Ночь в музее

Постер ко второму фильму. Живой человек по центру, остальные — статуи из воска, игрушечные солдатики, чучела и ожившая мумия. В уменьшенный для удобства читателя кадр не влезли самолетающие самолёты (и ракета), ходячая статуя Линкольна и скелет динозавра

Ночь в музее (Night at the Museum) — серия американских фантастических комедий об оживающих музейных экспонатах и их друге-стороже. На сегодня выпущено три фильма, третий из которых, увы, стал последним в жизни Робина Уильямса, исполнявшего одну из главных ролей (скульптуры Теодора Рузвельта). Сценарий четвёртой части можно найти в интернете, но фильм в итоге решили без Уильямса не снимать. Возможно, когда-нибудь продолжение и будет снято, но когда именно и будет ли оно успешным, пока что неизвестно. Так или иначе, многим зрителям существующая трилогия полюбилась в качестве лёгкой, доброй и непошлой комедии для всей семьи.

Сюжет

Первый фильм вышел в 2006 году. Он снят по мотивам одноимённой («Noć u muzeju») детской книжки хорватского писателя Милана Тренца, написанной в 1993. Главный герой Лэрри, устроившийся на работу ночным сторожем в Американский музей естественной истории, в первую же рабочую ночь обнаружил, что экспонаты по ночам оживают и бродят по музею. Сначала он, конечно, боялся их, но потом узнал подход к каждому из них при помощи инструкции, полученной от стариков-сторожей, которых сменил на этой должности, а также личной смекалки и спешного восполнения пробелов в знании истории. В итоге сторож подружился с чудесными экспонатами и даже совместно с ними одолел забравшихся в музей воров (которыми оказались вышеупомянутые бывшие сторожа). Причиной же происходивших чудес оказалась древняя золотая скрижаль, находившаяся в музее вместе с одним из экспонатов, мумией египетского фараона по имени Акмен Ра. Собственно говоря, эту скрижаль и пытались похитить престарелые воришки — под её действием они ночам молодели и преисполнялись силы и ловкости.

В 2009 году вышло продолжение, озаглавленное «Битва за Смитсоновский институт». К этому времени Лэрри уже уволился с должности охранника, занялся бизнесом и стал весьма влиятельным человеком. В начале фильма он навестил музейных друзей впервые за два года — как раз когда многие экспонаты собрались заменить высокотехнологичными спецэффектами, а друзей Лэрри — увезти в запасники Смитсоновского института в Вашингтоне. Скрижаль должна была остаться в Нью-Йорке, но… её прихватили с собой загребущие лапки одной вороватой обезьянки. В общем, теперь по ночам принялись бродить экспонаты музейного комплекса института (а музеев там, надо сказать, будто опят на пеньке). Среди прочих экспонатов ожила ещё одна мумия — Камун Ра, брат уже известного нам фараона, но совсем не такой хороший. Этот злой брат, собрав себе подходящую компанию, решил завладеть скрижалью, с её помощью открыть портал на тот свет и выпустить оттуда армию мертвецов. Как вы уже догадались, герой правдами-неправдами пробрался в новый музей и при помощи союзных экспонатов задал злодеям трёпку. В финале он постарался, чтобы его волшебных друзей вернули в родной музей и организовал там ночные экскурсии с «шоу спецэффектов», где роли «спецэффектов» исполняли экспонаты, а сам продал свой бизнес и снова устроился охранником.

В 2014 была снята и третья часть под названием «Ночь в музее: Секрет гробницы». Ночное «шоу спецэффектов», к тому моменту прославившее музей на весь мир, однажды пошло не так: «спецэффекты» вдруг начали вести себя неадекватно и напали на зрителей. Никто не пострадал, экспонаты пришли в себя, но скандал получился знатный. Выяснилось, что золотая скрижаль начала «ржаветь», и чтобы узнать, как решить эту проблему, герой с друзьями-экспонатами отправился в Лондонский музей, где хранились мумии создателей скрижали — родителей Акмен Ра. Пришлось и тут пройти через много приключений, хотя в этом фильме злодей, как таковой, отсутствует: разве что пришлось одолеть пару злобных тварей из числа экспонатов да образумить одного персонажа, который в целом хороший, но ступил на неправильную дорожку. Скрижаль решено было оставить в Лондонском музее у законных владельцев, но время от времени её будут выставлять в Нью-Йорке, чтобы старые друзья могли повидаться.

