Изменения

Когда он говорил, тень у его ног становилась темнее, пульсируя в такт с его словами, и я вздрогнул от этого вида, от его гордости за свои дела, ясности в глазах и абсолютной, безмятежной уверенности в голосе.

Когда он говорил, тень у его ног становилась темнее, пульсируя в такт с его словами, и я вздрогнул от этого вида, от его гордости за свои дела, ясности в глазах и абсолютной, безмятежной уверенности в голосе.

Прямо перед тем, как всё полетело в Ад, Люцифер должно быть выглядел именно так.|}}

Прямо перед тем, как всё полетело в Ад, Люцифер должно быть выглядел именно так.|}}

* Внезапно, геройский вариант: в финале «Обитаемого острова» Максим отказывается раскаиваться в своих глупостях (хотя и готов исправлять их последствия), потому что действовал из благих побуждений.

* Внезапно, геройский вариант: в финале «[[Обитаемый остров|Обитаемого острова]]» Максим отказывается раскаиваться в своих глупостях (хотя и готов исправлять их последствия), потому что действовал из благих побуждений.

* [[Александр Рудазов]], [[Архимаг (серия книг)|«Война Колдунов: вторжение»]] — дважды геройский вариант: именно так отвечает [[призрак|свежепавший]] от руки Астрамария [[паладин|лод Нэйгавец]] Креолу, предлагающему его воскресить, и [[а теперь мне пора|остаётся на том свете]]. Нет, он бы согласился — если бы Креол мог оживить всех павших в той битве паладинов, а не только Великого Магистра. А так его ждала на той стороне [[Афродита сама всех полюбит|его богиня]].

* [[Александр Рудазов]], [[Архимаг (серия книг)|«Война Колдунов: вторжение»]] — дважды геройский вариант: именно так отвечает [[призрак|свежепавший]] от руки Астрамария [[паладин|лод Нэйгавец]] Креолу, предлагающему его воскресить, и [[а теперь мне пора|остаётся на том свете]]. Нет, он бы согласился — если бы Креол мог оживить всех павших в той битве паладинов, а не только Великого Магистра. А так его ждала на той стороне [[Афродита сама всех полюбит|его богиня]].