Изменения

* Иоганн Себастьян Бах был не католиком, а, что совершенно не удивительно для его родной [[Галереи, лютеране и фарфор|Саксонии]] в XVIII веке и всей северной Германии, [[Протестантизм — это круто!|лютеранином]]. Как следствие, его произведения — в первую очередь обработки протестантских хоралов.  

* Иоганн Себастьян Бах был не католиком, а, что совершенно не удивительно для его родной [[Галереи, лютеране и фарфор|Саксонии]] в XVIII веке и всей северной Германии, [[Протестантизм — это круто!|лютеранином]]. Как следствие, его произведения — в первую очередь обработки протестантских хоралов.  

** И вообще органный инструментал зародился именно в лютеранской среде и католиками поначалу воспринимался враждебно. Не потому что из конкурирующего лагеря (Контрреформация за милую душу брала у протестантов то, что не подрывало основ вероучения), а потому что прославление Бога в слове, а не в мелодии. В аутентичной католической традиции орган лишь задавал тон хору, максимум вытягивая слабый вокал.

** И вообще органный инструментал зародился именно в лютеранской среде и католиками поначалу воспринимался враждебно. Не потому что из конкурирующего лагеря (Контрреформация за милую душу брала у протестантов то, что не подрывало основ вероучения), а потому что прославление Бога в слове, а не в мелодии. В аутентичной католической традиции орган лишь задавал тон хору, максимум вытягивая слабый вокал.

** Разумеется, в католических храмах Баха играют вполне охотно, и так было даже до XX века с его реформами и экуменизмом. Со своей стороны и протестанты никогда не видели не видели ничего зазорного в том, чтобы брать мелодии своих хоралов и гимнов у католиков. Не только из общего исторического наследия, которое протестанты попросту считают своим, а настоящими католиками себя, а не папистов (ещё Мартин Лютер отмечал, что «…сами песнопения и ноты католиков дорогого стоят, и было бы жаль, если бы всё это пропало втуне»), но и послераскольные. И взаимные анафемы, остающиеся в силе до сих пор, никакого отношения к этом не имеют. Просто в картину мира специфической постсоветской религиозности, созданной с нуля после выжженной пустыни государственного воинствующего атеизма, это укладывается с трудом. Помимо этого живучим остаётся забавное заблуждение «всё западное [[христианство — это католичество]] (а значит, и Бах, конечно же, католик)», но это уже [[Не в ладах с богословием|соседний троп]].

** Разумеется, в католических храмах Баха играют вполне охотно, и так было даже до XX века с его реформами и экуменизмом. Со своей стороны и протестанты никогда не видели ничего зазорного в том, чтобы брать мелодии своих хоралов и гимнов у католиков. Не только из общего исторического наследия, которое протестанты попросту считают своим, а настоящими католиками себя, а не папистов (ещё Мартин Лютер отмечал, что «…сами песнопения и ноты католиков дорогого стоят, и было бы жаль, если бы всё это пропало втуне»), но и послераскольные. И взаимные анафемы, остающиеся в силе до сих пор, никакого отношения к этом не имеют. Просто в картину мира специфической постсоветской религиозности, созданной с нуля после выжженной пустыни государственного воинствующего атеизма, это укладывается с трудом. Помимо этого живучим остаётся забавное заблуждение «всё западное [[христианство — это католичество]] (а значит, и Бах, конечно же, католик)», но это уже [[Не в ладах с богословием|соседний троп]].

* Сальери не имел к смерти Моцарта ну аж никакого отношения, и вовсе не «завидовал» ему. Байка про отравление из зависти стала популярна спустя длительное время после смерти Моцарта, когда его реальная жизнь позабылась на фоне музыкального наследия. Причём распространяли её как раз те, кто завидовал Сальери — итальянец пролез в придворные композиторы, как будто в Германии композиторов надостаточно. А пока Моцарт был жив, у Сальери не было ровно никаких поводов для зависти (или иных мотивов для убийства) — с чего вдруг придворный композитор императора в Вене, глава итальянской оперной труппы, учитель Шуберта и Бетховена, награжденный целым рядом орденов, стал бы завидовать перебивавшемуся концертами по подпискам, долго копившему на покупку бильярдного стола и вечно должавшему всем вокруг Моцарту?

* Сальери не имел к смерти Моцарта ну аж никакого отношения, и вовсе не «завидовал» ему. Байка про отравление из зависти стала популярна спустя длительное время после смерти Моцарта, когда его реальная жизнь позабылась на фоне музыкального наследия. Причём распространяли её как раз те, кто завидовал Сальери — итальянец пролез в придворные композиторы, как будто в Германии композиторов надостаточно. А пока Моцарт был жив, у Сальери не было ровно никаких поводов для зависти (или иных мотивов для убийства) — с чего вдруг придворный композитор императора в Вене, глава итальянской оперной труппы, учитель Шуберта и Бетховена, награжденный целым рядом орденов, стал бы завидовать перебивавшемуся концертами по подпискам, долго копившему на покупку бильярдного стола и вечно должавшему всем вокруг Моцарту?

