история об абстинентах).
- Дмитрий Емец же в плане лицемерных басен отметился уже не во внутримировом, а в самом прямом смысле. Его положительные персонажи, включая светлых стражей, вовсю воруют и творят разнообразную дичь, а в «ШНыре» элементарный комфорт объявляется признаком поворота налево, но сам автор что-то не торопится из Москвы переезжать в глушь и жить без водопровода с отоплением.
- Никос Зервас, «Дети против волшебников» с продолжениями. Что получается, когда за христианство пытается топить человек, не дошедший дальше обрядоверия и фанатизма.
- Сергей Лукьяненко, «Линия грёз» — внутримировой пример с Императором, который для себя лично руководствуется моралью Культхоса (где разрешен секс с детьми), но очень осуждает чужую аморальность.
- Дерек Медина, «Как я спас чью-то жизнь, брак и разрешил семейные проблемы с помощью общения». Книга была посвящена секретам семейного счастья. В основном там излагались банальности вроде того, что супругам нужно не ссориться, а просто сесть вечером в обнимку и обсудить все возникшие проблемы, что надо понимать, что вторая половинка не твоя собственность, а человек со своими потребностями, так что любой его проступок надо понять и простить, но живым и интересным языком. Автору поступали выгодные предложения от телекомпаний, где ему предлагали вести передачи, от коучинговых центров, а издательства готовы были заключить контракт на еще одну книгу. Спустя полгода после выхода книги автор убил жену и выставил фото трупа в соцсеть.
- Луиза Хей, автор таких книг, как «Исцели своё тело», уверяла, что все болезни от неправильных мыслей, а она сама смогла исцелиться от рака благодаря тому, что простила мужа. Вот только никаких проблем с онкологией у нее не было, исключительно ипохондрия, вызванная некрасивым расставанием с мужем.
- Чхве Юн Хи, психолог и автор нескольких десятков книг о радости жизни из Южной Кореи, покончила с собой и уговорила мужа последовать за ней. В частности, она уверяла своих читателей, что депрессии не существует и выход есть всегда.
- Многие представители жанра постсоветского «милицейского детектива» или процедурала, самым знаменитым идейным предшественником которых была повесть Вайнеров «Эра милосердия». С той поправкой, что наследники берут в качестве основной или единственно возможной как минимум неоднозначную линию Жеглова. Например — многие произведения Д. Корецкого. Его персонажи могут мысленно и вслух превозносить закон, рассуждать, что должен быть порядок и так далее. Однако сами они действуют по превозглашённому одним из как бы положительных персонажей принципу: «Если закон мешает покарать опасного негодяя — к гребаной матери такой закон». И вообще ни в малейшей мере не стесняются в средствах. Кто является «опасным негодяем» и как именно его следует карать, будет решать, разумеется, сам же положительный персонаж. В общем, быстро выясняется, что закон — это, конечно, хорошо, но для всяких там обывателей, а не для положительных героев из числа «сотрудников».
Кино
- «Флэш» 2023 года — весь фильм нам вдалбливают мораль о том, что герой не имеет права даже ради спасения жизни своей матери изменять временную линию, это заканчивается ужасно, что бы он ни делал… вот только герой всё равно вносит во временную линию изменения в финале, чтобы получить доказательства невиновности отца. И теперь живёт в мире, где Бэтмен — Клуни, а Аквамен — пьяница. Но это в конце фильма, так что всё нормально и временные линии из-за этого не сыплются. Что за фигня, автор?
Телесериалы
- «Пацаны» — Старлайт ради пиара вынуждают врать о собственной целомудренности и разглагольствовать о сохранении чистоты до брака. Учитывая, каково на самом деле облико морале супергероев в данном каноне (Старлайт — по правде хорошая девушка, хоть и не девственница, но представляет она на ивенте всю контору), басня выходит на редкость лицемерная.
- «Дом Дракона» — Кристон Коль высказывается о том, что белый плащ королевского гвардейца олицетворяет его чистоту. А спустя несколько часов трахает королеву Алисенту (во-первых, это всё же блуд, хоть Алисента и вдова, во-вторых, рыцари Королевской гвардии приносят обет целибата). Гнуснее всего контекст первого: Коль с головы до ног облил ни в чём не повинного человека, своего брата по гвардии, своей собственной грязью — начав с придирки к буквально испачканному плащу, продолжил обвинением в халатности — при том, что это он, Коль, убрал караул наверху, чтобы без помех потрахаться с Алисентой (отчего его, собственно, и бомбило), пока сир Аррик добросовестно охранял короля в тронном зале! — от которого быстро перешёл к обвинению в намеренной причастности (брат-близнец Аррика примкнул к противной стороне) к убийству маленького принца Джейхейриса. И закончил отправкой ничем себя не запятнавшего, до конца верного его партии и отрёкшегося ради этого от любимого брата рыцаря на верную смерть, дабы тому «смыть пятно позора» (!!!), сам оставшись в белом пальто. И вот это всё — контекст второго.
Комиксы
- Комикс Тоби Морриса «На блюдечке» (On a plate). Ричард даже не замечает, насколько лицемерит, когда говорит, что ему ничего не приносили на блюдечке. Автор подсвечивает: как раз в этом кадре Паула держит тарелку с устрицами.
Аниме и манга
- Легенда о героях Галактики — Пауль фон Оберштайн обстоятельно расписывает, почему в правительстве не должно быть «номера второго», и всё бы ничего, но он сам по факту и занимает эту позицию, разделавшись с конкурентами. По поводу которых и выступал, что Лоэнграмм непозволительно их к себе приближает.
Реальная жизнь
- «Гимн труду от Никиты Михалкова». В каком-то интервью Бесогон рассказывал, как отец приучал его к труду. Каждую субботу домработница Михалковых ездила в «Прагу», где покупала для маленького Никиты пирожные. И привозила их в коробке, затянутой шпагатом с большим количеством узелков. И Сергей Михалков, папа будущего режиссера, такой злодей, этот шпагат разрезать не давал, а заставлял его развязывать. Это было непросто, но наш герой не сдавался! И таким образом привык к труду.