О волшебной скрижали

Древнеегипетский кодовый замок. Тяжёлый, небось.

Из-за скрижали оживают мумии, всевозможные статуи (восковые, каменные, металлические), игрушки, чучела и скелеты разных животных. Кроме того, она умеет превращать и всякие игрушки/макеты в настоящую технику. В машинках, паровозиках и даже моделях ракет появляется настоящее топливо (и уж явно механизмы, способные от него работать, и материалы, способные при этом не сгореть). И, как будто этого мало, оживают даже картины и фотографии, в которые можно войти или что-нибудь из них вытащить.

Побывавшие под воздействием скрижали экспонаты «заснут» уже только утром (если будут в стенах своего музея). И, что немаловажно, все экспонаты боятся солнечного света. Вернее, могут и не бояться, но для них он убийственен: застигнутый вне музея экспонат при солнце рассыпается в пыль.

Персонажи

Постоянные

Индейская следопытка, президент столетней давности с обезьянкой, сторож музея, египетский фараон и временно окосевший гунн едут в лондонском метро. Чего уставились-то?

• Лэрри Дейли (Бен Стиллер). На начало повествования был тем ещё чудаком, растяпой и невезучим изобретателем. Его безделушки никто не хотел покупать, а бывшая жена, хотя они в целом и оставались в приятельских отношениях, подумывала уж запретить ему видеться с сыном, чтобы мальчик не знал, какой его отец неудачник. После приключений в музее Лэрри резко поднял уровень крутизны, причём по стремительности окрутения очевидно, что он изначально был крут, но сам об этом не знал. Обретя уверенность в себе, продолжил изобретать такие же безделушки и итоге стал богатым бизнесменом и уважаемым человеком. Правда, в дальнейшем решил отказаться от богатой жизни, так как едва не провалил «испытание медными трубами», за бизнесменскими делами едва не забыв о друзьях. Папа-волк, причём не только по отношению к сыну, но и к подопечным экспонатам.
• Теодор Рузвельт (Робин Уильямс), он же Тедди, восковая фигура крутого президента в мундире, шляпе, с усами и в очках. Мудрый советчик главного героя, жизнерадостный, обаятельный, склонен шутить и произносить пафосные речи. В музее выставлен верхом на своём мерине по имени Маленький Техас. По каким-то своим причинам зовёт главного героя исключительно «Лоуренс».
• Сакаджавея (Мицуо Пек), индейская проводница и переводчица из витрины «w:Экспедиция Льюиса и Кларка», возлюбленная Тедди. Пятьдесят лет президент вздыхал по индианке, и лишь благодаря стараниями главного героя они познакомились, после чего стали бета-парой на все три фильма (и самой долгоиграющей, с учётом того, что у главного героя спутницы, увы, долго не задерживаются). Спокойная и уравновешенная, но в случае чего может постоять за правое дело с оружием в руках.
• Группа гуннов во главе с Аттилой (Патрик Галлахер). Поначалу вели себя как злобные варвары и терроризировали весь музей, гоняясь за всеми подряд с топором и норовя оторвать руки-ноги (хотя не похоже, чтобы кому-то правда оторвали). В итоге оказалось, что гунны все как один страдают от детских травм, так что Лэрри подружился с ними, немного поработав психологом, и они подобрели. Разговаривают гунны на импровизированной актёрами тарабарщине, хотя под конец третьего фильма Аттила выучил пару добрых слов по-английски. А ещё он любит фокусы, которые принимает за чудеса (первый раз герой пытался таким образом подружиться с гуннами, но попался на шарлатанстве).
• Джедедайя (Оуэн Уилсон) и Октавиус (Стив Куган), предводители махоньких солдатиков из диорам-миниатюр, изображающих ковбоев и римлян, соответственно. Эта парочка получились настолько колоритной и так полюбилась зрителям при пробных просмотрах, что авторы досняли побольше сцен с этими персонажами. Сначала ведут себя, как закадычные враги, но в дальнейшем это через «враг мой» переходит в крепкую дружбу. Нет, ничего такого.
• Акменра (Рами Малек), постоянный персонаж, неизвестный в реальности египетский фараон IV династии (четырёх с половиной тысяч лет от роду). Половину первого фильма ужасающе мычал в своём саркофаге и пытался вырваться наружу, как заправское заключённое зло. Но когда его выпустили, оказался хорошим парнем, добрым и рассудительным, и даже под бинтами, которые он так зловеще стаскивал под жуткую музыку, оказалась не страшное высушенное лицо, а нормальное человеческое. А из саркофага ломился просто потому, что чертовски душно там внутри, ещё и с завязанным ртом (он, бедняга, 54 года подряд каждую ночь там просыпался, хорошо хоть умом не тронулся). Был экспонатом на кафедре египтологии в Кембриджском университете и поэтому очень недурно чешет по-английски, а также, как ни странно, знает гуннский.
• Капуцин Декстер, милая обезьянка, хотя поначалу вёл себя агрессивно, впрочем даже подружившись с Лэрри часто вредничает. Справедливости ради следует заметить, что дрессировщики потратили несколько недель, чтобы заставить обезьяну-актрису Кристал бить и кусать главного героя.
• Скелет тираннозавра, прозванный Рекси. Воплощение тропа «Все животные — собаки»: любит бегать за косточкой (кстати, взятой из его же скелета), умеет вилять хвостом и ластится к людям как пёсик. Главное не забывать, что если он заиграется, то при его размерах это может стать не его проблемой.
• Также нельзя не отметить такой групповой персонаж, как Неандертальцы. Тоже восковые фигуры, дикие и глупые, разговаривают хмыканиями, но в целом не злые. Хотя за ними стоит приглядывать: они очень любят огонь и временами из-за этого случаются пожары.
• Доктор Макфи (Рики Джервейс) — директор музея, человек довольно добрый, но очень строгий и хорошо помнящий все проколы Лэрри. О секрете своего музея узнал только в конце третьего фильма.
• Ник Дейли (Джейк Черри) — сын Лэрри, оказывает отцу моральную поддержку. К третьей части вырос в шалопая, но при этом дорос до полноценного помощника других героев.

