| Строка 28: |
Строка 28: |
| == Примеры == | | == Примеры == |
|
| |
|
| === [[Литература|Книги]] === | | === Комплексные франшизы === |
| | * «Заводной апельсин» — [[деконструкция]]. После «перевоспитания» герой теперь не может радоваться ультранасилию… а также Бетховену и другому хорошему-мощному в жизни — всё это приносит сильнейшую боль. В конце концов, полнейшая неспособность постоять за себя приводит его к [[ГЭС]] и попытке суицида. И что самое обидное (но до горя реалистичное!) — что на «облико морале» протагониста это, кажется, нисколько не повлияло. |
| | ** Вернее, в книге у него всё же начинаются какие-то моральные проблески — но вряд ли ввиду того, что он прошёл через промывание мозгов ([[оздоровительная порка]], впрочем, засчитывается). А в фильме всё мрачно-безнадёжно: как был садистом-мерзавцем и трусом, так и остался. |
| | |
| | === [[Литература]] === |
| * У Толкина промыванием мозгов профессионально занимался Саурон с помощью своего шедевра — Колец. | | * У Толкина промыванием мозгов профессионально занимался Саурон с помощью своего шедевра — Колец. |
| ** [[По ту сторону рассвета|ПТСР]] — мозги безнадёжно промыты у всех рыцарей Аст-Ахэ (кроме начинающих и непосвящённых). Они, раз: не умеют закрываться от [[Телепатия|осанве]] и Мелькор в любой момент может прочитать ''вообще все'' их мысли, чувства и воспоминания, два: с детства говорят на языке, на котором, например, «освободи меня» и «прости меня» звучит одинаково, то есть, всякий, кого посадили в тюрьму — не важно, кто и за что — думая на этом языке об освобождении не будет разграничивать его с тем, чтобы получить прощение у того, кто его туда отправил, и, следовательно, по факту заключения уже будет чувствовать себя виноватым.
| | * [[По ту сторону рассвета|ПТСР]] — мозги безнадёжно промыты у всех рыцарей Аст-Ахэ (кроме начинающих и непосвящённых). Они, раз: не умеют закрываться от [[Телепатия|осанве]] и Мелькор в любой момент может прочитать ''вообще все'' их мысли, чувства и воспоминания, два: с детства говорят на языке, на котором, например, «освободи меня» и «прости меня» звучит одинаково, то есть, всякий, кого посадили в тюрьму — не важно, кто и за что — думая на этом языке об освобождении не будет разграничивать его с тем, чтобы получить прощение у того, кто его туда отправил, и, следовательно, по факту заключения уже будет чувствовать себя виноватым. |
| * «Заводной апельсин» — [[деконструкция]]. После «перевоспитания» герой теперь не может радоваться ультранасилию… а также Бетховену и другому хорошему в жизни — всё это приносит сильнейшую боль. В конце концов, полнейшая неспособность постоять за себя приводит его к [[ГЭС]] и попытке суицида. И что самое обидное (но до горя реалистичное!) — что на облико морале героя это нисколько не повлияло: как был садистом-мерзавцем и трусом, так и остался.
| |
| * «Человек с золотым пистолетом». Бонд отправился в СССР, а по возвращению чуть не убил М. В госпитале Бонду всё же вправили мозги и отправили на убийство Скараманги. В кино подобного не наблюдается. | | * «Человек с золотым пистолетом». Бонд отправился в СССР, а по возвращению чуть не убил М. В госпитале Бонду всё же вправили мозги и отправили на убийство Скараманги. В кино подобного не наблюдается. |
| * Очень грубое, но действенное средневековое промывание мозгов демонстрирует на Теоне Грейджое Рамси Болтон из [[A Song of Ice and Fire|ПЛиО]]. В ход идёт всё: павловское набивание условных рефлексов, когда попытка предать нового хозяина или сбежать от него неизменно приводит Теона к невыносимой боли, умелое использование стокгольмского синдрома, принуждение жертвы к тому, чтобы она сама просила мучителя покалечить её, чтобы прекратить пытку, и даже кастрация (в книге на неё намекалось, в сериале показана открыто). В результате Теон перестаёт считать себя Теоном и сам начинает верить, что Теон — это другой человек, а он — слуга Рамси по имени Вонючка (рифмы: жучка, сучка, закорючка). | | * Очень грубое, но действенное средневековое промывание мозгов демонстрирует на Теоне Грейджое Рамси Болтон из [[A Song of Ice and Fire|ПЛиО]]. В ход идёт всё: павловское набивание условных рефлексов, когда попытка предать нового хозяина или сбежать от него неизменно приводит Теона к невыносимой боли, умелое использование стокгольмского синдрома, принуждение жертвы к тому, чтобы она сама просила мучителя покалечить её, чтобы прекратить пытку, и даже кастрация (в книге на неё намекалось, в сериале показана открыто). В результате Теон перестаёт считать себя Теоном и сам начинает верить, что Теон — это другой человек, а он — слуга Рамси по имени Вонючка (рифмы: жучка, сучка, закорючка). |