Изменения

* Многие рассказы Ицхок-Лейбуша Переца про жизнь еврейских местечек XIX — начала XX в. Во все поля — нищета, голод, болезни, ранняя смерть, сиротство, семейные и прочие раздоры. Прочитав, начинаешь понимать, что братством, единством и взаимоподдержкой евреи, вопреки распространенному мнению, не особо отличались от других народов.

* Многие рассказы Ицхок-Лейбуша Переца про жизнь еврейских местечек XIX — начала XX в. Во все поля — нищета, голод, болезни, ранняя смерть, сиротство, семейные и прочие раздоры. Прочитав, начинаешь понимать, что братством, единством и взаимоподдержкой евреи, вопреки распространенному мнению, не особо отличались от других народов.

* Внезапно Достоевский, «Братья Карамазовы». Даже на фоне весьма мрачного романа главы с умирающим ребенком, который терзается из-за убитой собачки — откровенная слезодавилка.

* Внезапно Достоевский, «Братья Карамазовы». Даже на фоне весьма мрачного романа главы с умирающим ребенком, который терзается из-за убитой собачки — откровенная слезодавилка.

* Этим систематически страдает литература именно что про собачек. Даже если ноги у нее в полном комплекте, собачка на протяжении всей книги голодает, скитается, терпит лишения и издевательства и в конце еще более печально помирает. В детстве автор правки из-за этого в какой-то момент вообще перестал читать книги, где главным героем является собака, чтобы не нарваться на очередную одноногую.

* Этим систематически страдает литература именно что про собачек. Даже если ноги у нее в полном комплекте, собачка на протяжении всей книги голодает, скитается, терпит лишения и издевательства и в конце еще более печально помирает. В детстве автор правки из-за этого в какой-то момент вообще перестал читать книги, где главным героем является собака, чтобы не нарваться на очередную одноногую.

* Лю Цысинь «Вечная жизнь смерти» — именно так и происходит с главной героиней Чэн Синь, простой девушкой, несколько раз становившейся надеждой человечества и всякий раз отказывающяаяс от своей миссии во имя идеалов добра и гуманизма, все время вспоминая, как стояла с младенцем на руках перед волками, и рефлексируя насчет истории Земли и недопустмости жестокости в обществе. Вот только в первый раз она отказалась использовать Машину Судного Дня, чем позволила свершиться инопланетному вторжению, массовому переселению человечества в Австралию и геноциду, не свершившемуся лишь благодаря другим героям. Во второй раз она отвергает план создания звездолетов, способных двигаться со скоростью света, поскольку осуществление его потребует конфликта корпорации-изобретателя с Федерацией Солнечной системы, и решает положиться на космические убежища на орбите Юпитера — и вскоре всю Солнечную систему множит на ноль совершенно новое оружие, обращающая все трехмерное пространство в двухмерное, и вырваться из него можно было бы только при скорости света. И в этом случае героиня выживает, оказавшись на тайно сконструированном для нее единственном таком звездолете.

* Лю Цысинь «Вечная жизнь смерти» — именно так и происходит с главной героиней Чэн Синь, простой девушкой, несколько раз становившейся надеждой человечества и всякий раз отказывающяаяс от своей миссии во имя идеалов добра и гуманизма, все время вспоминая, как стояла с младенцем на руках перед волками, и рефлексируя насчет истории Земли и недопустмости жестокости в обществе. Вот только в первый раз она отказалась использовать Машину Судного Дня, чем позволила свершиться инопланетному вторжению, массовому переселению человечества в Австралию и геноциду, не свершившемуся лишь благодаря другим героям. Во второй раз она отвергает план создания звездолетов, способных двигаться со скоростью света, поскольку осуществление его потребует конфликта корпорации-изобретателя с Федерацией Солнечной системы, и решает положиться на космические убежища на орбите Юпитера — и вскоре всю Солнечную систему множит на ноль совершенно новое оружие, обращающая все трехмерное пространство в двухмерное, и вырваться из него можно было бы только при скорости света. И в этом случае героиня выживает, оказавшись на тайно сконструированном для нее единственном таком звездолете.