Изменения

* Уничижительное отношение к лицам другой сексуальной ориентации<ref>Не все готовы признать сексуальную ориентацию явлением в точности того же порядка, что этнос, раса или пол. Однако, вопреки расхожему мнению, многие сторонники традиционных ценностей не являются гомофобами и не дискриминируют на основе сексуальной ориентации.</ref>.

* Уничижительное отношение к лицам другой сексуальной ориентации<ref>Не все готовы признать сексуальную ориентацию явлением в точности того же порядка, что этнос, раса или пол. Однако, вопреки расхожему мнению, многие сторонники традиционных ценностей не являются гомофобами и не дискриминируют на основе сексуальной ориентации.</ref>.

* Углеродный шовинизм («[полноценная] жизнь может существовать только на основе углерода!»). Повод: тот факт, что несмотря на теоретическую возможность иной биохимии, практически её ни один реальный землянин пока не видел и воссоздать не смог. Сюда же (как, впрочем, и к следующему пункту) можно отнести шовинизм по отношению к искусственному интеллекту и [[киборг]]ам.

* Углеродный шовинизм («[полноценная] жизнь может существовать только на основе углерода!»). Повод: тот факт, что несмотря на теоретическую возможность иной биохимии, практически её ни один реальный землянин пока не видел и воссоздать не смог. Сюда же (как, впрочем, и к следующему пункту) можно отнести шовинизм по отношению к искусственному интеллекту и [[киборг]]ам.

* Антропоцентризм («человек заведомо лучше других форм жизни!»)<ref>Обличение антропоцентризма (специецизма) резко становится абсурдным и даже приобретает черты патологии, если неверно понимать, какие же у животных на самом деле права. У животных несомненно есть право, чтобы люди (то есть обладатели свободной воли) их не мучили. У животных несомненно есть право, чтобы люди (то есть заведомо сильнейшие) не убивали их ''без необходимости''. Это, строго говоря, экологические правила, то есть права Матушки-Природы, а не «животных, взятых отдельно от неё». Но отрицать тот факт, что всякое животное, по сути, есть живая, да, чувствующая, да, но всё-таки вещь (со всеми вытекающими отсюда) — значит поставить себя в нелепое положение. Практика показывает, что к этим попыткам «полностью уравнять животных в правах с людьми» (а в особенно запущенном клиническом случае даже «поставить животных выше людей») склонны те из людей, кто не ах как сильно любит своих собратьев-гомосапиенсов и не ах как спешит заботиться о них, человеках. А это попахивает человеконенавистничеством. Которое есть тупик. Или — порог, за которым безумие.</ref>.

* Антропоцентризм («человек заведомо лучше других форм жизни!»)<ref>Обличение антропоцентризма (специецизма) резко становится абсурдным и даже приобретает черты патологии, если неверно понимать, какие же у животных на самом деле права. У животных несомненно есть право, чтобы люди (то есть обладатели свободной воли) их не мучили. У животных несомненно есть право, чтобы люди (то есть заведомо сильнейшие) не убивали их ''без необходимости''. Это, строго говоря, экологические правила, то есть права Матушки-Природы, а не «животных, взятых отдельно от неё». Кроме того, склонность к мучительствам и/или бессмысленным самоцельным убийствам (пусть и «всего лишь животных») — это социально опасное явление, которое справедливо преследуется по закону. Но отрицать тот факт, что всякое животное, по сути, есть живая, да, чувствующая, да, но всё-таки вещь (со всеми вытекающими отсюда) — значит поставить себя в нелепое положение. Практика показывает, что к этим попыткам «полностью уравнять животных в правах с людьми» (а в особенно запущенном клиническом случае даже «поставить животных выше людей») склонны те из людей, кто не ах как сильно любит своих собратьев-гомосапиенсов и не ах как спешит заботиться о них, человеках. А это попахивает человеконенавистничеством. Которое есть тупик. Или — порог, за которым безумие.</ref>.

В наши дни во всех цивилизованных государствах насильственные и, часто, дискриминационные проявления шовинизма противозаконны и, как таковые, наказуемы. Проявления в мягкой форме, не подлежащие суду, часто считаются не комильфо, хотя это сильно варьируется как между разными разновидностями шовинизма, а также от страны к стране. В ряде стран борьба с шовинизмом того или иного типа принимает такие формы, когда лекарство хуже болезни (вопреки расхожим представлениям, от этого в наибольшей степени страдает Западная Европа, а не США, где свобода слова все-таки защищена Первой поправкой).

В наши дни во всех цивилизованных государствах насильственные и, часто, дискриминационные проявления шовинизма противозаконны и, как таковые, наказуемы. Проявления в мягкой форме, не подлежащие суду, часто считаются не комильфо, хотя это сильно варьируется как между разными разновидностями шовинизма, а также от страны к стране. В ряде стран борьба с шовинизмом того или иного типа принимает такие формы, когда лекарство хуже болезни (вопреки расхожим представлениям, от этого в наибольшей степени страдает Западная Европа, а не США, где свобода слова все-таки защищена Первой поправкой).