Изменения

* Безымянная польская панночка, [[девушка из лагеря противника|дочь ковенского воеводы]], возлюбленная Андрия, из-за которой он стал [[предатель|перебежчиком]].

* Безымянная польская панночка, [[девушка из лагеря противника|дочь ковенского воеводы]], возлюбленная Андрия, из-за которой он стал [[предатель|перебежчиком]].

** «Всех ты привела к ногам моим: лучших дворян изо всего шляхетства, богатейших панов, графов и иноземных баронов и все, что ни есть цвет нашего рыцарства. Всем им было вольно любить меня, и за великое благо всякий из них почел бы любовь мою. Стоило мне только махнуть рукой, и любой из них, красивейший, прекраснейший лицом и породою, стал бы моим супругом. И ни к одному из них не причаровала ты моего сердца, свирепая судьба моя; а причаровала мое сердце, мимо лучших витязей земли нашей, к чуждому, к врагу нашему».

** «Всех ты привела к ногам моим: лучших дворян изо всего шляхетства, богатейших панов, графов и иноземных баронов и все, что ни есть цвет нашего рыцарства. Всем им было вольно любить меня, и за великое благо всякий из них почел бы любовь мою. Стоило мне только махнуть рукой, и любой из них, красивейший, прекраснейший лицом и породою, стал бы моим супругом. И ни к одному из них не причаровала ты моего сердца, свирепая судьба моя; а причаровала мое сердце, мимо лучших витязей земли нашей, к чуждому, к врагу нашему».

* Янкель, [[Пейсы, кашрут и день субботний|жид]]<ref>Во времена Гоголя слово «жид» не носило однозначно-оскорбительного характера, поэтому не будем выкидывать слово из песни. Означало оно всего лишь «иудей»; более того, это ''и есть'' слово «иудей», только искажённое на польский лад. Некоторые уже тогда им ругались («на какого жида мне это надо?!»), но в целом это был просто этноним вкупе с указанием на конфессию. В украинском, белорусском, чешском и польском языках так осталось и посейчас.</ref>, [[высокий и худой как жердь]], богатый по финансам и бедный по социальному статусу, с которым Тарас находится в деловых отношениях (а раньше Янкель дал Дорошу, покойному брату Тараса, восемьсот цехинов выкупиться из турецкого плена).

* Янкель, [[Пейсы, кашрут и день субботний|жид]]<ref>Во времена Тараса (но не Гоголя: уже при Екатерине II «жидами» евреев называть было предосудительно) слово «жид» не носило однозначно-оскорбительного характера, поэтому не будем выкидывать слово из песни. Означало оно всего лишь «иудей»; более того, это ''и есть'' слово «иудей», только искажённое на польский лад. Некоторые уже тогда им ругались («на какого жида мне это надо?!»), но в целом это был просто этноним вкупе с указанием на конфессию. В украинском, белорусском, чешском и польском языках так осталось и посейчас.</ref>, [[высокий и худой как жердь]], богатый по финансам и бедный по социальному статусу, с которым Тарас находится в деловых отношениях (а раньше Янкель дал Дорошу, покойному брату Тараса, восемьсот цехинов выкупиться из турецкого плена).

** Пополам с [[Торгаш — это плохо]]. «Он уже очутился тут арендатором и корчмарем; прибрал понемногу всех окружных панов и шляхтичей в свои руки, высосал понемногу почти все деньги и сильно означил свое жидовское присутствие в той стране. На расстоянии трех миль во все стороны [[Хитгый и жадный евгей|не оставалось ни одной избы в порядке: все валилось и дряхлело, все пораспивалось, и осталась бедность да лохмотья]]; как после пожара или чумы, выветрился весь край».

** Пополам с [[Торгаш — это плохо]]. «Он уже очутился тут арендатором и корчмарем; прибрал понемногу всех окружных панов и шляхтичей в свои руки, высосал понемногу почти все деньги и сильно означил свое жидовское присутствие в той стране. На расстоянии трех миль во все стороны [[Хитгый и жадный евгей|не оставалось ни одной избы в порядке: все валилось и дряхлело, все пораспивалось, и осталась бедность да лохмотья]]; как после пожара или чумы, выветрился весь край».