Второй фильм

• Амелия Эрхарт (Эми Адамс) — крутой авиатор, бой-баба и та ещё цундере. Такая крутая, что уже смешно, хотя не в меру самоуверена, из-за чего иногда влипает. В ходе приключений между ней и Лэрри возникли вполне себе влюблённые отношения (и ничего, что она из воска).
• Генерал Кастер (Билл Хэйдер). Напрочь преисполненный отмороженности и самолюбования генерал-рубака, генератор дурацких планов и бафоса — короче, эталонный Лирой Дженкинс (его прототип тоже был той ещё интересной личностью).
• Главгад второго фильма, старший брат вышеупомянутого фараона, Камунра(Хэнк Азариа) (тоже мумия и тоже выглядит как при жизни). Тем не менее, родные братья противоположны, и Камунра злой и жаждет захватить мир при помощи армии мёртвых. Тоже знает английский (и, видимо, французский), очень пафосно о себе говорит, постоянно скатываясь в бафос, в том числе и ввиду своей шепелявости. Вообще, когда не пытается выглядеть грозным, выглядит даже мило. В помощники себе, кроме египетских воинов, Камунра нанял восковых Ивана Грозного (Кристофер Гест) и Наполеона (Ален Шаба), а также сошедшего с фотографии Аль Капоне (Джон Бернтал). А вот Дарта Вейдера и Оскара из «Улицы Сезам» забраковал — мол, не годитесь вы в злодеи с такой внешностью.
• Кроме того, во втором фильме поучаствовали гигантская статуя Авраама Линкольна (озвучил Хэнк Азариа), всевозможные знаменитые деятели авиации и космонавтики, в том числе братья Райт (Томас Леннон и Бен Гарант), крутые негры «w:Пилоты из Таскиги» и обезьянка-космонавт Эйбл. А также целый прилавок сувенирных «болванчиков» в виде Альберта Эйнштейна (озвучил Юджин Леви), представляющие собой коллективный разум из эксцентричных гениев.

