7027
правок
Изменения
Перейти к навигации
Перейти к поиску
Строка 45:
Строка 45:
* Г. Сенкевич, «Огнём и мечом». Богун полностью [[Моральный горизонт событий|лишился даже намёка на сочувствие]] со стороны автора правки, когда объяснял Хелене Курцевич, ''как'' сильно он её любит. «Взяли мы однажды в Чёрном море корабль, что красавиц вёз в Стамбул, на невольничий рынок, в гаремы продавать. Одна другой краше — но ни одна не тронула моего сердца! Всё о тебе думал! Отдал я их братьям казакам потешиться [читай, на групповое изнасилование], а потом велел им всем камень на шею, да и в воду!» [[влюблённый злодей|Любовь она такая любовь]], псякрев!** Но Богуну сочувствие читателей и не полагается — он персонаж строго отрицательный, в отличие от неоднозначного Хмельницкого.** Пример ходящей кругами морали — автор делал акцент на женщинах потому, что женщин топить нехорошо, а басурман убивать хорошо. Сейчас на них акцент потому, что слишком уж вопиюще. А ведь если посмотреть, что перед этим нужно было [[пират|захватить гражданское судно и перебить его команду]], то удивление быстро пройдёт.** Однако корабль-то, очевидно, принадлежал работорговцам…*** [[Я хороший, мне всё можно|Это оправдывает убийство женщин?]]* Сельма Лагерлёф, «Удивительное путешествие Нильса Хольгерссона с дикими гусями по Швеции» — заглавного героя, мальчика четырнадцати лет, до его превращения в крошку-домового все, даже собственные родители, считают донельзя испорченным, почти безнадежным. Но позвольте, по сравнению с [[Маленькие гадёныши|иными современными детьми]] Нильс ничего такого криминального не делал! Не хотел ни учиться, ни помогать родителям — не очень хорошо, но не критично. Хулиганил, дразнил других детей и животных — но в меру, не показано, чтобы кто-то от его действий страдал всерьёз. Сам бы [[Вырастут — поумнеют|вырос и поумнел]], скорее всего, кажется даже, что был наказан слишком жестоко. Но надо иметь в виду, что на рубеже XIX—XX веков, когда происходит действие романа, с четырнадцатилетнего мальчика спрос был уже как со взрослого, тем более в сельской местности и в бедной семье, и если он ещё был единственным ребёнком, как Нильс. В этом возрасте уже полагалось работать, как взрослому, и отвечать за свои поступки соответственно — понятно, что лень и хулиганство выглядели недопустимыми пороками.** Посмотрите как на пример на его земляка и современника Эмиля (который из Лённеберги). Хоть озорник и тот ещё, но в шесть лет умеет и лошадь запрячь, и со стадом коров управиться, и денег заработать, и из дерева ножиком выстрогать… А потом уже пошёл в школу учиться сколько будет семь плюс семь. Поэтому родители и готовы признать, что хоть и озорник, но дельный парень растёт. С другой стороны, запирать шестилетнего мальчика в столярку… ну, в свою комнату ещё и в наши дни приемлимо, но в столярке острые предметы, и родители знают что он ими там активно орудует. В наши дни могли бы счесть неосмотрительным. А ведь Эмиль способен и тайком от родителей отвезти тяжелобольного батрака к доктору через буран.* Михаил Старицкий, «Осада/Оборона Буши» (автор правки так и не поняла, кто из них повесть, кто пьеса, но сюжет один и тот-же). Идея главных героев взорвать павшую крепость подается, как героическое самопожертвование, но для современного читателя выглядит по меньшей мере неоднозначно. Все усугубляется тем, что они даже не спросили согласия остальных защитников крепости — только пары человек, которые помогали им спуститься в подвал с порохом. Да и выглядит все больше как двойное самоубийство (что само по себе сабж, да еще и в сочетании с вышеупомянутой любовью между представителями разных кланов). Впрочем, возможно, что причины, по которым [[получился мерзавец]], другие, все-таки, книга не настолько старая.* Ольга Кобылянская, «Земля». Роман Михаила и Анны показан, как воплощение истинной — хоть и обреченной — любви, а роман Савы и Рахиры — как воплощение всего плохого, что могут принести отношения. Но по нынешним меркам все не так однозначно. Цыган, конечно, и сейчас любят не все, но [[роман шербета с молоком]] злом по умолчанию уже не кажется. Тот факт, что Сава и Рахира предохраняются, а Михаил и Анна — нет (прямо об этом не говорилось, но Анна забеременела, а Рахира — нет, хотя Сава и Рахира сожительствовали намного дольше), в наше время говорит как раз в пользу первых (в описываемые времена все было наоборот). Меж тем Михаил, который боится рассказать родителям о своих отношениях с бедной сиротой и тянет до «удачного момента» ([[Смерть навсегда|дотянул в итоге]], что кончилось для Анны и их детей очень плохо) выглядит размазнёй, не готовым отвечать за свои решения, а не хорошим сыном. Хотя, конечно, что [[Инцест|кузинат]], что манипуляторство в отношениях и в наше время очков Саве и Рахире не добавляют.* Автор книги «Король Матиуш Первый» Януш Корчак проявляет типичный для того времени расизм, описывая чернокожих дикарей и их детей.** [[С фитильком]], поскольку он также наделяет Клю-Клю большими способностями. Как вам, например, успешное преподавание крестьянским детям грамоты, причем неродного для себя языка?*** В чём расизм, если автор описывал так не всех чернокожих, а только людей из реально диких племён Центральной Африки, где не знали колеса и практиковали [[каннибализм]]?**** Так это как раз пример ещё одной перемены морали: в наши дни расизм — это никакое не преследование или даже снисходительное отношение за другой цвет кожи, а всего-то навсего употребление слова «негры» или приписывание оным хоть чего-то предосудительного, не говоря уже о таких вещах как каннибализм.Строка 107:
Строка 94:
Изменившаяся мораль/Классическая зарубежная литература (просмотреть исходный код)
Версия 13:40, 30 сентября 2020
, 13:40, 30 сентября 2020→Старше, чем интернет
== [[Старше, чем интернет]] ==
== [[Старше, чем интернет]] ==
* В романе «Спартак» главный герой на глазах у всей армии демонстративно убивает коня по принципу «не доставайся ты больше никому! а в случае победы я ещё себе найду». Любители животных, конезаводчики и жокеи выдают тонны гневных комментариев.
