Изменения

*** С чего бы возникать? То, что жертва прощает обидчика (а то и преступника), вовсе не значит, что компетентные органы после этого оставят всё как есть. Прощение — дело личное. А выбирать наказание однокласснице пострадавшая девочка и впрямь не обязана.

*** С чего бы возникать? То, что жертва прощает обидчика (а то и преступника), вовсе не значит, что компетентные органы после этого оставят всё как есть. Прощение — дело личное. А выбирать наказание однокласснице пострадавшая девочка и впрямь не обязана.

*** Вообще-то может означать. Во-первых, по уголовным делам частного обвинения возможно прекращение уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим. Ок, предположим, деяние квалифицируют как «причинение вреда здоровью средней тяжести» (т. е. повлекшее утрату трудоспособности). Данные дела являются делами частно-публичного обвинения, т. е. возбуждаются исключительно на основании заявления потерпевшего, но прекращены за примирением быть уже не могут. Однако действующий уголовный закон оставляет замечательную лазейку — деятельное раскаяние. И если бы родители потерпевшей принесли извинения и некую сумму как компенсацию морального ущерба, виновная могла бы быть освобождена от уголовной ответственности. Более того, существуют прецеденты освобождения от ответственности по данному основанию даже по делам о нарушении ПДД, повлекшем смерть потерпвшего.

*** Вообще-то может означать. Во-первых, по уголовным делам частного обвинения возможно прекращение уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим. Ок, предположим, деяние квалифицируют как «причинение вреда здоровью средней тяжести» (т. е. повлекшее утрату трудоспособности). Данные дела являются делами частно-публичного обвинения, т. е. возбуждаются исключительно на основании заявления потерпевшего, но прекращены за примирением быть уже не могут. Однако действующий уголовный закон оставляет замечательную лазейку — деятельное раскаяние. И если бы родители потерпевшей принесли извинения и некую сумму как компенсацию морального ущерба, виновная могла бы быть освобождена от уголовной ответственности. Более того, существуют прецеденты освобождения от ответственности по данному основанию даже по делам о нарушении ПДД, повлекшем смерть потерпвшего.

** Шикарен ещё один рассказик. Учились два мальчика. Один был христианин-баптист, другой — атеист. Выросли, окончили школу. Началась война в Афганистане. Кто умер? Правильно, атеист, потому что верующему парню помог Бог, которому тот молился. [[Война — это кошмар]], и она вроде бы не щадит никого, вне зависимости от мировоззрения и вероисповедания.

** Шикарен ещё один рассказик. Учились два мальчика. Один был христианин-баптист, другой — атеист. Выросли, окончили школу. Началась война в Афганистане. Кто умер? Правильно, атеист, потому что верующему парню помог Бог, которому тот молился. [[Война — это кошмар]], и она вроде бы не щадит никого, вне зависимости от мировоззрения и вероисповедания.

*** Что, просто умер и всё? [[Зелёный слоник|Офигенная история!]] Возможно, была какая-то ситуация, в которой верующий и атеист повели себя по-разному? Иначе притча лишена даже тени смысла. В любом случае, без контекста удачность или неудачность басни непонятна.

*** Что, просто умер и всё? [[Зелёный слоник|Офигенная история!]] Возможно, была какая-то ситуация, в которой верующий и атеист повели себя по-разному? Иначе притча лишена даже тени смысла. В любом случае, без контекста удачность или неудачность басни непонятна.

* Виктория Ледерман, «Уроков не будет!» — первый рассказ. Девочка никак не хочет ходить в школу в первый класс и постоянно сбегает на работу к маме (при этом спокойно ездит в автобусе). Маме приходится лечь в больницу и она доверяет дочку соседу. Тот, увидев ее нежелание ходить в школу, разыгрывает из себя великовозрастного оболтуса — мол, ты не идешь в школу, и я на работу не пойду. В итоге день они развлекались в парке, пока деньги не кончились («считать деньги не умею, ходить на работу тоже не хочу, будем так жить»), несколько дней они провели дома на одних макаронах без всяких развлечений (девочка голодала и резалась в оставленный мамой телефон, а сосед спокойно днями пялился в телевизор и ставил перед «капризулей» одни и те же покрывающиеся пленкой макароны), пока девочке не осточертело все это и она не «выгнала» соседа на работу, для чего ей самой пришлось идти в школу. Все-таки шекспировское «Укрощение строптивой» голодом и холодом многие читатели в отзывах сочли неподходящим для первоклассницы, которая и так переживает стресс из-за отсутствия мамы — автор правки вообще счёл это издевательством над ребенком.

