{{q|Я могу сделать тебе больно, как и большинству людей. Ранить тебя таким образом, чтобы петля повторяла одно и то же действие, снова, и снова, и снова, и снова. Единственное, что не будет обновляться в петлях — это твой мозг. Он работает непрерывно. Боль всегда будет свежей, к ней невозможно привыкнуть, но должен сказать, что в определённый момент ты сломаешься, а потом у тебя и вовсе поедет крыша. Большинству хватает нескольких дней. Затем ты дойдёшь до точки, когда станешь разбираться со своими проблемами. Ты не захочешь это делать, но будешь, потому что тебе больше нечем себя занять — у тебя есть только боль и твои мысли… так что тебе сначала станет лучше, а потом ты снова сломаешься. Потом ещё одно улучшение — и ещё один перелом, и это станет петлёй внутри петли. Они полагают, что так будет продолжаться, пока не погаснет солнце. И я не могу отключить её, кроме тех случаев, когда использую петлю на себе. И я не думаю, что хоть у кого-то есть к ней иммунитет. […] Я решил, мамочка-убийца. Сейчас я ничего с тобой не сделаю. Я оставлю тебя поразмыслить, что остальные из нашей команды сделают с твоей малышкой. Затем, возможно, если она ещё будет жива, я принесу её тебе обратно и использую на ней свою силу, чтобы ты за этим наблюдала. Возможно, через неделю. Или месяц. Или несколько лет. Или десятилетий. Столетий? У них есть криогенная техника, сканирование мозга и устройства для клонирования, и всякое такое! Мы можем вернуться к тебе через тысячу лет, просто чтобы поздороваться.|Серый Мальчик, [[Worm]]}}
{{q|Я могу сделать тебе больно, как и большинству людей. Ранить тебя таким образом, чтобы петля повторяла одно и то же действие, снова, и снова, и снова, и снова. Единственное, что не будет обновляться в петлях — это твой мозг. Он работает непрерывно. Боль всегда будет свежей, к ней невозможно привыкнуть, но должен сказать, что в определённый момент ты сломаешься, а потом у тебя и вовсе поедет крыша. Большинству хватает нескольких дней. Затем ты дойдёшь до точки, когда станешь разбираться со своими проблемами. Ты не захочешь это делать, но будешь, потому что тебе больше нечем себя занять — у тебя есть только боль и твои мысли… так что тебе сначала станет лучше, а потом ты снова сломаешься. Потом ещё одно улучшение — и ещё один перелом, и это станет петлёй внутри петли. Они полагают, что так будет продолжаться, пока не погаснет солнце. И я не могу отключить её, кроме тех случаев, когда использую петлю на себе. И я не думаю, что хоть у кого-то есть к ней иммунитет. […] Я решил, мамочка-убийца. Сейчас я ничего с тобой не сделаю. Я оставлю тебя поразмыслить, что остальные из нашей команды сделают с твоей малышкой. Затем, возможно, если она ещё будет жива, я принесу её тебе обратно и использую на ней свою силу, чтобы ты за этим наблюдала. Возможно, через неделю. Или месяц. Или несколько лет. Или десятилетий. Столетий? У них есть криогенная техника, сканирование мозга и устройства для клонирования, и всякое такое! Мы можем вернуться к тебе через тысячу лет, просто чтобы поздороваться.|Серый Мальчик, [[Worm]]}}
}}
}}
{{q|Не бойся, ты не умрешь, пока не увидишь, что именно я сделаю с твоими женщинами. Они ведь... еще девственны? Знаешь, я возьму их обеих одновременно. Я хочу, чтобы они смотрели друг на друга, и понимали, что сами в этот момент выглядят так же. Им это понравится. Не сразу, конечно же. Сначала они будут в отчаянии от страха, безысходности, злости и боли. Я буду сдерживаться настолько, насколько это нужно, чтобы они сразу не умерли. У меня огромный опыт. Очень скоро они потеряют всю свою надежду и перестанут бороться. И вот тогда я буду увеличивать напор, пока одна из них не умрет. А вторую я оставлю себе. Она ведь будет сильнее. Я знаю, на что способна твоя сестра. Она достаточно сильная, чтобы выносить и родить моего ребенка. Она будет моей игрушкой. Если родится сын, то и игрушкой моего сына, а если родится дочь... То ее я возьму с особым удовольствием. А ты будешь за всем этим наблюдать, когда она отрежет тебе руки, ноги, чресла и нос. Язык она тебе оставит, чтобы ты мог кричать от бессилия, глаза оставит, чтобы ты мог видеть, а уши, чтобы слышать. А затем я возьму ее снова, и ей это понравится.|Дагон, «Меж двух миров» Дорничева Дмитрия}}