* В романе «Спартак» главный герой на глазах у всей армии демонстративно убивает коня по принципу «не доставайся ты больше никому! а в случае победы я ещё себе найду». Любители животных, конезаводчики и жокеи выдают тонны гневных комментариев.
** Точнее, убивает, чтобы подчинённые видели: он не бросит их в случае поражения, чтобы самому спастись бегством. IRLтоже многократно практиковалось, многие проигравшие полководцы из-за этого и голову сложили.
** Точнее, убивает, чтобы подчинённые видели: он не бросит их в случае поражения, чтобы самому спастись бегством. IRLтоже многократно практиковалось, многие проигравшие полководцы из-за этого и голову сложили.
* Юкио Мисима, «Весенний снег». Мацугаэ-старший селит любовницу в коттедже по соседству с собственным особняком. И то верно: не гонять же к ней через весь город занятому государственному человеку?
* Юкио Мисима, «Весенний снег». Мацугаэ-старший селит любовницу в коттедже по соседству с собственным особняком. И то верно: не гонять же к ней через весь город занятому государственному человеку?
* Роберт ван Гулик, книги о судье Ди. Многие моменты для современного читателя кажутся полным сюром.
* Роберт ван Гулик, книги о судье Ди. Многие моменты для современного читателя кажутся полным сюром.
** Как наградить молодого талантливого чиновника за успешное расследование, оказавшееся важным для имперского двора? Подарить ему копию изречения, которое написал сам император.
** Как наградить молодого талантливого чиновника за успешное расследование, оказавшееся важным для имперского двора? Подарить ему копию изречения, которое написал сам император.
* Горацио Хорнблауэр, что сильно подчеркнуто автором, очень не любит телесных наказаний, и даже нерадивым матросам вынужден прописывать живительные звездюли только потому, что без этого совсем никак. Но когда его возлюбленная угрожает выпороть свою горничную-негритянку до невозможности лежать на спине, никакого дискомфорта не испытывает.
* Горацио Хорнблауэр, что сильно подчеркнуто автором, очень не любит телесных наказаний, и даже нерадивым матросам вынужден прописывать живительные звездюли только потому, что без этого совсем никак. Но когда его возлюбленная угрожает выпороть свою горничную-негритянку до невозможности лежать на спине, никакого дискомфорта не испытывает.
** Ему же очень некомфортно видеть свою уже жену раздетой при посторонних, даже при условии, что «посторонним» является та самая горничная, '''пусть даже и негритянка''' ©.
** Ему же очень некомфортно видеть свою уже жену раздетой при посторонних, даже при условии, что «посторонним» является та самая горничная, '''пусть даже и негритянка''' ©.
=== Континентально-европейские авторы ===
* Г. Сенкевич, «Огнём и мечом». Богун полностью [[Моральный горизонт событий|лишился даже намёка на сочувствие]] со стороны автора правки, когда объяснял Хелене Курцевич, ''как'' сильно он её любит. «Взяли мы однажды в Чёрном море корабль, что красавиц вёз в Стамбул, на невольничий рынок, в гаремы продавать. Одна другой краше — но ни одна не тронула моего сердца! Всё о тебе думал! Отдал я их братьям казакам потешиться [читай, на групповое изнасилование], а потом велел им всем камень на шею, да и в воду!» [[влюблённый злодей|Любовь она такая любовь]], псякрев!
** Но Богуну сочувствие читателей и не полагается — он персонаж строго отрицательный, в отличие от неоднозначного Хмельницкого.
