| В приключения обыкновенные, как мы их понимаем, аристократ попадает редко, но у него есть другое развлечение: интриги. С помощью [[игры престолов|хитровывернутых планов]] он строит подлянки другим аристократам, причем по возможности так, чтобы решить всё без грубой силы, или, в крайнем случае, применить её под конец. Исполнителями его хитрых планов чаще всего оказываются разные [[Дворянин|безденежные доны]], иногда — простолюдины; преимущество последних заключается в том, что другие аристократы совершенно не обращают на них внимания, примерно как на пробегающих кошек. Поэтому аристократ чаще всего выступает в роли квестодателя для описанных категорий населения. | | В приключения обыкновенные, как мы их понимаем, аристократ попадает редко, но у него есть другое развлечение: интриги. С помощью [[игры престолов|хитровывернутых планов]] он строит подлянки другим аристократам, причем по возможности так, чтобы решить всё без грубой силы, или, в крайнем случае, применить её под конец. Исполнителями его хитрых планов чаще всего оказываются разные [[Дворянин|безденежные доны]], иногда — простолюдины; преимущество последних заключается в том, что другие аристократы совершенно не обращают на них внимания, примерно как на пробегающих кошек. Поэтому аристократ чаще всего выступает в роли квестодателя для описанных категорий населения. |
| В произведениях времен античности и раннего средневековья аристократия противопоставлялась служивым горлохватам и всякому там купечеству как образец чести и благородства. Но, начиная с позднего Средневековья, все больше произведений создается представителями народа по социальному заказу того же <strike>народа</strike> среднего класса (которым тогда называли [[буржуа]], а не среднего человека из народа) — и в произведениях все чаще фигурируют [[испорченные аристократы]], которые ничего толком не знают и не умеют, заняты исключительно интригами да обжорством. А в реальности всё больше аристократов фактически переходило в разряд д’Артаньянов, у которых есть гонор, шпаг — и ещё титул. Например, сам д’Артаньян любил представляться как «граф д’Артаньян», что было [[самозванец|самозванством]], так как, согласно майорату и тем более салическому праву, он не имел права ни на этот титул, ни на фамилию, принадлежавшую его матери. После того, как по миру прокатились буржуазные [[Красный октябрь|и другие]] революции, аристократия окончательно превратилась в чисто традиционный институт, а в некоторых странах была вовсе вырезана под корень как класс; место людей, у которых есть всё, заняла крупная буржуазия, место же носителей чести и благородства заняли служивые [[горлохват]]ы. | | В произведениях времен античности и раннего средневековья аристократия противопоставлялась служивым горлохватам и всякому там купечеству как образец чести и благородства. Но, начиная с позднего Средневековья, все больше произведений создается представителями народа по социальному заказу того же <strike>народа</strike> среднего класса (которым тогда называли [[буржуа]], а не среднего человека из народа) — и в произведениях все чаще фигурируют [[испорченные аристократы]], которые ничего толком не знают и не умеют, заняты исключительно интригами да обжорством. А в реальности всё больше аристократов фактически переходило в разряд д’Артаньянов, у которых есть гонор, шпага — и ещё титул. Например, сам д’Артаньян любил представляться как «граф д’Артаньян», что было [[самозванец|самозванством]], так как, согласно майорату и тем более салическому праву, он не имел права ни на этот титул, ни на фамилию, принадлежавшую его матери. После того, как по миру прокатились буржуазные [[Красный октябрь|и другие]] революции, аристократия окончательно превратилась в чисто традиционный институт, а в некоторых странах была вовсе вырезана под корень как класс; место людей, у которых есть всё, заняла крупная буржуазия, место же носителей чести и благородства заняли служивые [[горлохват]]ы. |