| ** А вот [[сало и горилка|украинский]] '''суржик''' и [[партизаны-бульбоводы|белорусская]] '''трасянка''' так и остались недоязыками, на которые косо смотрят те, кто нормально знает один или оба исходных языка. Как и их [[Басмачи, тюбетейки и гастарбайтеры#Қазақстан/Qazaqstan|казахстанский]] аналог — т. н. «'''шала-казахский''' язык», смесь русского и казахского. Преимущественно на нём говорят между собой городские (русскоязычные) казахи, плоховато знающие родной язык. | | ** А вот [[сало и горилка|украинский]] '''суржик''' и [[партизаны-бульбоводы|белорусская]] '''трасянка''' так и остались недоязыками, на которые косо смотрят те, кто нормально знает один или оба исходных языка. Как и их [[Басмачи, тюбетейки и гастарбайтеры#Қазақстан/Qazaqstan|казахстанский]] аналог — т. н. «'''шала-казахский''' язык», смесь русского и казахского. Преимущественно на нём говорят между собой городские (русскоязычные) казахи, плоховато знающие родной язык. |
| *** Тем не менее, на протяжении XX века суржик и трасянка были отчасти креолизированы и фактически являются родным языком для многих жителей сельской местности. Кроме того, в восточных областях обеих стран местные диалекты исторически имеют переходные черты с русским языком (так же, как в Полесье — между украинским и белорусским — до такой степени, что отнесение говора конкретного района к украинскому или белорусскому языку зависит часто от политических предпочтений конкретного лингвиста, а на деле имеет место непрерывный языковой украинско-белорусский континнуум), и при кажущемся сходстве с суржиком / трасянкой (попыткой «тутейших» говорить «панской мовой») представляют собой другое лингвистическое явление. В украинской и по остаточному признаку российской Слобожанщине языковая чересполосица стала следствием двух встречных потоков колонизации — отсюда такое явление, как украинский с аканьем в сёлах северной Харьковщины. Несмотря на волны массовой миграции и диффузии, Украина и Беларусь в значительной мере сохраняют автохтонное население в регионах, потому местные говоры в разной степени отдалены от литературного стандарта (чем дальше от Полтавы, диалект которой лёг в основу литературного украинского языка, тем сильнее). Литературный украинский/белорусский в семье с детства — это больше про интеллигентные семьи. Как, впрочем, и любой литературный язык, включая русский<ref>Существует (в основном вна РФ) [[популярное заблуждение]], что русский гораздо более стандартизирован и ему нет необходимости срочно меняться в зависимости от политической конъюнктуры. На самом деле, украинский и белорусский в советские годы были официальными языками образования науки, с кодификацией и систематизацией там всё в порядке, а постсоветские процессы развития везде шли параллельно и приблизительно одинаково (с той лишь разницей, что пуристы в РФ боролись не с русизмами, как в других постсоветских республиках, а с американизмами). Педаль в пол вызывает шовинистическая шуточка «Не спрашивайте у мужчины, какая у него зарплата. Не спрашивайте у женщины, сколько ей лет. Не спрашивайте у хохла, как по-украински будет „вертолёт“» (обычно сопровождаемая скриншотами с новостных сайтов), авторы которой не только не в курсе, что «вертоліт — вертольота» — [[Не знает языка|падежные формы одного и того же слова]] (как «кіт — кота»), что слова [[w:винтокрыл]] и [[w:геликоптер]] употребляются в русском языке абсолютно аналогично украинскому (хотя первое чаще в узком значении, чем в широком, а второе считается устаревшим), но похоже, вообще не знакомы с явлением синонимии в силу своего скудного языкового багажа! Важно помнить: семантическая разница между синонимами кране велика, а принцип «Аби не як у москалів» придумали рашисты и путлеровцы. И никак иначе!</ref> (в европейской части России и тех регионах, где пришлое русское население успело достаточно укорениться). | | *** Тем не менее, на протяжении XX века суржик и трасянка были отчасти креолизированы и фактически являются родным языком для многих жителей сельской местности. Кроме того, в восточных областях обеих стран местные диалекты исторически имеют переходные черты с русским языком (так же, как в Полесье — между украинским и белорусским — до такой степени, что отнесение говора конкретного района к украинскому или белорусскому языку зависит часто от политических предпочтений конкретного лингвиста, а на деле имеет место непрерывный языковой украинско-белорусский континнуум), и при кажущемся сходстве с суржиком / трасянкой (попыткой «тутейших» говорить «панской мовой») представляют собой другое лингвистическое явление. В украинской и по остаточному признаку российской Слобожанщине языковая чересполосица стала следствием двух встречных потоков колонизации — отсюда такое явление, как украинский с аканьем в сёлах северной Харьковщины. Несмотря на волны массовой миграции и диффузии, Украина и Беларусь в значительной мере сохраняют автохтонное население в регионах, потому местные говоры в разной степени отдалены от литературного стандарта (чем дальше от Полтавы, диалект которой лёг в основу литературного украинского языка, тем сильнее). Литературный украинский/белорусский в семье с детства — это больше про интеллигентные семьи. Как, впрочем, и любой литературный язык, включая русский<ref>Существует (в основном вна РФ) [[популярное заблуждение]], что русский гораздо более стандартизирован и ему нет необходимости срочно меняться в зависимости от политической конъюнктуры. На самом деле, украинский и белорусский в советские годы были официальными языками образования науки, с кодификацией и систематизацией там всё в порядке, а постсоветские процессы развития везде шли параллельно и приблизительно одинаково (с той лишь разницей, что пуристы в РФ боролись не с русизмами, как в других постсоветских республиках, а с американизмами). Педаль в пол вызывает шовинистическая шуточка «Не спрашивайте у мужчины, какая у него зарплата. Не спрашивайте у женщины, сколько ей лет. Не спрашивайте у хохла, как по-украински будет „вертолёт“» (обычно сопровождаемая скриншотами с новостных сайтов), авторы которой не только не в курсе, что «вертоліт — вертольота» — [[Не знает языка|падежные формы одного и того же слова]] (как «кіт — кота»), что слова [[w:винтокрыл]] и [[w:геликоптер]] употребляются в русском языке абсолютно аналогично украинскому (хотя первое чаще в узком значении, чем в широком, а второе считается устаревшим), но похоже, вообще не знакомы с явлением синонимии в силу своего скудного языкового багажа!</ref> (в европейской части России и тех регионах, где пришлое русское население успело достаточно укорениться). |
| ** Закономерное явление: выходец из какого-нибудь «малого» народа (или колонии, или ребёнок эмигрантов / релокантов) в детстве («с молоком матери») усваивает его грамматику и базовую лексику, но потом в школе учится на языке «большого» народа (метрополии, страны проживания), и всю взрослую жизнь читает, пишет и общается почти исключительно на нём. Когда такой человек пытается говорить на родном языке, получается смесь из родной грамматики и неродной лексики. Типично, например, для современного городского разговорного татарского, который чуть менее чем наполовину состоит из русских корней, склоняемых по-татарски. | | ** Закономерное явление: выходец из какого-нибудь «малого» народа (или колонии, или ребёнок эмигрантов / релокантов) в детстве («с молоком матери») усваивает его грамматику и базовую лексику, но потом в школе учится на языке «большого» народа (метрополии, страны проживания), и всю взрослую жизнь читает, пишет и общается почти исключительно на нём. Когда такой человек пытается говорить на родном языке, получается смесь из родной грамматики и неродной лексики. Типично, например, для современного городского разговорного татарского, который чуть менее чем наполовину состоит из русских корней, склоняемых по-татарски. |