** Слух пошёл с подачи самого Сальери. Он Моцарта (как и других ярких молодых композиторов) любил и, когда тот заболел, был одним из тех, кто лежачему Моцарту помогал. В том числе, разок дал попить лекарства с ложечки. Когда Моцарт таки умер, Сальери очень переживал и накрутил себя, что невовремя дал лекарство, даже однажды ляпнул сгоряча: «Я убил Моцарта!». Врачи опровергли и успокоили Сальери. Но слушок пошёл.

** Слух пошёл с подачи самого Сальери. Он Моцарта (как и других ярких молодых композиторов) любил и, когда тот заболел, был одним из тех, кто лежачему Моцарту помогал. В том числе, разок дал попить лекарства с ложечки. Когда Моцарт таки умер, Сальери очень переживал и накрутил себя, что невовремя дал лекарство, даже однажды ляпнул сгоряча: «Я убил Моцарта!». Врачи опровергли и успокоили Сальери. Но слушок пошёл.

* «Юнона и Авось» — это не только не первая советская рок-опера, но даже не первая у Алексея Рыбникова, который ещё до этого написал «Звезду и смерть Хоакина Мурьеты». А первая советская рок-опера — «Орфей и Эвридика» Журбина и Димитрина, написанная в 1975 году.

* «Юнона и Авось» — это не только не первая советская рок-опера, но даже не первая у Алексея Рыбникова, который ещё до этого написал «Звезду и смерть Хоакина Мурьеты». А первая советская рок-опера — «Орфей и Эвридика» Журбина и Димитрина, написанная в 1975 году.

* А [[Высоцкий]] никогда не писал и не исполнял «Орла шестого легиона». Песня даже не в стиле Владимира Семёновича от слова совсем. Но кто-то умудряется путать.

* А [[Высоцкий]] никогда не писал и не исполнял «Орла шестого легиона». Песня даже не в стиле Владимира Семёновича от слова совсем. Но кто-то умудряется путать.

** «На Перовском на базаре» — тоже не Высоцкий, это куплеты Льва Зиргенталя ещё 1920-х годов. А также «Бабье лето» (слова Игоря Кохановского), «Песня акына» (слова Андрея Вознесенского, исполнялась Высоцким в спектакле «Антимиры») и [[w:Песни Владимира Высоцкого на стихи других авторов|другие, исполнявшиеся Высоцким]], в том числе на концертах с комментариями, которые при перезаписях обычно удалялись, чтобы на бобине / кассете уместилось больше песен, в итоге получались бастарды. А вот «В куски разлетелася корона» (из спектакля «Десять дней, которые потрясли мир») — разумеется, текст ВСВ, даже странно, что в этом кто-то может сомневаться.

** «На Перовском на базаре» — тоже не Высоцкий, это куплеты Льва Зиргенталя ещё 1920-х годов. А также «Бабье лето» (слова и, возможно, музыка Игоря Кохановского), «Песня акына» (слова Андрея Вознесенского, исполнялась Высоцким в спектакле «Антимиры») и [[w:Песни Владимира Высоцкого на стихи других авторов|другие, исполнявшиеся Высоцким]], в том числе на концертах с комментариями, которые при перезаписях обычно удалялись, чтобы на бобине / кассете уместилось больше песен, в итоге получались бастарды. А вот «В куски разлетелася корона» (из спектакля «Десять дней, которые потрясли мир») — разумеется, текст ВСВ, даже странно, что в этом кто-то может сомневаться.

* Не все знают, что «Кузьма Скрябин» — не только не настоящие имя-фамилия, но даже не [[псевдоним]] ныне покойного украинского музыканта. «Кузьма» — прижившаяся [[фанская кличка]], на самом деле его звали Андрей Кузьменко. А «Скрябин» — это группа, в которой он был вокалистом.

* Не все знают, что «Кузьма Скрябин» — не только не настоящие имя-фамилия, но даже не [[псевдоним]] ныне покойного украинского музыканта. «Кузьма» — прижившаяся [[фанская кличка]], на самом деле его звали Андрей Кузьменко. А «Скрябин» — это группа, в которой он был вокалистом.

* Название группы «Любэ» — это не сокращение от города Люберцы. Любэ — это сленговое слово украинско-суржикового происхождения, означающее «всякое разное, любое» (в 2020 годах сохранилось только в редком варианте «по-любэ», то есть по-любому): выбор его в качестве названия группы символизировал отказ от жанровых рамок — «играем всё, что захотим». Также нетрудно заподозрить отсылку к субкультуре люберов — что совершенно логично, поскольку группа фактически возродила полузабытый к середине 80-х движ. Хотя песни про Люберцы в репертуаре есть. Да хотя бы «А люба-люба-Любэ, а люба-Люберцы мои!». И про Дусю-Агрегат.

* Название группы «Любэ» — это не сокращение от города Люберцы. Любэ — это сленговое слово украинско-суржикового происхождения, означающее «всякое разное, любое» (в 2020 годах сохранилось только в редком варианте «по-любэ», то есть по-любому): выбор его в качестве названия группы символизировал отказ от жанровых рамок — «играем всё, что захотим». Также нетрудно заподозрить отсылку к субкультуре люберов — что совершенно логично, поскольку группа фактически возродила полузабытый к середине 80-х движ. Хотя песни про Люберцы в репертуаре есть. Да хотя бы «А люба-люба-Любэ, а люба-Люберцы мои!». И про Дусю-Агрегат.