Культурно подкованный гопник

Вкратце Жлоб из низов проявляет неожиданные эрудицию и интеллект

(link)

Не путай, корешок, Аристотеля с Сократом, а то услышишь, как я ругаться буду матом!

«	— Мадемуазель, не хотелось бы сильно обеспокоить вас своей неуместной просьбой, но не будете ли вы так любезны и не угостите ли старого бродягу лишней сигареткой, если таковая вдруг у вас найдется? — Конечно, но у меня только женские… — Да мне б***ь пох** уже… в смысле… в это время суток мне уже все равно.	»
— Бомж из цитаты с Баша

«	Я как Господь — и Господь как я! Я велик, как Господь, и Он ничтожен, как я! Он не надо мной, и я не над Ним… Силезиус, советник!	»
— Макс Кейди

— Э, слышь, пацанчик! Пацанчик! Чё, куда намылился? Сюда, говорю, иди. Так… Мелочь есть? Нет? Пиздишь. Смотри, нос вырастет. Ну, или сплющится, от моего кулака, хы-гы-гы-гы-гы. Ну чо, терпила, бабло на бочку. Давай-давай. Как сказано в Писании, да не оскудеет рука дающего. Так… А чё в карманах? Ну-ка вывернул быстренько. Я те, бля, не Остап Бендер, четырехсот сравнительно честных способов отъёма денег у граждан не знаю, но в табло с ноги зарядить могу, понял, бля, никакой потом Франкенштейн не соберёт из кусочков. А, бля, ты всё равно не знаешь, что Франкенштейн — ни хера не монстр, а учёный-мочёный… Эт чё, всё? Трубу гони. И куртец, куртец снимай, Акакий, бля, Акакиевич. Всё, униженный и оскорблённый, пшёл нах с глаз моих. «Человека-невидимку» читал? Вот так исчезни.

Несколько месяцев спустя…

— …откуда мне было знать, что у этого лошарика батя в МВД работает? Часу не прошло, как мусора меня повязали в библиотеке. Вот и сижу теперь за решёткой в темнице сырой, бля…

---

Гопник, впрочем, может быть не только начитанным, но и насмотренным, наслушанным — в общем, культурно подкованным. Часто используется для комического эффекта — контраста высокого и низкого в одном персонаже (а то и в пределах одного предложения). Может встречаться у неформалов-бандитов, но эти обычно целостны (неформальная культура + образ хулигана-анархиста), а типичный начитанный гопник нарочито контрастен (высокая культура + образ люмпена). Родственный троп — Культурный мерзавец. Соседние и смежные тропы — Вежливый лось (применяет насилие, оставаясь притом безукоризненно вежлив), Я профессор, моя жена профессор… (напротив, человек из культурной среды, либо прикидывающийся таковым, ведёт себя как гопник). Положительный антипод — Крутой гик. Другой противоположный троп - малообразованный умник, который напротив может быть вообще не знаком с культурой никак, но является умником. Геройский вариант — гениальный силач. А ещё, подобное впечатление может создавать просто давно опустившийся на дно жизни осколок аристократии, особенно, если это произошло в юном возрасте и он быстро перенял манеры той среды в которой оказался.

Примеры

Фольклор

• Анекдот про гопников, решивших познакомиться с девушкой и к её удивлению легко ответивших (хоть и в своей специфической манере) на три вопроса: «Что такое экстерриториальность? Кто такие малые голландцы? Что такое горизонт событий?». При ответе на последний вопрос даже упомянули гипотезу об излучении Хокинга.
• Конспект сабжа, посвящённый истории Вавилона. «Хаммурапи был нехилый политический деятель. Он в натуре катил бочку на окружавших кентов...» [1]

