Изменения

==== Отечественные фильмы ====

==== Отечественные фильмы ====

* «12» Никиты Михалкова (2007 год) — сюжетобразующая дыра поставлена на службу адаптации. В оригинальной пьесе Реджинальда Роуза «Двенадцать разгневанных мужчин» («Twelve Angry Men») и двух американских фильмах: Сидни Люмета 1957 года и Уильяма Фридкина 1997, действие происходит, натурально, в американском суде, где присяжные должны голосовать единогласно, либо приговора не будет вообще. Чтобы достучаться до публики российской, Михалков [[Теперь БАНАНОВЫЙ!|переносит действие]] в самый справедливый в мире [[Не в ладах с юриспруденцией|российский суд]], а вот тут-то для приговора достаточно простого большинства в голосовании, что немедленно спускает в унитаз всю драматургию Роуза. Ясно, что на логической дыре внимание зрителей стараются не акцентировать, хотя о проблеме Михалков определённо знал.

* «12» Никиты Михалкова (2007 год) — сюжетобразующая дыра поставлена на службу адаптации. В оригинальной пьесе Реджинальда Роуза «Двенадцать разгневанных мужчин» («Twelve Angry Men») и двух американских фильмах: [[12 разгневанных мужчин|Сидни Люмета 1957 года]] и Уильяма Фридкина 1997, действие происходит, натурально, в американском суде, где присяжные должны голосовать единогласно, либо приговора не будет вообще. Чтобы достучаться до публики российской, Михалков [[Теперь БАНАНОВЫЙ!|переносит действие]] в самый справедливый в мире [[Не в ладах с юриспруденцией|российский суд]], а вот тут-то для приговора достаточно простого большинства в голосовании, что немедленно спускает в унитаз всю драматургию Роуза. Ясно, что на логической дыре внимание зрителей стараются не акцентировать, хотя о проблеме Михалков определённо знал.

** В постановках оригинальной пьесы Роуза при закрытом занавесе женский голос читает соответствующий закон штата о суде присяжных, делая особое ударение на необходимости единогласного решения. В фильме Михалкова женский голос во время титров тоже есть, но он читает некоторое [[технотрёп|невнятное юридическое бормотание]] на фоне речи Бориса Ельцина. Всё сделано для того, чтобы заставить зрителя поверить, что в России закон как в Америке, но не сказать это прямо.

** В постановках оригинальной пьесы Роуза при закрытом занавесе женский голос читает соответствующий закон штата о суде присяжных, делая особое ударение на необходимости единогласного решения. В фильме Михалкова женский голос во время титров тоже есть, но он читает некоторое [[технотрёп|невнятное юридическое бормотание]] на фоне речи Бориса Ельцина. Всё сделано для того, чтобы заставить зрителя поверить, что в России закон как в Америке, но не сказать это прямо.

** Впрочем, у зрителя, знакомого с российскими реалиями, может скорее сложиться впечатление, что от присяжных «сверху» требуют единогласного решения — и решения скорее обвинительного — по каким-то политическим мотивам. И многие персонажи об этом знают и напоминают остальным, но не произносят вслух прямым текстом — по понятным причинам. Так что здесь скорее зритель сам достраивает привычную ему «натуру».

** Впрочем, у зрителя, знакомого с российскими реалиями, может скорее сложиться впечатление, что от присяжных «сверху» требуют единогласного решения — и решения скорее обвинительного — по каким-то политическим мотивам. И многие персонажи об этом знают и напоминают остальным, но не произносят вслух прямым текстом — по понятным причинам. Так что здесь скорее зритель сам достраивает привычную ему «натуру».