Изменения

Один из классических вестернов, который сегодня многие считают первой деконструкцией жанра.

Один из классических вестернов, который сегодня многие считают первой деконструкцией жанра.

== Суть ==

== Суть ==

В некогда забытый Богом, а ныне вполне себе процветающий городок на не таком уж диком (уже проложена железная дорога!) Западе возвращается преступник Фрэне Миллер, которого местный шериф пять лет назад посадил за решетку. Миллера встречают его брат и двое приятелей. Вчетвером они намерены отомстить шерифу Уиллу Кейну. А Кейн как раз сегодня женился и собрался отбыть на свое ранчо, чтобы провести там медовый месяц.

В некогда забытый Богом, а ныне вполне себе процветающий городок на не таком уж диком (уже проложена железная дорога!) Западе возвращается полуденным поездом преступник Фрэнк Миллер, которого местный шериф пять лет назад посадил за решетку. Миллера встречают его брат и двое приятелей. Вчетвером они намерены отомстить шерифу Уиллу Кейну. А Кейн как раз сегодня женился и собрался отбыть на свое ранчо, чтобы провести там медовый месяц.

Кейн опасается, что в одиночку не сладит с четырьмя опытными бандитами, и пытается набрать людей себе в помощь. Но все трусят, узнав, что придется иметь дело с головорезом Миллером.

Кейн опасается, что в одиночку не сладит с четырьмя опытными бандитами, и пытается набрать людей себе в помощь. Но все трусят, узнав, что придется иметь дело с головорезом Миллером.

Собственно, весь фильм, проме последних 10 минут, состоит из того, как Кейн ходит от Понтия к Пилату, ытаясь найти помощь то у «лучших людей города», то у своего бывшего учителя-шерифа, то у простого народа, и везде получает отлуп. При таком, казалось бы, неспешном развитии фабулы, зритель, по идее, должен уснуть, ан нет — напряжение возрастает с каждой минутой, чтобы в конце взорваться оглушительной, хоть и короткой, перестрелкой.

Собственно, весь фильм, проме последних 10 минут, состоит из того, как Кейн ходит от Понтия к Пилату, ытаясь найти помощь то у «лучших людей города», то у своего бывшего учителя-шерифа, то у простого народа, и везде получает отлуп. При таком, казалось бы, неспешном развитии фабулы, зритель, по идее, должен уснуть, ан нет — напряжение возрастает с каждой минутой, чтобы в конце взорваться оглушительной, хоть и короткой, перестрелкой.