** Пример ходящей кругами морали — автор делал акцент на женщинах потому, что женщин топить нехорошо, а басурман убивать хорошо. Сейчас на них акцент потому, что слишком уж вопиюще. А ведь если посмотреть, что перед этим нужно было [[пират|захватить гражданское судно и перебить его команду]], то удивление быстро пройдёт.
** Однако корабль-то, очевидно, принадлежал работорговцам…
*** [[Я хороший, мне всё можно|Это оправдывает убийство женщин?]]
* Сельма Лагерлёф, «Удивительное путешествие Нильса Хольгерссона с дикими гусями по Швеции» — заглавного героя, мальчика четырнадцати лет, до его превращения в крошку-домового все, даже собственные родители, считают донельзя испорченным, почти безнадежным. Но позвольте, по сравнению с [[Маленькие гадёныши|иными современными детьми]] Нильс ничего такого криминального не делал! Не хотел ни учиться, ни помогать родителям — не очень хорошо, но не критично. Хулиганил, дразнил других детей и животных — но в меру, не показано, чтобы кто-то от его действий страдал всерьёз. Сам бы [[Вырастут — поумнеют|вырос и поумнел]], скорее всего, кажется даже, что был наказан слишком жестоко. Но надо иметь в виду, что на рубеже XIX—XX веков, когда происходит действие романа, с четырнадцатилетнего мальчика спрос был уже как со взрослого, тем более в сельской местности и в бедной семье, и если он ещё был единственным ребёнком, как Нильс. В этом возрасте уже полагалось работать, как взрослому, и отвечать за свои поступки соответственно — понятно, что лень и хулиганство выглядели недопустимыми пороками.
** Посмотрите как на пример на его земляка и современника Эмиля (который из Лённеберги). Хоть озорник и тот ещё, но в шесть лет умеет и лошадь запрячь, и со стадом коров управиться, и денег заработать, и из дерева ножиком выстрогать… А потом уже пошёл в школу учиться сколько будет семь плюс семь. Поэтому родители и готовы признать, что хоть и озорник, но дельный парень растёт. С другой стороны, запирать шестилетнего мальчика в столярку… ну, в свою комнату ещё и в наши дни приемлимо, но в столярке острые предметы, и родители знают что он ими там активно орудует. В наши дни могли бы счесть неосмотрительным. А ведь Эмиль способен и тайком от родителей отвезти тяжелобольного батрака к доктору через буран.
* Михаил Старицкий, «Осада/Оборона Буши» (автор правки так и не поняла, кто из них повесть, кто пьеса, но сюжет один и тот-же). Идея главных героев взорвать павшую крепость подается, как героическое самопожертвование, но для современного читателя выглядит по меньшей мере неоднозначно. Все усугубляется тем, что они даже не спросили согласия остальных защитников крепости — только пары человек, которые помогали им спуститься в подвал с порохом. Да и выглядит все больше как двойное самоубийство (что само по себе сабж, да еще и в сочетании с вышеупомянутой любовью между представителями разных кланов). Впрочем, возможно, что причины, по которым [[получился мерзавец]], другие, все-таки, книга не настолько старая.
* Ольга Кобылянская, «Земля». Роман Михаила и Анны показан, как воплощение истинной — хоть и обреченной — любви, а роман Савы и Рахиры — как воплощение всего плохого, что могут принести отношения. Но по нынешним меркам все не так однозначно. Цыган, конечно, и сейчас любят не все, но [[роман шербета с молоком]] злом по умолчанию уже не кажется. Тот факт, что Сава и Рахира предохраняются, а Михаил и Анна — нет (прямо об этом не говорилось, но Анна забеременела, а Рахира — нет, хотя Сава и Рахира сожительствовали намного дольше), в наше время говорит как раз в пользу первых (в описываемые времена все было наоборот). Меж тем Михаил, который боится рассказать родителям о своих отношениях с бедной сиротой и тянет до «удачного момента» ([[Смерть навсегда|дотянул в итоге]], что кончилось для Анны и их детей очень плохо) выглядит размазнёй, не готовым отвечать за свои решения, а не хорошим сыном. Хотя, конечно, что [[Инцест|кузинат]], что манипуляторство в отношениях и в наше время очков Саве и Рахире не добавляют.
* Автор книги «Король Матиуш Первый» Януш Корчак проявляет типичный для того времени расизм, описывая чернокожих дикарей и их детей.
** [[С фитильком]], поскольку он также наделяет Клю-Клю большими способностями. Как вам, например, успешное преподавание крестьянским детям грамоты, причем неродного для себя языка?
*** В чём расизм, если автор описывал так не всех чернокожих, а только людей из реально диких племён Центральной Африки, где не знали колеса и практиковали [[каннибализм]]?
**** Так это как раз пример ещё одной перемены морали: в наши дни расизм — это никакое не преследование или даже снисходительное отношение за другой цвет кожи, а всего-то навсего употребление слова «негры» или приписывание оным хоть чего-то предосудительного, не говоря уже о таких вещах как каннибализм.
== Примечания ==
<references />
== Примечания ==
== Примечания ==
<references />
<references />