Литература

• Джек Лондон, «Морской волк» — капитан Волк Ларсен. Каноничный капитан-отморозок, поднявшийся с самого портово-городского дна, садист, насильник и вообще отъявленный бандит. При этом — умнейший и начитаннейший человек, способный цитировать по памяти Библию, литературных классиков и труды любого из знаковых философов. К тому же, талантливый изобретатель.
• Майк Гелприн, «Переполнившаяся чаша» — малолетний уголовник Бекас, «смотрящий» в колонии-малолетке. Весьма благоразумен и рассудителен, в свободное время повышает образование, читая классику. Однако заточку в печень всадить вполне способен, если понадобится.
• Владислав Крапивин:
  • «Острова и капитаны» — вожаки «таверны» — Боба Шкип, Курбаши, Валет, — конечно, ещё не настоящие преступники, однако стремительно движутся в эту сторону. Вместе с тем, достаточно образованные юноши, способны, когда захотят, разговаривать вполне вежливо, да ещё и цитировать Книгу Экклезиаста и классическую литературу. «Я ведь не в слесари, а в философы собирался».
  • Туда же и Капрал в «Журавленке и молнии».
• Энтони Бёрджесс, «Заводной апельсин» — Крошка Алекс, любитель Бетховена и старого доброго ультранасилия.
• Терри Пратчетт, «Правда» — Мистер Тюльпан, отмороженный громила-преступник, который матерится как сапожник и сидит на буквальных солях для ванны. При этом разбирается в истории искусства на уровне академика и может определить ценность драгоценного камня на глаз.
• «Сказки тёмного леса» — да полно, начиная от самих главных героев, и кончая феерическими буддистами-фашистами из питерского дацана.
• Дэн Абнетт, «Триумф: Герой Его Величества» — наёмник Уравнитель О’Бау — пародия на троп. С одной стороны это могучий здоровяк, способный с легкостью убить человека, практически неубиваем сам и достаточно глуповат чтобы его можно было легко обдурить. С другой он всегда вежлив с целями и нанимателями, пытается вести изящные разговоры, петь оперу и всячески подчеркивать свою культурность. Ключевое слово — пытается. Поет он отвратительно, а в разговорах постоянно путает слова. И не дай бог кому сказать ему это в лицо…
• Юз Алешковский, «Николай Николаевич». Главный антигерой, он же и рассказчик — колоритный уголовник, нахватавшийся вершков культуры, в том числе пристрастившийся к чтению — перечисляет свои любимые и нелюбимые книги и авторов. И при этом очень нелестно отзывается о ряде советских писателей (особенно о прозе и драматургии Константина Симонова, а также о наследии Грибачева, Софронова, Погодина, Чаковского и т. п.), утверждая, что «все они на одно лицо, как бы ни старались вы…нуться почище», что они «клещами из читателя душу вытягивают, опустошают его» — «то неумением интересно сочинять, то такой парашей [ложью, подтасовками, лицемерием, недостоверной информацией (блатн. жарг.)], что глаза на лоб лезут». Это отношение самого автора — Алешковского, он просто вложил его в уста своему персонажу. А попутно потроллил ряд, по его мнению, «недурных, но не без недостатков» писателей (вроде Горького, Катаева или Каверина), описав интересную физиологическую реакцию, по которой сам Николай Николаевич определял, хороша ли книга (если она ещё и драйвная, а не депрессивная) или так, серединка на половинку.

Кино

• «Заводной апельсин» Стэнли Кубрика по роману Энтони Бёрджесса. Гопники из Лондона будущего слушают классическую музыку и перемежают свою речь иностранными словечками.
• «Мыс Страха» (ремейк 1990 г. от Мартина Скорсезе) — Макс Кейди. Деревенщина-южанин, на момент ареста неспособный даже имя свое написать, в тюрьме прокачался и прочитался до чуть ли не сверхчеловека, способного в одиночку отхуярить трубой толпу костоломов, а потом над бесчувственными тушками процитировать Ангелуса Силезиуса. Что не мешает ему при этом насиловать и избивать женщин, как в дотюремные времена.
• «Бакенбарды» (1990) — весь об этом. В провинциальном советском городе среди местной гопоты, панков-анархистов и прочей беспокойной молодёжи решает навести порядок «клуб любителей Пушкина», набранный главным антигероем как раз из гоповатых турникменов. Форма одежды — фрак, цилиндр, трость, бакенбарды, знание классика и культурная манера речи обязательны. Вызывающее поначалу лишь насмешки, движение быстро становится значимой, а потом и доминирующей силой (трость — крайне весомый аргумент в ближнем бою, а идеи борьбы за родную культуру легли на благодатную почву). И, естественно, устраивает в городе беспредел похлеще прежнего.

Телесериалы

• «Морской волк» — советская экранизация 1990 года. Единственная, к слову, где практически дословно сохранены философские беседы Ларсена с Хэмфри.
• «Даёшь молодёжь!» — гопник Башка. На самом деле из семьи богатых интеллигентов и отлично образован, играет на скрипке и пишет стихи на французском — но предпочитает это скрывать, видимо, устав от высокой культуры дома и предпочитая незатейливые развлечения с лучшим другом.

Видеоигры

• Bully — если игрок будет посещать уроки и обладает не кривыми руками, из Джимми можно сделать отличника, музыканта и художника.

Музыка

• Рэпер Сева, пародия на рэпера Сяву (который и сам пародия, но на гопников обычных). «Не читал Бальзака — по хлебалу на-ка!»
  • И вообще жанр рэпа nerdcore, состоящий из таких пародий чуть более чем полностью. Хотя может переходить и в смежно-противоположный троп.
• Безо всяких пародий такой сценический имидж создал себе Oxxxymiron. На одном дыхании может прочитать, как он сношал твою мамашу и шатал этот город, и процитировать классическую литературу, которую только в Оксфорде ещё помнят.
• В ещё большей степени его главный идеологический оппонент Слава КПСС, который данный факт даже подсвечивает в треке «Великий Могол»: «Говорю с собой, как с содержанием Христа/И мой хер занят целый день, он деловая колбаса».
• Лёха Медведев, вокалист Infornal FuckЪ (самой разухабистой и похабной рок-группы, которую только можно найти в Питере, собственно, сами Факи честно относят своё творчество к жанру «алко-металл») местами обнаруживает за матюгами и шутками ниже пояса очень немалый культурный багаж и эрудицию. А нецензурщина только добавляет необходимой перчинки.

Прочее

• Badcomedian — гопник Харчок иногда показывает нестандарты. Бонжур, ебать!