Изменения

=== [[Литература]] ===

=== [[Литература]] ===

* Де Сад любит этот троп. Его герои убивают, калечат, насилуют, ломают психику и делают прочие неприятные вещи с другими людьми? Только чтобы приумножать зло в этом мире. Даже те, кто получают финансовую выгоду, видят в них побочное приятное явление.

* Де Сад любит этот троп. Его герои убивают, калечат, насилуют, ломают психику и делают прочие неприятные вещи с другими людьми? Только чтобы приумножать зло в этом мире. Даже те, кто получают финансовую выгоду, видят в них побочное приятное явление.

* [[Наше Всё|А. С. Пушкин]], «[[Руслан и Людмила]]» — поведение Наины. Зачем она гадит Руслану? Неужели только потому, что ему хочет помочь Финн, с которым у волшебницы непростые отношения?

* [[Наше Всё|А. С. Пушкин]], «[[Руслан и Людмила]]» — поведение Наины. Зачем она гадит Руслану? Неужели только потому, что ему хочет помочь Финн, с которым у волшебницы [[Отвергнутая женщина — это страшно|непростые отношения]]?

* Чарльз Диккенс, «Лавка древностей» — Дэниел Квилп собственной персоной, пример из палаты мер и весов. Он садист по натуре и живёт по принципу: [[Что бы такого сделать плохого]]? В те редкие моменты, когда не творит большого зла, развлекается мелкими пакостями. Например, завидев издали в глухом переулке случайного прохожего, подкрадывается к нему сзади и испускает пронзительный вопль, нагоняя на беднягу «смертельный ужас». «Тут карлик окончательно приходил в хорошее, бодрое настроение, и на душе у него становилось удивительно легко». А ещё он любит проглатывать варёные яйца целиком, со скорлупой, сидеть на спинке стула и спать на столе, но эти чудачества окружающим людям кажутся не смешными, а страшными. В своём ли он уме? Человек ли он, или живое воплощение Дьявола? Этими вопросами задаются многие герои романа, да и его читатели.

* Чарльз Диккенс, «Лавка древностей» — Дэниел Квилп собственной персоной, пример из палаты мер и весов. Он садист по натуре и живёт по принципу: [[Что бы такого сделать плохого]]? В те редкие моменты, когда не творит большого зла, развлекается мелкими пакостями. Например, завидев издали в глухом переулке случайного прохожего, подкрадывается к нему сзади и испускает пронзительный вопль, нагоняя на беднягу «смертельный ужас». «Тут карлик окончательно приходил в хорошее, бодрое настроение, и на душе у него становилось удивительно легко». А ещё он любит проглатывать варёные яйца целиком, со скорлупой, сидеть на спинке стула и спать на столе, но эти чудачества окружающим людям кажутся не смешными, а страшными. В своём ли он уме? Человек ли он, или живое воплощение Дьявола? Этими вопросами задаются многие герои романа, да и его читатели.

* «Встречи на „Красном смещении“» Джона Стица: Недди Палмертоу, главная антагонистка романа, даже создала культ, члены которого считают, что боли во вселенной определённое количество, и чем больше больше боли испытывают другие, тем меньше остаётся членам культа.

* «Встречи на „Красном смещении“» Джона Стица: Недди Палмертоу, главная антагонистка романа, даже создала культ, члены которого считают, что боли во вселенной определённое количество, и чем больше больше боли испытывают другие, тем меньше остаётся членам культа.

** Причины, обратившие вчерашний Союз Четырёх королевств из благородного союза, в едином порыве вставшего против Нильфгаардских захватчиков в первую войну (и, кстати, готовивших объединённую уже наступательную операцию по освобождению Цинтры), в сборище думающих только о себе и предающих направо и налево сволочей тоже лежат скорее в плоскости погони за аллюзиями на Вторую Мировую.

** Причины, обратившие вчерашний Союз Четырёх королевств из благородного союза, в едином порыве вставшего против Нильфгаардских захватчиков в первую войну (и, кстати, готовивших объединённую уже наступательную операцию по освобождению Цинтры), в сборище думающих только о себе и предающих направо и налево сволочей тоже лежат скорее в плоскости погони за аллюзиями на Вторую Мировую.

