Впереди столпом ниспадал откуда-то из-под очень высокого потолка, сумеречный свет, и что-то сложное двигалось с металлическим аккуратным рокотом навстречу Саньку. Кто-то высокий что-то на чем-то вез. В кресле на колесах. Оно приблизилось. В серой колонне света высветилось кресло, и в нем — огромная и вся такая больная белая выпученная голова: веселый такой, потайной и глубокий, как дуло, черный глаз; белый нос как нож; и застывшая потрясенная улыбка. Голова прочно сидела на чём-то вроде большой тыквы, затянутой в пижаму. Санёк отступил.}} | Впереди столпом ниспадал откуда-то из-под очень высокого потолка, сумеречный свет, и что-то сложное двигалось с металлическим аккуратным рокотом навстречу Саньку. Кто-то высокий что-то на чем-то вез. В кресле на колесах. Оно приблизилось. В серой колонне света высветилось кресло, и в нем — огромная и вся такая больная белая выпученная голова: веселый такой, потайной и глубокий, как дуло, черный глаз; белый нос как нож; и застывшая потрясенная улыбка. Голова прочно сидела на чём-то вроде большой тыквы, затянутой в пижаму. Санёк отступил.}} |