Твист Крапивина

TV Tropes Для англоязычных и желающих ещё глубже ознакомиться с темой в проекте TV Tropes есть статья Gut Punch. Вы также можете помочь нашему проекту и перенести ценную информацию оттуда в эту статью.

Вкратце Пряничная атмосфера в мгновение ока меняется на жуткую и гнетущую

(link)

Суть тропа за тридцать секунд (с 0:50). Бедная Дэйзи!

Известно, что сюжету свойственно впадать из крайности в крайность — это делает его интереснее. Но авторы могут создать поистине запоминающийся эффект, буквально вскружив зрителям голову. Нам показывают мирную и даже слащавую обстановку, а через секунду демонстрируют что-то поистине жуткое и угнетающее, резко контрастирующее с предыдущей сценой. Например, нам показывают, как герои зажили мирной жизнью после победы над злом, стали строить свои планы на будущее — а тут уцелевшие злодеи, которые уже замышляют новый коварный план. Такой приём может быть использован и в начале, и в середине, и в конце сюжета. Если произведение определённо не для детей, но кажется таким, то гарантированно в нём будет типичная сцена из детского мультика, резко меняющаяся на страшную. Упаси господи в этот момент войти маме в комнату и увидеть это…

Троп назван в честь Владислава Крапивина, в чьих произведениях такой поворот вполне возможен.

Поворот «не туда» обычно знаменуется появлением Сюжетного буревестника. Родственные тропы: темнее и острее, жутко мило.

Если же произведение постоянно переключается между радостно-светлой и мрачно-тёмной сторонами, то оно являет собой пример эмоциональных качелей.

Примеры

Литература

• Владислав Крапивин:
  • «Дети Синего Фламинго» — кодификатор. Протагонист наяву оказался в роли героя, которому по древнему пророчеству предстоит освободить сказочный остров. Очень быстро выяснилось, что остров не такой уж сказочный, сказка почему-то рассказывает себя совсем не в каноничном варианте, жители острова предпочитают видеть своего освободителя на плахе, а уж какой разрыв шаблона случился с протагонистом от финальной беседы с главным сказочником!
  • «Кораблики, или Помоги мне в пути» — главный герой вследствие научного эксперимента оказывается в близком, но всё же не завтрашнем будущем. Некоторое время уходит у него на то, чтобы познакомиться с этим довольно уютным и обустроенным миром, а потом в этом «светлом будущем нашем» он встречает такой трэш и лютый ужас, что волосы дыбом встают.
  • «Застава на Якорном поле» — вроде бы практически утопия. Настолько благополучное общество, что там даже семья как социальный институт уже начинает отмирать. Нет, конечно, неприятности случаются, но не выходят за рамки отдельных несчастных случаев. Потом постепенно оказывается, что всё там далеко не так просто, в том числе и семьи не просто так отмирают.
• По словам писателя Евгения Лукина, именно такие ощущения испытал он в юношестве при прочтении повести АБС «Попытка к бегству».

«	Привыкнув к благородному суровому героизму «Стажёров» и «Возвращения», я озадаченно вникал в идиллический дачный мирок, где на неведомые планеты летают с прибауточками и по туристической путёвке, за которой, правда, приходится выстоять долгую очередь. Что это был всего-навсего литературный приём, размах перед ударом, мне, понятно, и в головёнку не приходило. Поэтому, когда удар всё-таки последовал, показалось, будто мир раскололся. Нет, не ожидал я такого от моих любимых писателей! На пальцах объяснить двенадцатилетнему пацану, что благие дела не вознаграждаются, что совершённое тобой добро немедленно потребует новых жертв и не успокоится, пока ты не отдашь ему всё, включая жизнь… Жестоко.	»
— «Недоразумения длиною в двадцать лет»