* Виктория Ледерман, «Уроков не будет!» — первый рассказ. Девочка никак не хочет ходить в школу в первый класс и постоянно сбегает на работу к маме (при этом спокойно ездит в автобусе). Маме приходится лечь в больницу и она доверяет дочку соседу. Тот, увидев ее нежелание ходить в школу, разыгрывает из себя великовозрастного оболтуса — мол, ты не идешь в школу, и я на работу не пойду. В итоге день они развлекались в парке, пока деньги не кончились («считать деньги не умею, ходить на работу тоже не хочу, будем так жить»), несколько дней они провели дома на одних макаронах без всяких развлечений (девочка голодала и резалась в оставленный мамой телефон, а сосед спокойно днями пялился в телевизор и ставил перед «капризулей» одни и те же покрывающиеся пленкой макароны), пока девочке не осточертело все это и она не «выгнала» соседа на работу, для чего ей самой пришлось идти в школу. Все-таки шекспировское «Укрощение строптивой» голодом и холодом многие читатели в отзывах сочли неподходящим для первоклассницы, которая и так переживает стресс из-за отсутствия мамы — автор правки вообще счёл это издевательством над ребенком.

* В какой-то украинский русскоязычный учебник по этике (скорее всего, по этике) в 2000-х вставили такой рассказ (пересказывается по памяти, возможны неточности): люди строили дом (а может, и не строили а было как-то по-другому, может, совсем не так было, читалось очень давно, не вспомнить), а на месте этого дома росло деревце, и ни у кого не подымалась рука срубить его. Они просили соседей, но у тех тоже не подымалась рука. Решили они попросить жителя по имени (то ли Фёдор, то ли Федот, не вспомнить), потому что он человек жёсткий, нелюдимый, может, он срубит. Тот спросил, сколько ему заплатят, и в итоге срубил деревце. Вот только с тех пор с ним никто в деревне не разговаривает. Вопрос: что за дитя асфальта это вообще писало? Деревенские что, лесные эльфы из [[The Elder Scrolls]], которым запрещено обижать деревья? Это же какими [[Полное чудовище|полными чудовищами]] должны быть те, кто строит дома из дерева и топит зимой дровами? Да даже там, где дома из кирпича и подведён газ, всё равно нужно вырубать выросшую в неудобном месте поросль/самопосеявшиеся из косточки деревья, деревья, корни которых угрожают целостности фундамента (орех, например) и прочее. А если было действительно так, как запомнилось (повторяю, читалось давно), то какого блина они вообще строили там, где растёт дерево? Больше места не было? Да и вообще, новых деревьев насадить дело нетрудное. Ах да, интерпретация: учительница объяснила, что с Федотом/Фёдором все перестали общаться, потому что он попросил денег за сруб деревца. Ага, сейчас бы забесплатно брать «грех» на душу и вообще делать за других людей их работу…

* В какой-то украинский русскоязычный учебник по этике (скорее всего, по этике) в 2000-х вставили такой рассказ (пересказывается по памяти, возможны неточности): люди строили дом (а может, и не строили а было как-то по-другому, может, совсем не так было, читалось очень давно, не вспомнить), а на месте этого дома росло деревце, и ни у кого не подымалась рука срубить его. Они просили соседей, но у тех тоже не подымалась рука. Решили они попросить жителя по имени (то ли Фёдор, то ли Федот, не вспомнить), потому что он человек жёсткий, нелюдимый, может, он срубит. Тот спросил, сколько ему заплатят, и в итоге срубил деревце. Вот только с тех пор с ним никто в деревне не разговаривает. Вопрос: что за дитя асфальта это вообще писало? Деревенские что, лесные эльфы из [[The Elder Scrolls]], которым запрещено обижать деревья? Это же какими [[Полное чудовище|полными чудовищами]] должны быть те, кто строит дома из дерева и топит зимой дровами? Да даже там, где дома из кирпича и подведён газ, всё равно нужно вырубать выросшую в неудобном месте поросль/самопосеявшиеся из косточки деревья, деревья, корни которых угрожают целостности фундамента (орех, например) и прочее. А если было действительно так, как запомнилось (повторяю, читалось давно), то какого блина они вообще строили там, где растёт дерево? Больше места не было? Да и вообще, новых деревьев насадить дело нетрудное. Ах да, интерпретация: учительница объяснила, что с Федотом/Фёдором все перестали общаться, потому что он попросил денег за сруб деревца. Ага, сейчас бы забесплатно брать «грех» на душу и вообще делать за других людей их работу…

== Примечания ==

== Примечания ==

<references />

<references />