*** Причины подробно и достоверно представлены в книгах, от старых территориальных притязаний королей, до работы нильфгаардских агентов.

*** Причины подробно и достоверно представлены в книгах, от старых территориальных притязаний королей, до работы нильфгаардских агентов.

** Вообще-то обозначить мотивы зверств нильфгаардцев пан Сапек не забыл. Это Lebensraum, обогащение империи путем разграбления захваченных областей, создание буферной зоны «выжженной земли» и запугивание противника. Неоднократно дается в примерах распространенная в Нильфгаарде теория превосходства нильфов над нордлингами. К тому же не раз и не два демонстрируется готтентотская мораль персонажей, возмущающихся нильфгаардскими зверствами. М.б. за исключением Геральта, который эту готтентотскую мораль наблюдает — что и становится мотивом его стремления сохранять нейтральность.

** Вообще-то обозначить мотивы зверств нильфгаардцев пан Сапек не забыл. Это Lebensraum, обогащение империи путем разграбления захваченных областей, создание буферной зоны «выжженной земли» и запугивание противника. Неоднократно дается в примерах распространённая в Нильфгаарде теория превосходства нильфов над нордлингами. К тому же не раз и не два демонстрируется готтентотская мораль персонажей, возмущающихся нильфгаардскими зверствами. М.б. за исключением Геральта, который эту готтентотскую мораль наблюдает — что и становится мотивом его стремления сохранять нейтральность.

*** Но только до второй войны: потом Геральт переживает совершенно ванильное «пока добро бездействует, зло бесчинствует» и тоже начинает считать Нильфгаард источником чистого зла. Империя резко [[ряженые под Рейх|наряжается под Рейх]] при полном отсутствии для того экономических предпосылок, а конфликт окончательно переходит в разряд [[Королевства — хорошо, а империи — плохо]]. Потому что иначе непонятно, чем северный гадюшник лучше южного и почему отбиваться от прогрессивного, в общем-то, Нильфгаарда — такая святая обязанность каждого разумного существа, что даже битый и тёртый ведьмак присоединяется. «[[А я сказал — негодяй!]]» в чистом виде.

*** Но только до второй войны: потом Геральт переживает совершенно ванильное «пока добро бездействует, зло бесчинствует» и тоже начинает считать Нильфгаард источником чистого зла. Империя резко [[ряженые под Рейх|наряжается под Рейх]] при полном отсутствии для того экономических предпосылок, а конфликт окончательно переходит в разряд «[[Королевства — хорошо, а империи — плохо]]». Потому что иначе непонятно, чем северный гадюшник лучше южного и почему отбиваться от прогрессивного, в общем-то, Нильфгаарда — такая святая обязанность каждого разумного существа, что даже битый и тёртый ведьмак присоединяется. «[[А я сказал — негодяй!]]» в чистом виде.

* «Понедельник начинается в субботу» — вампиры. Дело в том, что по правилам сеттинга прагматичный злодей не может обладать высокими магическими способностями. Маг-эгоист очень скоро перестанет быть магом. Поэтому истинно великим и могучим способен стать только чародей, всецело и бескорыстно преданный Идее. Вот только кто сказал, что эта Идея должна быть доброй?

* «[[Понедельник начинается в субботу]]» — вампиры. Дело в том, что по правилам сеттинга прагматичный злодей не может обладать высокими магическими способностями. Маг-эгоист очень скоро перестанет быть магом. Поэтому истинно великим и могучим способен стать только чародей, всецело и бескорыстно преданный Идее. Вот только кто сказал, что эта Идея должна быть доброй?

* [[Сказки темного леса]]: часть философии Грибных Эльфов — зло следует творить бескорыстно. Хотя иногда они и собирают «продовольственные взносы».

* [[Сказки темного леса]]: часть философии Грибных Эльфов — зло следует творить бескорыстно. Хотя иногда они и собирают «продовольственные взносы».