• Станислав Лем, «Футурологический конгресс». Главгерой попадает в будущее, на первый взгляд совершенно утопическое и идиллическое. Странно только, что все постоянно принимают невероятно продвинутые психотропы, и почему-то у всех одышка. Жуткая правда выясняется лишь ближе к финалу… Люди выродились и мутировали, мир выглядит как постапокалипсис в худшем проявлении, а благодаря психотропами люди живут в красивой иллюзорной реальности.
• Джозеф Хеллер, «Уловка 22» — начинается история как довольно весёлый армейский маразм и абсурдная комедия про идиотов. Заканчивается же на редкость зубодробительной жестью. Летчики начинают внезапно погибать один за другим. А один из персонажей и вовсе пытается убедить всех, что куда выгоднее бомбить собственный аэродром
• Макс Фрай любит этот троп. Из уютного и весёлого мира, которым Ехо представляется на первый взгляд, то и дело выскакивает всякая жуть — то зазеркальная тварь, заставившая жертву перерезать себе горло бритвой, то милые обычаи Ордена Ледяной Руки, то Одинокие Тени, то еще что похуже.
• «33 несчастья» — во все поля. Цикл этим тропом живёт и дышит.
• Евгений Дубровин, «В ожидании козы» — в начале тебе кажется, что ты читаешь типичный советский рассказ о послевоенном детстве двух братьев с шалостями, играми и настоящей дружбой. Чуть позже, начинаешь замечать, что герои не так просты и даже есть намек на психическое расстройство у одного из них. Все заканчивается криминальными разборками. Последняя пара абзацов — полный тлен и безысходность.
• А.К. Толстой, первоначальная версия стихотворения «Где гнутся над омутом лозы...» В обычной версии, которую включают в детские хрестоматии, царит нега, покой и идиллия, но в оригинале всё далеко не так радужно и светло...
• Чингиз Айтматов, «Белый пароход». Начинается почти как сказка, но в какой-то момент атмосфера становится всё более и более угнетающей, а финал так вообще не оставляет никаких надежд.
• Николай Носов, «Незнайка на Луне». Милая, пасторально-детская сказка про коротышек превращается в суровую реальность капитализма с нищетой, бандитизмом, борьбой за выживание и произволом олигархии. Апогей – депортация ночующих под мостом героев на Дурацкий остров.
• Уильям Голдинг, «Повелитель мух». Поворотный момент, после которого приключенческая робинзонада превращается в один из самых мрачных романов XX века – охота на свинью. Пополам с Сюжетный буревестник.
• И. Ильф и Е. Петров, как ни странно это звучит, но Двенадцать стульев. Блистательный, искрометно смешной и жизнерадостный роман... ровно до последней главы. Финал так шокировал читателей, что авторы вынуждены были выпустить продолжение.

Кино

• «Когда тебе двадцать» (Avere vent'anni) 1978 Фернандо Ди Лео. На протяжении почти всего хронометража это лёгкая эротическая комедия, но минут за 10 до конца начинает нарастать напряжение, заканчивающееся в итоге шокирующим, ужасным финалом.
• «Кинопроба» 1999 Такаси Миикэ. Сентиментальная мелодрама резко превращается в кровавый хоррор с запредельным уровнем насилия.
• «Любит — не любит» (2002) — начинается как слащавая романтическая мелодрама с «Амели» (Одри Тоту) в главной роли, затем становится понятно, что это на самом деле психологический триллер.
• «Мост в Терабитию», 2007 Габора Чупо. Сказочный мир разрушается внезапно и жестоко как для главного героя, так и для зрителей.

Мультфильмы

• «Мулан» — веселая походная песня (как и бодрая, почти раздолбайская атмосфера) обрывается видом сожжёной дотла деревни. И всё, «добро пожаловать» на войну.
  • Более того, после этого за одним маленьким исключением в картине больше не прозвучит ни одной песни. И это, на секунду, в мультфильме Диснея!
• «Суперсемейка» — смешной пародийный кейппанк, говорите? Да, есть такое… ровно до тех пор, пока Боб не находит список убитых Синдромом супергероев.
• «Конфликт» Гарри Бардина — война красных и синих спичек откровенно бафосна… пока не появляется супероружие — Спичечный Коробок.
• Короткометражка «Cat’s School» — наивный мышонок, замаскировавшись под котёнка, успешно обучается в кошачьей школе и радуется новой, более счастливой жизни… Но в старших классах выясняется, что кошки вообще-то охотятся на мышей, а темой последнего урока становится убийство и расчленение другого мышонка.

Мультсериалы

• Happy Tree Friends — мультик о веселых лесных зверушках неизменно заканчивается выпилом всех персонажей крайне жестокими и кровавыми способами.
• RWBY: в концовке третьего сезона пряничный в основном девчачий сериал стал неплохим таким триллером.

Комиксы

• «Прекрасная Тьма» — симпатичные герои-лилипуты, яркая акварельная рисовка... и буквально с порога выясняется, что живут они в теле мёртвой девочки, из которого приходится сбежать, а дальше начинается их выживание в лесу, где нам показывают их жестокость, наплевательство на жизнь друг друга, приводящее к регулярной гибели персонажей.