Третий фильм

• Сэр Ланселот (Дэн Стивенс). Патлат, бородат и крут. Типичный паладин с честью прежде разума и сильный до неприличия — умеет делать сальто в доспехах и любит побивать «драконов» (сгодится и скелет трицератопса или металлическая «гидра» из китайского зала. В итоге побыл часть фильма антагонистом, хотя и не злодеем, потому что принял Скрижаль за Св. Грааль и хотел увезти в Камелот. Но потом всё понял и исправился.
• Фараон Меренкахре (Бен Кингсли), отец Акменры. Благородный и мудрый...хм... мумий, правда, с заскоками в области сословной морали. Оказал огромную помощь героям в ходе их миссии.
• В третьей части один из неандертальцев поучаствовал в действе на правах полноправного персонажа. Примечателен тем, что директор музея, не иначе как ради стёба, добавил неандертальца с лицом Лэрри. Новенький троглодит назвал себя «Лааа», а Лэрри — папой. Как и подобает неандертальцу, силён и непроходимо туп, постоянно получает 220 от электроприборов и пытается лакомиться упаковочными материалами. Но такие мелочи не помешали возникновению взаимных чувств между ним и охранницей Лондонского музея Тилли (Ребел Уилсон), полноватой, но в целом милой.

Что тут ещё есть

• Product placement. После первого же фильма количество посетителей Американского музея естественной истории подскочило на 20 %. В самом фильме персонажи ненароком тоже ухитрились обеспечить музею рекламу. Хотя далеко не всё из показанного в фильмах имеется в соответствующих музеях в реальности (британцы даже на всякий случай отчитались, чего у них на самом деле нет, чтобы не разочаровывать посетителей).
• А чего нас бояться?. Как уже говорилось выше, ожившие мумии выглядят как при жизни, и не скажешь, что это мертвецы. Хотя скелеты динозавров остаются скелетами.
• Безликие головорезы — манекены, изображающие солдат Гражданской войны в США. Сначала по привычке продолжали воевать между собой, но помирить их оказалось не сложно.
• Житель Страны Эльфов был прав / Правда Кассандры. В первом фильме на Лэрри даже родной сын смотрел, как на психа — что уж говорить о случайной знакомой. В итоге они, конечно же, воочию увидели ходячие экспонаты.
• За себя и за того парня — самка капуцина Кристал сыграла и самца Декстера, и обезьяну-космонавта макаку Эйбл.
• Забыл про сверхспособности — в первом фильме ясно показано, что ожившие экспонаты нельзя просто так взять и убить — они же не живые, однако во втором фильме, когда Камунра засунул Джета в песочные часы, никто и не подумал, что пластиковый человечек не может задохнуться.
• Злобный дед. Троица антагонистов первого фильма, бывшие охранники музея. Конечно, их можно понять: скрижаль каждую ночь омолаживала их, и когда стариков сократили, те не захотели расставаться с такой драгоценностью. Но всё равно повели они себя плохо: побили Лэрри и хотели его подставить. Впрочем, как оказалось в третьей серии, герой их всё же пожалел и помог пораньше переселиться из тюрьмы в дом престарелых, и они вполне исправились.
  • Крутой дедуля — под действием скрижали они не просто омолаживались, а ещё и становились круты, выделывая трюки в стиле Чака Норриса. Впрочем, один из них и без скрижали остался весьма крут — танцевал он для своих преклонных лет весьма достойно. А играют их, кстати, ветераны американского кино: Микки Руни (роль в третьем фильме стала последней в его долгой жизни), Билл Косби и Дик Ван Дайк (этому вообще на момент съёмок последней части было под 90 лет).
• Зловеще-пафосное песнопение. Хорошо смотрится во втором фильме в сцене явления войска мертвецов и финальной битвы Ларри со злым фараоном. Естественно, без бафоса и тут не обошлось.
• Импровизированное оружие. Лэрри отлично применяет фонарик в фехтовальных целях (нет, это не фонарь-электрошокер). Хотя с фитильком: на самом деле, эти фонарики весьма прочные, так что охранники и в реальности их иногда используют в качестве дубинки.
