| Вот этот неявный [[Басня|элемент морального укора]] как раз и превращает данное произведение в образец «классики на все времена» — ибо сия тема касается не одних лишь дворян первой четверти XIX века, а вообще любого лица, неважно, в каких условиях выросшего. | | Вот этот неявный [[Басня|элемент морального укора]] как раз и превращает данное произведение в образец «классики на все времена» — ибо сия тема касается не одних лишь дворян первой четверти XIX века, а вообще любого лица, неважно, в каких условиях выросшего. |
| С другой стороны, особенной духовной бедности у героев не наблюдается: у Евгения «резкий охлажденный ум», не говоря уже о количестве прочитанного и переваренного («пометки резкие ногтей свидетельствуют о том, что Онегин размышлял над книгами»); Татьяна тоже не делает никаких глупостей, которые нельзя списать на ее возраст. Однако все главные персонажи старательно косплеют героев романтизма: Татьяна косплеит несчастную возлюбленную и пишет письмо из сплошных штампов, Онегин изображает несчастного байронического героя, которому уже нет жизни (в свои без малого «семнадцать лет») и читает свою речь Татьяне, Ленский косплеит (притом неуклюже, что не раз подчеркивает автор) героя немецкого романтизма и, согласно романтическим штампам, вызывает на дуэль предателя, чтобы умереть, когда оказался предан «всеми» (Ольгой и Евгением). Только мир произведения — это реальный мир, и их попытки выглядят смешно/грустно. В конце герои, особенно Татьяна, меняются и вырастают из этой игры, как перерастает её Пушкин, разрушая романтические штампы от рифм («читатель ждет здесь рифмы розы?») до сюжета. | | С другой стороны, особенной духовной бедности у героев не наблюдается: у Евгения «резкий охлажденный ум», не говоря уже о количестве прочитанного и переваренного («пометки резкие ногтей свидетельствуют о том, что Онегин размышлял над книгами»); Татьяна тоже не делает никаких глупостей, которые нельзя списать на ее возраст. Однако все главные персонажи старательно косплеют героев романтизма: Татьяна косплеит несчастную возлюбленную и пишет письмо из сплошных штампов, Онегин изображает несчастного байронического героя, которому уже нет жизни и читает свою речь Татьяне, Ленский косплеит (притом неуклюже, что не раз подчеркивает автор) героя немецкого романтизма и, согласно романтическим штампам, вызывает на дуэль предателя, чтобы умереть, когда оказался предан «всеми» (Ольгой и Евгением). Только мир произведения — это реальный мир, и их попытки выглядят смешно/грустно. В конце герои, особенно Татьяна, меняются и вырастают из этой игры, как перерастает её Пушкин, разрушая романтические штампы от рифм («читатель ждет здесь рифмы розы?») до сюжета. |