Аниме и манга

• Akikan — когда Какеру отменяет Наджими свидание из-за бейсбольного матча, та приказывает Йелл его наказать. Но кто же знал, что она нанесёт ему смертельную рану, разрежет ему живот.
• Berserk. Уж от кого точно не ждали! Есть в манге место, где персонажи наблюдают за беззаботными (будто бы) играми потерянных детей, кои превратились в эльфов. Но стоит приглядеться к этим играм, как кирпичи начинают сыпаться даже из читателей, которые думали, что их уже ничем не проймёшь.
• Gakkou Gurashi — милое пряничное аниме о милых девочках-школьницах, занимающихся милыми девчачьими вещами, даааа…
• Machikado Mazoku — не то чтобы здесь с самого начала не было тёмных вещей, но всё-таки они лишь подразумевались, а так мы могли видеть милую и забавную историю про странную дружбу между демонами и девочками-волшебницами. И вот в 76 главе девочка-волшебница Суйка Наюта полностью меняет тональность манги лишь одной фразой: «Должно быть… ты что-то не так поняла, Момо? Нынешние демоны, они же… Они же почти как обычные люди, да? Запечатывать? Брось!.. Зачем такое. Всё хорошо. Я прекращала страдания этих бедняжек, убивая их».
• Made in Abyss — начинается как приключенческое фэнтези в духе сказок Хаяо Миядзаки, но к 30-й главе манги — вполне добротный хоррор, драма и расчлененка, уже в духе совсем другого Миядзаки.
• Mahou Shoujo Madoka Magica — успешно маскировалась под пряничную анимешку о девочках волшебницах, вплоть до… сцены с откусыванием головы Мами.
• Mirai Nikki — меметичная сцена, где на улыбающегося минуту назад Юкитеру направляют пистолет.
• School Days — начинается как тысяча и один подобный же гаремник: герой обрастает толпой влюблённых в него девушек и никак не может выбрать себе «ту, единственную». В результате в последней серии одна из девушек, «залетевшая» от этого козла и доведённая до ручки его кобелиным поведением и нежеланием взять на себя ответственность, просто заколола парня ножом, а потом её убила другая девушка, сошедшая с ума от горя после смерти возлюбленного. И после этого она уплывает в закат на яхте с отрезанной головой своего «суженого». Хэппи-энд.
• Tengen Toppa Gurren Lagann: возня Симона вокруг желания сделать Нии предложение и нападение Антиспиральщиков — всё за одну серию. Даже за один день.
• Aggretsuko — детская рисовка и милые зверушки в качестве персонажей. А сюжет повествует о сложностях взрослой жизни и отношений.
• Очень похожи на предыдущее аниме и веб-манга Chiikawa.

Видеоигры

• Earthbound, господа и дамы! Просто, мать вашу, Earthbound. Никто из игроков того времени не ожидал, что мультяшная и стёбная игра в конце превратится в настоящий космический хоррор.
  • Её сиквел, Mother 3, ещё лучше. Уже в первой главе умирает мать главного героя.
• Ну и конечно нельзя не упомянуть про духовную наследницу вышеупомянутой игры — Undertale. Так, в конце Нейтрального Пути Флауи захватывает власть над игрой и превращается в жуткое чудовище. Про Путь Геноцида мы просто умолчим.
  • Deltarune тоже нет-нет да демонстрирует. Взять хотя бы финал первой вышедшей части...
• Пускай это и не столь популярный пример, но видеоигру Bugsnax также можно назвать эталоном тропа. На первый взгляд это милая и странноватая игра, большую часть которой игрок ловит жуконямок - наполовину еду, наполовину мелких беспозвоночных, и скармливает их местным НПС - хрумбам, превращая в соответствующую еду. Никто и не подозревает, что жуконямки - это паразиты, заражающие тела тех, кто их съел, а сам остров, на котором происходит действие игры, на самом деле почти полностью состоит из них.
• Final Fantasy IX получилась куда уж светлее и мягче своих предшественниц, особенно это заметно из-за мультяшной рисовки игры. В первые несколько часов игра может показаться весёлым сказочным приключением. Да вот только ближе к концу первого диска выясняется, что королева Александрии развязала нехилую войнушку, разгромив по полной всю Бурмецию. А потом героям и вовсе придётся спасти мир.
• Kirby — даже имея очень слащавую рисовку и низкий возрастной рейтинг, подобные моменты в данной франшизе встречаются регулярно. Скажем так, чуть ли не все финальные боссы в играх серии являются хтоническими чудовищами, причём некоторые имеют довольно жуткий вид.
• Bear's Restaurant — если просматривать Осколки Памяти сразу после окончания игрового дня, контраст между сценами смерти персонажей после общения с их душами может оставить в глубоком смятении.
  • Вторая половина сюжета местами и вовсе напоминает психологический триллер.
• The Legend of Heroes: Trails of Cold Steel — здесь это любят: в первой части герои разобрались со странностями в академии, весело провели фестиваль и романтично танцуют у костров. И тут же – полное уничтожение пограничной крепости, угроза внешней войны, убийство канцлера, предательство друга и война гражданская. В третьей — герои спасли столицу от древнего ужаса и приглашены на торжественный прием, где отлично проводят время... и тут один из них стреляет в Императора, что становится поводом для войны мирового масштаба, а потом все катится по наклонной и в результате погибает Миллиум, взрывается «Отважный», а Рин сходит с ума.
• Fallout 3 — внутримировой пример: виртуальные симуляции доктора Брона для обитателей убежища 112. Начинались с идиллических картин мирной жизни в красивых местах, но из-за садистских наклонностей Брона быстро превращались в кошмар для остальных подключенных к симуляции людей.
• BioShock Infinite — первые десять минут в Колумбии игроку дают проникнуться её пряничной, праздничной атмосферой, только затем, чтобы на Букера вскоре напала полиция и начался форменный слэш с протыканием глаз крюком и снесением голов. Дальше веселее не будет.
• Cytus II. По началу сюжет подается почти исключительно через довольно реалистичную соц.сеть. Сплетни, мемы, срачи, интернет-знаменитости. Всё как в реале. Хотя что-то неладное можно и сразу заподозрить. Но когда сюжет переходит в невиртуальное пространство, все летит по наклонной. Нашему взору открывается постапокалиптический мир помойка во всех нелестных подробностях. Сцены из разряда топливо ночного кошмара, смерти в кадре, в том числе и некоторых основных персонажей... Согласитесь, не то что обычно ожидаете от ритм-игры.