  • Впрочем, это ерунда по сравнению с вилами, выхваченными… из картины «Американская готика». Надо сказать, Лэрри весьма уверенно ими фехтовал (пока Амелия всё не испортила, решив забрать вилы и «показать, как надо»).
• Используй голову. Когда сторожиха заперла их в кухне, неандерталец Лааа что-то долго объяснял Лэрри указывая на дверь и на свою голову. Лэрри решил, что его восковой двойник пытается сказать «раскрой разум», и принялся размышлять вслух. Пока он размышлял, за его спиной неандерталец удачно выбил стекло двери лбом с разбегу.
• Камео. Во втором фильме братьев Райт сыграли сценаристы фильма Томас Леннон и Бен Гарант. А в третьем Элис Ив и Хью Джекмен в роли самих себя, исполняющих роли Артура и Гвиневры в театральном мюзикле «Камелот», терпеливо пытались объяснить Ланселоту, что он прискакал в театр, а не в этот самый Камелот.
• Кастинг-агентство «WTF?» — мало кто из исторических персонажей похож на свои прототипы (разве что Тедди Рузвельта удачно загримировали), но Каратель в роли Аль Капоне бьёт рекорды мисскаста. Не так уж трудно нагуглить фото настоящего Альфонсе Капоне и убедиться, что у него было совершенно круглое лицо, а не вытянутое лошадиное.
• Книга по игре по книге. Как уже говорилось, фильм снят по детской книге. Для экрана сюжет сделали более взрослым, после чего в том же 2006 написали новеллизацию фильма. Конечно, книги друг на друга не очень похожи. И, кстати, да, игр тоже понаделали.
  • Задолго до этой трилогии была выпущена Museum Madness. С обалденной для рисованного квеста графикой и проработкой темы.
• Комплекс роста. Конечно же, Наполеон тут, как это часто бывает показан комично-невысоким и комплексующим по этому поводу. Кроме него, комплексует из-за своих размеров Деджедайя, который вообще лилипут.
• Кракены и спруты — огромный осьминог из второй части. Был использован в роли чудовища Чехова, а потом и вовсе оказался милашкой.
• Ложная тревога. Само собой, многие экспонаты тут выглядят пугающе, но вскоре оказывается, что они и не опасны совсем — например, скелет динозавра просто хотел поиграть, а Акменра страшно рычал из-под бинтов только потому, что на нём пыль и крышка саргофага лежали килограммами. И уж совсем забавно выглядит, как Лэрри пугается, когда ковбои в лучших традициях злодеев из старинных фильмов укладывают его на рельсы перед игрушечным поездом. Конечно, паровозик с кулак размером едва его стукнул и свалился с рельс.
• Любовь и железяка (с поправочкой: в роли «железяк» — восковые фигуры). Отношения Лэрри с Амелией во второй серии и Тилли с Лааа в третьей.
• Магический щелчок пальцами — любимый жест ГГ, он даже открыл фирму, производящую в том числе фонарики, которые включаются по щелчку. Только они не пользуются спросом — хлопок в ладоши проще щелчка.
• Межвидовая романтика. Тилли и Лааа, с поправкой на то, что последний всё-таки не настоящий неандерталец. Согласно данным современной науки, неандертальцы, скорее всего, представляют собой отдельный вид, родственный хомо сапиенсам.
  • Тираннозавр Рекси и трицератопс Трикси в финале третьего фильма тоже ведут себя с намёком на романтику (она его на руках носит). Хотя оба являются скелетами.
• Мобильник ловит где угодно. С одной стороны, предсказуемо не ловит из музейного спецхрана. С другой — отлично ловит изнутри фотографии «День Победы над Японией на Таймс-сквер», в которую забрались герои в ходе своих приключений. Главгерой даже подсвечивает, мол, а тут неплохой сигнал для 1945 года.
• Мы тебя где-то уже видели - во всей серии вообще довольно примечательный и звёздный каст, но если такие актёры, как Бен Стиллер, Робин Уильямс, Оуэн Уилсон или Эми Адамс уже были большими звёздами, то, например, для Рами Малека, Рики Джервейса, Джона Бернтала, Ребел Уилсон эта серия стала трамплином для карьеры.
• Нахальная струя. В первой Декстер так глумился над Лэрри, а в третьей он спас Джедедайю и Октавиуса, в стиле Гулливера потушив… вулкан.
