| Строка 70: |
Строка 70: |
| *** Вдобавок возникает вопрос, почему такая напасть преследует только веннов? О подобных обычаях у других народов автор не упоминает. Во второй главе первой книги, явившихся призраков видят и слышат и Ниилит, и Тилорн. Почему же явившиеся призраки разбойничков Жадобы не переполошили обитателей замка Винитара? | | *** Вдобавок возникает вопрос, почему такая напасть преследует только веннов? О подобных обычаях у других народов автор не упоминает. Во второй главе первой книги, явившихся призраков видят и слышат и Ниилит, и Тилорн. Почему же явившиеся призраки разбойничков Жадобы не переполошили обитателей замка Винитара? |
| **** Тилорн намекает Волкодаву, что никто не придёт, если тот не верит в то, что придут (потому, что ты убил в бою? '''Твоя вера отличает это''' от простого убийства? — Нет, никто не придёт после грозы), получается, это некий психокинез. | | **** Тилорн намекает Волкодаву, что никто не придёт, если тот не верит в то, что придут (потому, что ты убил в бою? '''Твоя вера отличает это''' от простого убийства? — Нет, никто не придёт после грозы), получается, это некий психокинез. |
| **** Обоснуй: всё это — просто детские сказки-страшилки, которые рассказывали в роду Серых Псов. Когда племя перебили, Волкодав был ещё ребёнком, вот и вбил себе в голову, что всё, что ему рассказывали в родной деревне было Правильным и Истинным, а уж насколько это соответствует реальному положению вещей — неизвестно. Призраков он в тот единственный раз себе просто навоображал.
| |
| ** Тилорн со всей серьёзностью обсуждает с Ниилит и Эврихом труды местного Авиценны, Зелхата Мельсинского, советовавшего прикладывать к ранам сырую печень. Для выходца из мира типа Эвриховского, облагороженного, но технологически всё равно примитивного, раннего средневековья, а то и античности, это вполне разумно. Для землянина эры межзвёздных полётов, которым Тилорн внезапно становится в следующих книгах, это как минимум странно. Да и когда бы Тилорн успел (в допечатную эпоху!) приобщиться к трудам Зелхата, и зачем ему этим систематически заниматься? А поверхностную нахватанность книжник Эврих раскусил бы на раз. | | ** Тилорн со всей серьёзностью обсуждает с Ниилит и Эврихом труды местного Авиценны, Зелхата Мельсинского, советовавшего прикладывать к ранам сырую печень. Для выходца из мира типа Эвриховского, облагороженного, но технологически всё равно примитивного, раннего средневековья, а то и античности, это вполне разумно. Для землянина эры межзвёздных полётов, которым Тилорн внезапно становится в следующих книгах, это как минимум странно. Да и когда бы Тилорн успел (в допечатную эпоху!) приобщиться к трудам Зелхата, и зачем ему этим систематически заниматься? А поверхностную нахватанность книжник Эврих раскусил бы на раз. |
| *** Тут как минимум неоднозначно. Труды Зелхата упоминают только Ниилит и Эврих, сам Тилорн в этот момент молчит и лишь улыбается, «как будто это он сам научил Ниилит грамоте и приохотил её к книгам». А о чём шла речь в последующей беседе — не сказано; могли, например, вернуться к теме предстоящей операции на крыле Мыша. | | *** Тут как минимум неоднозначно. Труды Зелхата упоминают только Ниилит и Эврих, сам Тилорн в этот момент молчит и лишь улыбается, «как будто это он сам научил Ниилит грамоте и приохотил её к книгам». А о чём шла речь в последующей беседе — не сказано; могли, например, вернуться к теме предстоящей операции на крыле Мыша. |