** Упомянутый в предисловии к «Вечерам на хуторе близ Диканьки» школьник, учившийся у какого-то дьяка грамоте, «стал таким латыньщиком, что позабыл даже наш язык православный. Все слова сворачивает на ус. Лопата у него — лопатус, баба — бабус». Правда, «нормальное» название грабель паренёк легко вспомнил, наступив на них и получив черенком по лбу. | ** Упомянутый в предисловии к «Вечерам на хуторе близ Диканьки» школьник, учившийся у какого-то дьяка грамоте, «стал таким латыньщиком, что позабыл даже наш язык православный. Все слова сворачивает на ус. Лопата у него — лопатус, баба — бабус». Правда, «нормальное» название грабель паренёк легко вспомнил, наступив на них и получив черенком по лбу. |