• Не в ладах с бюрократией — музейный сторож может по собственной инициативе устроить перевозку экспонатов в другой город? Да ещё и оставить там особо ценные экспонаты (один из них — из драгметалла), потому что на один заявила свои права ожившая мумия, а второй — сам по себе ожившая мумия и хочет остаться с семьёй? Ну если это не запустит процесс служебного разбирательства с последующей посадкой главного героя, то я уже не знаю, что вообще запустит…
• Не в ладах с химией — золотая пластина ржавеет?
  • А кто сказал, что она ржавеет? Пластина магическая, ржавчина (хотя это больше похоже на патину) тоже магическая.
• Не команда. Приспешники главгада второй части под конец передралась между собой в попытке завладеть скрижалью. От главного героя потребовалось просто сказать, что он отдаст скрижаль тому, кто среди них главный.
• Ненамеренное коверкание имён. Во втором фильме глупого, но дерзкого охранника Брандона все называют Брэндоном, даже на бейджике так написали. Он, естественно, негодует.
  • Ну а Сакаджавее с её именем и вовсе повезло, его не все могут запомнить и/или выговорить.
• Окрутеть в адаптации и Поумнеть в адаптации. Лэрри показан в фильме (и новеллизации) куда более сообразительным и склонным к обучению, чем в детской книге-первоисточнике.
• Отупеть в адаптации. А вот «Мыслитель» Родена, ассоциирующийся с философией и размышлениями, вопреки ожиданиям героев, оказался не мудрецом, а тупым как пробка ловеласом и нарциссом (хотя в финальной драке вполне пригодился в качестве силача).
• Поездить на монстре. В первом фильме сын главного героя вместе с фараоном пустились в погоню за грабителями, оседлав… скелет динозавра. А во втором отважный римский мальчик-с-пальчик Октавиус пафосно прискакал к герою на помощь верхом на самой ужасающей из живых тварей — белке!
• Получилось страшно — ожившие античные статуи с отсутствующими конечностями и головы животных на стенах выглядят действительно жутко.
• Помидор в зеркале. Как минимум Тедди и Сакаджавея уже к началу первого фильма отлично знали, что они восковые статуи, и вполне себе это принимали. Но бедный Ланселот! Случайно подплавив себе нос факелом, он узнал, что является не человеком, а его восковым изображением. Как будто этого мало, ему ещё и тут же в довесок объяснили, что и самого Ланселота никогда в реальности не существовало!
• Прижигание ран — у восковых скульптур это работает ещё круче: воск ведь можно подплавить и залепить рану! Сакаджавея таким образом сплавила воедино разрезанного пополам Тедди.
• Приключения в микромире. Для ковбоя Джедедайи и центуриона Октавиуса ввиду их размеров что угодно во внешнем мире превращается в приключения. Сами понимаете, для них выглядит, как гигантское чудище, даже пушистая белочка. Постоянная шутка — показать, насколько незаметной выглядела бы для людей сцена, когда лилипуты что-то героически превозмогают — например, они из последних сил сражаются с ревущим ураганом, вырывающимся из пробитой ими шины злодейского автобуса, а когда камера показывает этот автобус глазами человека, оказывается, что «тихо в ночи, слышен только тоненький свист». А уж до чего забавно смотрятся римско-лилипутские технические ухищрения, при помощи которых Октавиус в третьем фильме пишет комментарии к видео с котиками на Ютубе!
• Раздаватель прозвищ. Сторож Гас постоянно норовит как-нибудь обозвать Лэрри. А сам Лэрри склонен называть своих друзей-экспонатов сокращёнными именами. В обратную сторону Лэрри получил кличку «Гигантер» от Джедедайи, сначала ругался, но потом смирился. А молодой фараон выдал ему прямо-таки титул: «Хранитель Бруклина».
• Роман-учебник. Несмотря на некоторые неточности, фильм весьма доходчиво говорит: изучать историю — это круто. Ведь наш герой смог найти подход к экспонатам, изучив всё, что мог, об их прототипах — и слабости у Аттилы нашёл, и секретную команду для почтовых лошадей узнал, и ещё много чего. А зрителю просто может стать интересно что-нибудь почитать о прототипах показанных в фильме персонажей.