Визуальные романы

• «Doki Doki Literature Club!» — данный приём проявляется во всей красе, когда с действительно жуткой хоррор-игры потихоньку начинает слезать оболочка милого и приторного гаремника.
• «Бесконечное лето» — тоже хватает таких приколов, уже с самого начала, когда мелькает нечто красноглазое. Рут Мику под это подходит только в самом начале, потом такое начинается…
  • «7 дней лета» — педаль в пол, пополам с тропом Темнее и острее относительно оригинальной истории.
• «Когда плачут цикады» же! Жуткие события ощущаются острее и грустнее после предшествующей сельской идиллии. И так раз за разом.
• «Cooking companions» — яркая анимешная рисовка, чибишные живые продукты... и сама игра, которая начинается как история беженцев, спасающихся из Украины от голодомора и заканчивается сценами голода, каннибализма и историей бессмертного маньяка-людоеда.

Музыка

• Master of the Hellish Yeard (Хроники Эвиллиоса) — с прикрученным фитильком, потому что начальную мелодию можно назвать мирной, но весёлой — трудно. Есть что-то зловещее в пугающе безэмоциональном детском голоске, описывающем некий ящичек с ключиком. Правда, потом становится гораздо страшнее, когда «шкатулочная» песенка РЕЗКО искажается, а текст превращается в натуральную злодейскую песню.
• I can’t fix you (Five Nights at Freddy's) — причём как в музыке, так и в видеоряде. Ох, не стоит доверять симпатичным железным зверушкам на весёленьком розовом фоне, ох, не стоит… В общем, удался сюрприз, о котором предупреждала в начале Бэби.
• DyE — Fantasy. Описывать бесполезно, лучше один раз увидеть (а лучше не надо). Там твист Крапивина умудрились провернуть ДВА РАЗА.
• Pink Floyd — Goodbye Blue Sky. Один из самых мрачных фрагментов и так тяжёлого фильма начинается с полета белого голубя. Очень недолгого полета.
• The Handsome Devil — Charlie's Inferno. Вначале песня может даже показаться детской из-за лёгкой мелодии (которая сохраняется на протяжении всей песни). Однако после того, как главный герой попал в ад, единственная надежда на лёгкость песни исчезает безвозвратно.

Интернет

• House of Puso. Выглядит на первый взгляд, как всратые забавные анимации. Но на деле....
• Довольно известный мем с рыбой фугу, грызущей морковку и забавно охающей. Но так как действие происходит на кухне, уже через полминуты оригинального видео нам показывают, как повар освежёвывает и разделывает ещё трепыхающуюся рыбу...
• Большинство роликов со скримерами построено на этом тропе. Пример – реклама K-Fee. Так что лучше не расслабляться, когда смотришь подозрительно милые ролики с очень тихой музыкой...

Прочее

• Австралийская социальная реклама (говорят, ненастоящая) Set Yourself Free. Молодёжь махнула с колледжа на пляж, а на пляже были солнце, вода, песок и мины.
• Тоже австралийская социальная реклама от железной дороги Dumb ways to Die выглядит как мультик с милыми персонажами в форме желейных бобов. И они очень глупо умирают. С расчленёнкой. Будьте осторожнее! Кстати, потом про них ещё и игру сделали.
• Российская социальная реклама (на этот раз настоящая). Девочка играет с плюшевой собачкой, сидя в машине. Но когда камера отъезжает назад, мы видим окровавленные тела её родителей на передних сидениях; малышка выжила в ДТП только благодаря ремню безопасности. С сильно прикрученным фитильком, так как и до твиста музыка весьма тревожная.
• Чешская социальная реклама «Гротески» о безопасности дорожного движения.
• И ещё две социальные рекламы от «Sandy Hook Promise», направленные против массовых убийств в учебных заведениях.