• Ружьё Чехова. Когда проскакавший со скрижалью по Лондону Ланселот, сам того не заметив, оживил статуи львов, напоровшиеся на них герои было растерялись. Но вы же помните, как в начале фильма ковбой с легионером смотрели на Ютубе видео, из которого узнали, что котики любят ловить пятно света от фонарика?
• Сладкоежка. Статуя-моаи любит гам-гам, то бишь, жвачку. В количествах, соответствующих размерам.
• Смищной аксэнт. Наполеон и болванчики-Эйнштейны разговаривают с соответствующими акцентами. Озвучку Ивана Грозного замечательно обыграли в переводе: он тут глаголет окающим староломаннымъ.
• Так просто, что уже сложно. Сакаджавея, разглядывая следы автобуса злодеев, устанавливает, что он далеко не уехал и попал в аварию. Восхищённый её мастерством чтения следов Лэрри интересуется, как она это определила. Индианка указывает в сторону — оказывается, авария случилась в паре десятков метров.
• Химеры. Призванные из загробного мира воины Камунра выглядят, как египетские воины с птичьими головами. К сожалению, им не повезло нарваться на монумент Линкольна, который по понятным любому памятнику причинам всяких-разных птиц немного недолюбливает.
• Цветное настоящее, чёрно-белое прошлое. Внутри чёрно-белой фотографии 1945 года герои и преследующие их злодеи тоже стали ч/б. А сошедший с ростового фото молодой Аль Капоне и его головорезы в цветном реальном мире остаются чёрно-белыми (хотя на постере Капоне показан в цвете).
• Чёрный юмор. Амелия Эрхарт говорит Лэрри что-то вроде: «Уж с Амелией Эрхарт вы никак не потеряетесь!» («You won’t get lost following Amelia Earhart»). В реальности Эрхарт во время своего последнего полёта так потерялась, что до сих пор найти не могут.
• Что стало с мышонком?. Куда девалась ставшая свидетелем чуда экскурсовод Ребекка из первого фильма? Наведывалась ли хотя бы в гости? В сиквелах о ней даже не упоминают.
  • А во втором фильме — успела ли всё-таки Амелия Эрхарт долететь до своего музея? От Нью-Йорка до Вашингтона — 365 км, для такого самолёта это заняло бы часа полтора. Будем надеяться, что Лэрри за кадром долго простоял на улице после её отлёта, прежде чем зайти в музей…
    • Вообще, это такой тонкий намёк, что она и в реальной жизни навсегда ушла в Небо.
• Чудесное обучение языку. С фигурок и статуй-то взятки гладки, они сделаны в Америке. А вот что настоящий египетский мумий ухитрился выучить язык, слушая из саркофага беседы учёных, — это очень сильное колдунство (а ведь он ещё и гуннский знает, очевидно, тоже оттуда наслушался). Моаи тоже уметь разговаривай английский, но хотя бы как дикарь. Что интересно, статуя Колумба по-английски не говорит, хотя всё понимает.
• Эй, все сюда! — первый и второй фильмы заканчиваются тем, что все или почти все участвовавшие в нём экспонаты, собравшись под руководством Лэрри, сообща навешивают лещей злодеям каждый в меру своих возможностей.
• Это встречный паровоз. Едва не сгинув в вентиляции, неразлучные ковбой с легионером выбрались в модель римского города, название которого поначалу прочитали, как «Iiepwop»… Оказалось, что это Pompeii, которым Везувий уже готов устроить их последний день.
  • К слову, по идее должно быть не «Iiepwop», a «Iiadwod». Если совсем точно, то их должно было смутить странное написание букв.
• Это часть представления. В финале первой серии свидетельства деятельности экспонатов на нью-йорскских улицах (такие как следы динозавра на снегу или неандертальцы с факелами на крыше музея) были приняты за отличную рекламную акцию музейных работников. А во второй и третьей Лэрри организовывал ночное шоу «со спецэффектами», в котором как раз никаких спецэффектов и не было.
• Я пишусь через «Э» — вообще сокращение от имени «Лоуренс» на русский обычно передаются как «Ларри», но имя протагониста перевели как «Лэрри».